Клярис Анн Мартен, р. 15.01.3931, регистр ИПЗТ 6692730233

Регистратор сам себе кивнул и сказал вслух:

– Шестьсот семьдесят восемь марок, пожалуйста.

Исходя из того, что троица стремилась на Тартар, то есть собиралась воспользоваться облегченным выездом, регистратор сначала заподозрил темные делишки, но чистые документы и несуетное поведение всех троих его успокоили. Однако последняя ловушка оставалась: нелегальные эмигранты легко ловятся на том, что не требуют скидок и на все согласны.

– Так, стоп, - отозвался Йон.
– А студенческие скидки?

Регистратор удовлетворенно кивнул.

– Студенческая скидка минус налог будет семьдесят две марки, - миролюбиво сообщил он.
– Значит, отнимем сто сорок четыре. Пятьсот тридцать четыре марки, пожалуйста.

Йон порылся в кармане и положил на лоток окошка золотую гинею, полуцехин, три монеты по десять марок и четыре по одной.

Зазвякал монетоприемник терминала, свистнул принтер, и регистратор положил на лоток документы и три билетных карточки.

– Счастливого пути, - равнодушно сказал регистратор и забыл про трех путников, как только за ними, лязгнув, закрылся турникет контроля.

Длинный желто-зеленый коридор вел от турникета к посадочному блоку. В этот ранний час Йон, Реми и Клю были в коридоре одни. Только далеко впереди мелькнула белая куртка какого-то черноволосого кальерца, который вскоре пропал из виду. Утопленные в стенах мониторы наперебой показывали беззвучную трехмерную рекламу, цветные табло под потолком напоминали, что до отбытия очередного челнока до Станции Толиман осталось двадцать... нет, девятнадцать минут.

– Кажется, прорвались, - полушепотом сказал Йон, сжимая руку Клю. Реми взволнованно проговорил:

– Сзади идут какие-то.

Йон сунул руку в карман, вынул билеты и повернулся к Реми, протягивая один:

– Возьми, твой.
– Из-за головы Реми он бросил быстрый взгляд назад.

Сзади, шагах в тридцати, быстро шагали пятеро в синих комбинезонах и с рюкзаками.

– Вроде флотские, - неуверенно пробормотал Йон, но шагу прибавил.
– Почему тут, елки-палки, нет транспортера?

– Чего ты боишься?
– прошептала Клю.

– Я уже говорил. Робот проверял мои документы... А сейчас я зарегистрировался, что улетаю.

– Разве можно так быстро устроить погоню? Ты зарегистрировался две минуты назад.

– Ты же на Акаи видела, они страсть как много могут.

Флотские нагоняли. Реми сзади прошептал:

– Тормозите, пусть пройдут.

– Ага, пройдут, - пробормотал Йон, но скорость снизил.

Флотские, не глядя на них, молча прошагали мимо, обдав запахами табака и дешевого одеколона. Йон перевел дыхание: сердце стучало в горле.

Они свернули направо, и Йон быстро спустился по какой-то лесенке.

– Опять где-то лазить, - возмутилась было Клю, но Реми ее подтолкнул сзади, и она спустилась тоже. А внизу оказался еще один коридор, поуже, а вдоль коридора были мягкие удобные кресла, и в одном из кресел уже сидел Йон и приглашающе похлопывал рукой по соседнему сиденью.

– А мы на челнок-то успеем?
– только и спросила Клю.

– Успеем, - улыбнулся Йон.
– Мы уже в челноке.

Клю плюхнулась рядом с ним в кресло.

– Вроде бы утро, а я уже устала. Господи Боже, сколько всего за неделю!

– Десять дней, - поправил Реми, усаживаясь.

– Вчерашний день у меня просто вылетел, - Клю потянулась.
– Хорошо, хоть отоспались. Как здорово в гостинице! Я раньше только в кино видела.

Йон улыбнулся, но ничего не сказал. Гостиница, где они отсыпались, была однозвездочная, то есть самая примитивная. Позавчера была опасная вылазка в Галактический университет, где Йон через старых знакомых за две тысячи марок добыл для Реми и Клю те самые студенческие карточки - совершенно настоящие, но выданные в обход закона. Конечно, по закону это каралось, но в Космопорте можно было крутиться, только надо было знать как. После Университета они перебрались в Западную экваториальную зону, поближе к Залам ожидания, поселились в гостинице, и Йон скомандовал отсыпаться, что и было исполнено.

Он не знал, ждала ли Клю его в своем номере. По ее поведению сейчас понять это было невозможно. Она ходила с ним рядом, держа его за руку, и видно было, что ей это очень нравится. Реми, кажется, даже хотел пару раз ее подколоть по этому поводу, но не решился, слишком гордым и радостным было лицо сестры, когда она шла рядом с Йоном по улицам Космопорта, где так мечтала побывать.

А Клю и сама не знала, ждала ли она Йона. То, что было в ту ночь на яхте Сардара, перед лицом неизбежной мучительной смерти - было, и она не могла не вспоминать об этом. Но, очутившись в одноместном гостиничном номере (он ей действительно показался верхом комфорта и роскоши), она приняла душ, потом посмотрела дешевый двухмерный телевизор, потом глаза у нее стали слипаться, она выключила телевизор и заснула. И проспала пятнадцать часов. В конце концов она решила не испытывать себя никакими вопросами. Йон был рядом, вот и сейчас он взял ее за руку и улыбнулся, ну как было ему не улыбнуться в ответ?