Не сразу, но всё же Ливия догадалась обо всём.

Проанализировав поведение окружающих, девушка пришла к выводу, что тут явные признаки воздействия на сознание ребят. Злого умысла и тёмной ауры не ощущалось. Всё утверждало, что в стенах школы хозяйничал некто, наделённый Силой Света. Персона, имевшая такую власть, вырисовывалась одна единственная. Она едва справилась с приступом гнева, боясь, что встретив, придушит своего любимого или закатит ему грандиозную истерику. А ещё ей было обидно, что Габриель решил всё за неё, будто она малый ребёнок. Заставил сомневаться в себе и тщетно биться в поисках разгадки странного поведения большей части своих друзей и подруг. Очень захотелось отомстить парню, показать, что не у него одного есть мозги.

Она долго ломала голову в поисках достойного наказания, но ничего стоящего внимания не придумала. Ливии очень хотелось, чтобы архангел почувствовал себя обманутым, растерянным и беспомощным, хотя два последних представлялись довольно сомнительными. Габриель обладал огромной Силой и всегда был чрезвычайно уверен в себе, правда, после случая с проникновением в её сны демона, самомнения в парне поубавилось. Оливия хотела, чтобы этот крылатый мерзавец почувствовал себя так, как чувствовала себя Ливия, поняв, как жестоко её водили за нос, методично лишая друзей. Поэтому девушка очень обрадовалась, когда достойная кара сформировалась в голове. Это произошло, когда Сидни пригласила её на вечеринку к Лени Уилсон по случаю возвращения из Итона старшего брата девушки. Вначале Оливия собралась отказаться, так как не любила столпотворение людей в одном месте и шум, хотя Лени была одна из немногих, кто сохранил с ней хорошие, дружеские отношения. Видимо ангел-хранитель той не посчитал Ливию угрозой для своей подопечной. К тому же, девушка знала, что Габриель не отпустит её на вечеринку, так как это было слишком опасно. Среди приглашённых гостей мог затесаться незваный. Только последнее отнюдь не устрашило Оливию, не глядя даже на то, что жуткая морда Ангелиуса порой вставала перед глазами, заставляя кровь холодеть в жилах. Но мысль похода к Лени, тем самым ослушавшись своего Стража и нарушив их соглашение, стала казаться довольно заманчивой. К тому же, по словам Сидни, мероприятие будет проводиться только для избранного числа людей и вполне цивилизованно, если не сказать консервативно, так как там будут присутствовать родители Лени. Оливия никогда не забудет выражение, появившееся на лице подруги, когда та заявила, что согласна пойти вместе с ней на вечеринку. А побег из дома будет славной карой за то, что Габриель так поступил с ней, даже из благих намерений. Только именно из таких вот намерений выложена дорога в ад.

Приглашение было сделано в начале недели, а вечеринка должна была состояться в конце. Поэтому у Оливии было достаточно времени, чтобы продумать и организовать диверсию. Может, с её стороны было глупо рисковать собственной жизнью, и всё же, она готова была пойти на такой риск, чтобы показать архангелу, насколько ужасно чувствовать себя преданным человеком, которому верил.

Девушка из кожи вон лезла, чтобы в парне не появилось и малейшего подозрения. Старалась вести себя как примерная пай-девочка, ослабляя бдительность Габриеля. Между тем роясь в библиотеке, чтобы найти подсказку, каким образом задержать могучего Небесного Охотника. Наверное, из-за того, что желание девушки было велико, удача повернулась к ней своим сияющим ликом. В одной из книг с древними заклинаниями, она отыскала несколько заклятий, по вызываемой силе превосходящих те, что когда-либо были ею произнесены, во много раз. Чары, сотворённые ими, предназначались для того, чтобы перекрыть путь ангелу, создать ловушку для него. Однако они могли сдержать и существо сильнее, правда ненадолго. Но этого времени хватит, чтобы как следует наказать Габриеля. Подвоха с её стороны он никак не ожидает.

Сегодня, прежде чем собираться на вечеринку, Ливия тайком обошла весь дом и аккуратно, не делая резких движений, сохраняя на лице скучающий вид, нанесла с помощью заклинаний на все окна древние руны. Теперь архангелу сквозь них не прорваться, не потратив перед этим достаточно усилий. Правда, дело это оказалось чрезвычайно хлопотным и изматывающим, особенно когда приходится создавать сильные чары, в каждую секунду ожидая, что тебя поймают. Однако этого не произошло, и девушка умело со всем справилась. Габриель, как по спецзаказу, находился дальше, чем в шаге у неё за спиной. Поэтому и привести себя в порядок удалось без помех и допросов.

Правда теперь, когда Оливия была в шаге от осуществления своего плана, появились вполне конкретные сомнения. Когда она достигла лестницы, мысль, что поступает не правильно, уже буквально молотом стучалась в виски. Страх, что сумасбродство закончится плачевно, разъедал сознание. В глубине души, Ливии захотелось, чтобы появился Габриель и остановил её. Этому желанию способствовал ещё и тот факт, что тогда бы парень смог лицезреть девушку в роскошном «оперении». И зрелище это стоило того, чтобы как следует им насладиться. Вот только упрямство и затаённая обида не позволяли повернуть обратно. Гордо вскинув голову, Оливия спустилась по лестнице, решив довериться судьбе. Наверное, та решила, что девушке всё же стоит сходить на вечеринку, потому что гостиная и холл были пройдены без препятствий. Лив выскочила за дверь и захлопнула её за собой, быстро начертав всё те же сдерживающие ангелов символы, тем самым заперев Габриеля в доме и соорудив довольно прочные препятствия. Девушка глумливо усмехнулась и проказливо показала запертым дверям язык, а затем сбежала по ступеням в сад. На перекрёстке Ливию должна была ожидать Сидни.

Только подруги там не оказалось. Ливия в раздражении переминалась с ноги на ногу, вглядываясь в уже окутавшую город тьму и кутаясь в шерстяной свитер, наброшенный на плечи поверх платья. Она искренне надеялась, что не совершила непоправимую ошибку, вынырнув из-под крылышка Габриеля. Влажная от испарины ладошка сжимала ридикюль, в котором находились пузырьки с зельем, которое так действенно сработало на кладбище. Только в отношении Ангелиуса это вряд ли поможет, и ей крайне повезёт, если она сможет унести ноги вовремя. Вдруг раздался тихий шорох, и на Оливию буквально обрушилось какое-то существо. Девушка с визгом отскочила в сторону и уже взмахнула рукой, дабы с помощью магии отшвырнуть подальше таинственное «нечто». Но тут она услышала звонкий смех подружки. У Ливии зачесались руки от желания придушить Сид за такие шуточки, стоившие ей нескольких безвременно погибших нервных клеток.

— Я из-за тебя скоро седой стану, — буркнула девушка вместо приветствия.

— Ой, да ладно, Лив! Ты бы видела своё выражение лица… это было нечто! А несколько светлых прядей в твоей огненной гриве только пойдут имиджу на пользу, — отмахнулась негодяйка Сидни. — Ты готова веселиться?

— Не уверена, но всё же рискнём! — сказала Оливия, тяжко вздохнув.

Сидни не заметила её нервозности, и чтобы поднять настроение подруги, а так же смягчить последствия своей шутки, подхватила под руку и, вышагивая рядом, засыпала ту комплиментами. Надо сказать, Ливии было приятно слышать, что усилия и время, потраченные перед зеркалом, были одобрены. Правда, Сид сама видно время не теряла, потому что была чудо как хороша. Блондинка с золотистыми локонами, уложенными в замысловатую причёску, которая подчёркивала длинную и красивую шею, на ней было длинное, дивно струящееся платье бледно розового цвета. На ножках красовались босоножки. Девушка была также в тёплой кофточке, боясь продрогнуть. Ливия порадовалась, что их штат один из теплых, поэтому даже в конце ноября погода позволяла ходить в обуви на тонкой подошве и свитерах.

— Ты тоже ослепительна, Сидни!

— Спасибо, но до тебя, милая, мне далеко! Вот смотрю на тебя и думаю, что надо сегодня за тобой как следует приглядывать, а не то придет злой дракон и утащит в своё логово. Останется несчастный принц один одинешенек. Что ему тогда делать? — задумчиво сказала подруга.

Но тут она заметила, как лицо Ливии покрыла мертвенная бледность.

— Лив ты чего? Странная ты сегодня какая-то…

— Всё хорошо, просто воображение разыгралось, — произнесла девушка.