Внимательно оглядев пленников, Фермер наклонился к Тотену, и что-то прошептал ему на ухо.

— Господин майор говорит, что вас хорошо покормят, но вы должны хорошо работайт! А вы, — и Тотен уставился на полицаев, — за свою провинность будете им помогайть! Это есть приказ!

Три доходяги и два похмельных хмыря — это, доложу вам, не лучшая бригада для погрузки пяти тонн зерна. Поэтому нам тоже пришлось впрячься. Причём основная нагрузка легла на меня и Люка, так как Тотен, щеголявший фельдфебельскими погонами, изображал из себя большого начальника, а наши «окруженцы» были сосланы в охранение. А то, не ровён час, уронив на ногу мешок, скажут «твою мать!» вместо «Scheisse!», и вся конспирация к чёрту полетит.

Фермер с Трошиным обеспечивали дальнее охранение.

В общем, проваландались мы почти до обеда, к концу пленные еле ноги волочили, так что даже не обрадовались обильному обеду, привезённому нам старостой. Глядя на то, как измождённые бойцы с трудом шевелят руками, макая белый хлеб в молоко, Акимыч только головой покачал и обратился ко мне:

— Герр унтер, а разгружать вы их тоже заставите?

Идея показалась мне здравой, ведь так появлялась возможность практически легально умыкнуть наших из рук настоящих немцев. Я изобразил на лице непонимание и позвал Тотена:

— Toten, komm zu mir!

Перекинувшись с Аликом парой фраз на тарабарско-немецком, мы разыграли мизансцену «разговор через переводчика», после чего Акимыч подошёл к пленным:

— Вы передохните, мужики, мальца. А потом с господами поедете — там поработаете…

— Что-то ты добры сёння, дядько Семён! — откомментировал это один из полицаев, отдыхавших в сторонке, я не разобрал который из двух.

— Кому дядька, а кому господин бургомистр! — отрезал Акимыч. — А еду отработать надобно…

Наскоро перекусив, мы засобирались в дорогу. Тотен скомандовал пленным залезать в первый грузовик, а я отошёл в сторонку и, связавшись по рации с командиром, доложил, что мы готовы к движению.

— Как в лес въедете, метрах в двухстах будет прогалина слева по ходу движения. Там встанете и остальных подождёте. Как понял меня?

— Понял тебя хорошо. Минут через десять выдвигаемся.

— Понял. Отбой.

Когда я подошёл к своему грузовику меня перехватил один из полицаев, Василь:

— Пан официр цыгареткой не разодолжите? — и пояснил свою просьбу интернациональным жестом.

— Zigaretenn? Ja? — переспросил я и достал из кармана пачку сигарет “Juno”. Полицай радостно закивал головой:

— Да, да, пан официр.

Я щелчком выбил из пачки сигарету и протянул ему.

— Vorw"arts, Tony! Vorw"arts! — а это Тотен высунулся из кабины второго грузовика и подгоняет меня. Махнув ему рукой, я забрался в кабину и запустил мотор.

Стоило нам остановиться в условленном месте, как спустя буквально пару минут к нам подъехали командир вместе со Славой.

— Так, Тоха, — обратился Саша ко мне, — давай быстро ножками к лагерю — там «ублюдка» вести некому.

— А этот кто поведёт?

— Вячеслав, справится — тут дорога нормальная, а там по лесу надо ехать и быстро. И рацию достань и включи.

— Есть. Разрешите выполнять, тащ майор?

— Действуй.

До стоянки я добежал минут за пятнадцать. Встретивший меня Бродяга, не тратя времени, на лишние разговоры махнул рукой в сторону «круппа». Тут я обратил внимание, что у грузовика, захваченного двумя Сашами после радиосеанса никого нет, и двигатель его не работает.

— Шур, а этот что, бросим?

Бродяга кивнул и сделал неопределённый жест, мол, «сам видишь, бросаем, хоть и обидно до слёз».

Спустя ещё полчаса мы присоединились к остальным.

«Начальнику штаба 9-ой Армии генерал-майору Холидту

От начальника 18-ой команды ГФП гауптмана фон Зальцбурга

Срочно. Секретно

Расследование, проведённое по заявке Оберквартермайстера оберста Лонзеева в связи с исчезновением чиновника Службы продовольственного снабжения Армии интендантуррата Зоера показало, что 19-го и 20 го числа сего месяца были последними днями, когда его кто-либо видел. В эти дни он занимался сбором и инвентаризацией запасов продовольствия в районе юго-восточнее города Ракова, что подтверждено документами, обнаруженными у бургомистров некоторых населённых пунктов. Его автомобиль также был неоднократно замечен постами полевой жандармерии и полевых частей в указанном районе. Так 20-го июля он был замечен солдатами подразделения, дислоцированного в Старом Селе. По словам свидетелей, машина майора сопровождала колонну грузовиков.

Этим же числом датированы и расписки, полученные несколькими местными бургомистрами. Согласно этим записям, Зоер изъял у местного населения свыше 5 тонн зерна, несколько сот килограммов мясных и молочных продуктов и 45 голов крупного рогатого скота, однако на склады армии, в мясницкие взводы и на полевые пекарни эти продукты так и не поступили.

Точное местонахождение интендантуррата или его останков в настоящий момент установить не удалось.