Тут она обратила внимание на молодых ведьм, примерно одних с ней лет, которые усевшись в круг и взявшись за руки гадали на сердечного друга. Оливия знала этот ритуал, но никогда особо им не интересовалась, считая всё это ребячеством. Теперь же ей стало любопытно и девушка решила понаблюдать за действом так веселившее дружную компанию.

А выглядело всё это так.

Девушка садилась в центр круга образованного её подругами, которые, взявшись за руки и замкнув его, читали заклинание, вызывающее образ сердечного друга. Ей лишь оставалось расслабиться и позволить волшебству, проникнуть в своё сердце и извлечь видение.

Заклинание было тем хорошо, что оно действовало, как на тех, что был влюблён и ясно представлял возлюбленного и на тех, кто с любовью ещё не встречался. Только каждой ведьме, Высшими Силами был предначертан суженый, часть которого уже хранилась в твоём сердце. В первом случае образ был чёткий и ясный, а во втором — на свет божий могли появиться лишь фрагменты лица. Как случилось и в случае симпатичной ведьмочкой с курносым носиком и копной кудрявых волос ставшей объектом гадания. Колдовство сделало своё дело и, перед ними предстало частичное видение, а именно: нос, губы и подбородок. Колдуньи захохотали.

— Эмили, не расстраивайся! У меня и того хуже было! У тебя половина лица, целенькая и довольно симпатичная. Не то, что в моём случае: два глаза! — утешила девушку одна из подруг.

Та тоже рассмеялась над своим "суженным" и образ рассеялся.

Созерцая происходящее Оливии нестерпимо захотелось тоже поучаствовать и посмотреть, затаился ли в её сердце какой-либо любовничек. Или сердце всё- таки пустынно, как Сахара. Она нерешительно подсела к девушкам.

Рядом сидящая с ней ведьма повернулась и улыбнувшись сказала:

— Привет! Может, хочешь рискнуть и поглядеть не запрятан ли кто-то в твоём хрустальном сердечке, что бы потом затопить его и заполнить собой до краёв? Будешь знать к чему готовиться!

Последние слова она говорила таинственным шёпотом, а под конец задорно хихикнула.

— Неужели всё так жутко? — сделав "страшные глаза", спросила Ливия, притворно охнув и судорожно схватившись за сердце.

Девушки вместе рассмеялись.

— Я Лора Линсей, — представилась ведьма и протянула руку.

— Оливия Уоррен, — торжественно сказала Лив, крепко пожимая руку Лоры.

— Здорово! А теперь познакомлю тебя с нашими девочками, — развернувшись, что бы всех видеть начала представлять. — Лили, Милагрес, Анна, Лизи, Эмма, Джессика, Луара, Роза.

Девушки, которых называла Лора, с улыбками на лицах махали руками и кивали, что бы Оливия могла понять, кто есть кто из них.

— Девочки, это Оливия и она хочет попробовать вызвать ведение своего суженного.

— Конечно! Садись в центр и расслабься! — сказала Эмма, милая девчушка с глазами цвета жжёного сахара, обращаясь к Ливии.

Оливия тут же последовала совету.

— Ливия, а ты когда-нибудь любила? — хихикнув, спросила Роза.

Девушка отрицательно покачала головой.

— Что никогда — никогда? А парень у тебя есть? — подключилась к её допросу Анна.

— Нет.

— Ты такая красивая, странно… Так почему нет?

— Девочки прекратите! Чего это вы накинулись на Оливию? Может, она не встретила достойного, уготованного ей. Нам надо помочь увидеть его, — строго сказала Лора, укоризненно взглянув на девушек, который тут же притихли.

Оливия была ей благодарна за своевременное вмешательство. Расспросы девушек и их любопытство смущали Ливию. Она не привыкла делиться самым сокровенным, с таким количеством слушателей.

— Девочки приготовились! — скомандовала Лора.

Ведьмы взялись за руки и их мгновенно, буд-то накрыл непроницаемый и невидимый другим купол, который, нейтрализовал любые посторонние звуки. Девушки нараспев, все вместе произнесли заклинание:

— Что в сердце юной девы скрытой, пусть откроется в этот миг и образ воздушный предстанет пред нами. Заклинаем! Призываем! Друг сердечный покажись!

Ливия расслабилась и прикрыв глаза, позволила своему сердцу распахнуть свои тайные створки во всю ширь, что бы магия беспрепятственно проникло в их глубь.

Она ожидала услышать смешки и весёлые комментарии, вот только девушки отчего-то молчали. Лишь спустя минуту её ушей коснулся тихий шёпот, а затем растерянный голосом к ней обратилась Лора:

— Оливия, открой глаза и взгляни сама. Мы ничего не понимаем…

Почему-то делать это ей очень не хотелось, но всё же Ливия приоткрыла глаза и подняв их поглядела на клубящийся у неё на головой образ. Хотя назвать его так можно было с большой натяжкой. Он представлял собой некий сияющий сгусток ослепительного белого света, с каймой по всей окружности, чернее самой ночи. И лишь хорошо присмотревшись можно было заметить проступающие черты, но они были настолько нечёткие и размытые, что разглядеть лицо не представлялось возможным.