— Что такое барьер Хопкинса? — поинтересовалась Пума.

Рон ласково потрепал ее по затылку и спине.

— Я тебе потом расскажу, ладно, Черная кошка? А сейчас давайте вернемся к судьям.

— Ладно, Тигра… Про тех, что по жребию ясно. А что с теми, которые по рейтингу?

— Так, — сказал лейтенант, — Первая по рейтингу: Чои Сче, журналистка, отдел науки «Pacific Social News». Симпатичная малайско-океанийская метиска, 28 лет. Она ведет бешено-популярный цикл передач «Космос, который принадлежит нам»…

— Мой любимый, да! — вставила Пума, — Мы с Роном голосовали за Чои!

— Ну… — Лейтенант вздохнул, — Она действительно толковая девушка, но именно она предложила всем судьям по рейтингу независимо друг от друга двинуться на поиски кандидата на руководство INDEMI. Немного в стиле рыцарского эпоса, верно?

— Может, это была не худшая идея, — заметил Рон.

— Может быть. В общем, ее недостаток в том, что она — убежденная технократка и полагает, что любая международная политика — это дурацкое шоу, что рулят только объективные продукционные потенциалы конкурирующих сообществ, а значит: чему быть, того не миновать. Короче, это, еще один радикальный постмарксист.

Пума лизнула самогон из своей чашечки и лаконично объявила:

— Чои Сче права.

— Хрен его знает, — сказал преторианец, — Так. Идем дальше: Кими Укмок…

— Та, с которой Рон говорил по телефону? — уточнила Пума.

— Да, верно. Она алеуто-таитянка, 25 лет. DJ на Video-MBL-Antarctic, живой символ колонизации Западной Антарктики. Ее программу «Flash-boom» смотрит и слушает молодежь по всем трем берегам нашего океана, и в середине тоже. Кими неглупая девчонка, она блестяще умеет разбирать бизнес-конфликты, даже очень серьезные и сложные. Но на международные проблемы она смотрит, как простой средний канак.

— В каком смысле? — спросил Рон.

— В таком, что есть Меганезия… Ну, скажем, Меганезия со странами-сателлитами, а вокруг — прикольный внешний мир, с которым можно торговать, ездить туристом, и иногда немножко грабить. Война с ее точки зрения — это просто такой рискованный бизнес, которым занимаются солдаты. Как бизнес подводных горно-добывающих партнерств, где риск не меньше, чем на профессионально исполняемой войне. Кими уверена, что война, по-любому, не затронет нашу акваторию — нас, по ее мнению, слишком боятся, чтобы сюда вторгнуться. Билль об атомной самозащите никто не отменял и, как она думает, никто не готов получить пару гигатонн на свои города. В какой-то мере, она права, но не в полной. Нельзя ничего абсолютизировать, так?

Рон Батчер согласно кивнул, и лейтенант Теллем продолжил.

— Последний из судей по рейтингу: Тодзи Миоко, 48 лет, родился в Японии, служил лейтенантом на вертолетном авианосце «Рюдзе», попал под акт атомной самозащиты, потом остался на атолле Улиси в Микронезии по приглашению координатора Иори Накамура. Технический директор партнерства «Ulithi Nami Airspace».

— Монументальный дядька, — сказал Рон, — Про него можешь не рассказывать. Он папа малобюджетного космоса, а мы с Пумой как раз фанаты этого дела.

— У нас есть папуасский спейс-скутер, — гордо добавила она, — Я тебе потом покажу.

— Вы реально летаете на этой бомбе? — удивился Майо.

— Еще как! Это классный dick, ты просто не пробовал!

— Hinehine Paoro (почтение ей) пока что хранила меня от этого удовольствия. Так вот, Тодзи Миоко — действительно потрясающий дядька, но он демонизирует войну, он ненавидит ее, как ненавидят какого-нибудь очень неприятного человека.

— Я тоже ненавижу войну, — заметила Пума.

— Нет, это другое… Как бы тебе объяснить… В общем, он за политику предельного невмешательства и сдерживания. Вооруженные силы только защищают собственную акваторию и граждан, причем делают это с предельной жесткостью, но никогда не принимают участия в инициативных атакующих операциях вне страны.

— Так не честно! — возмутилась она, — Люди в других странах тоже хотят жить хорошо. Почему нельзя им помочь? Тодзи Миоко родился не в Меганезии, и я родилась не в Меганезии, и даже Иори Накамура родился не в Меганезии. Разве мы от этого хуже канаков, которые родились здесь? А папуасы? Они такие же канаки и их надо так же защищать от оффи. Если это не получается без войны, то надо воевать, да!

Майо Теллем вздохнул и погонял пальцем пустую чашечку по столу.

— Не люблю политику. Война такое говно, а начинаешь рассуждать, и без нее никак не обойтись. Что-то есть гнилое в этой логике… Ладно, мы опять куда-то далеко уплыли.

— Ты хотел описать поход трех рыцарей за новым шефом INDEMI, — напомнил Рон.

— Нечего описывать, — вздохнул преторианец, — Все трое вернулись с одной и той же кандидатурой: Жерар Лаполо. Все остальные кандидаты оказались или недостаточно опытными, или уже отработанными — в том смысле, что по Хартии нельзя дважды занимать должность главкома того или иного рода вооруженных сил, или….