— В Алекет-Невес, куда же еще?! — все еще злой Элистар едва удостоил меня взглядом. Из кармана штанов у него торчал разноцветный клубок ниток и белая тряпочка. Отчего-то я не сомневалась, что он и пяльца успел прикарманить у Инвей. Этот жук своего не упустит.

— Летите без меня!

— Что? Как это без тебя, а ты куда?

— Инвей мне все рассказала. Про реннов, химер и про то, что есть шанс спасти моего жениха и остальных наших друзей.

— Вот старая карга! Я же просил ее ничего не говорить! Ты никуда не поедешь, Лида!

— Лида, это безумие! — продолжила за внука Азули, но я лишь упрямо покачала головой. Разве есть более безумные поступки, чем вышивать в три часа ночи? Или разыгрывать убийство Сотворителя, подставляя родную сестру? Именно об этом я и сообщила обоим родственничкам, на что получила в ответ лишь парочку молний.

— Вот, вы же сами ненормальные, неуравновешенные и опасные. Уж лучше я отправлюсь к мирным, тихим реннам с их темными безухими половинами, — пытаясь увести Карамель от нового залпа, хохотнула я.

— Лида, ты не знаешь, на что идешь! Давай лучше мы сначала попросим помощи, во всем разберемся, надаем под зад Элаймусу, а потом вместе отправимся спасать твоего ненаглядного советничка, — Гервен явно был на пределе. Мне вспомнилась та зимняя гроза, которую он однажды сотворил, дабы не отпустить такую выгодную пешку, как я. Только вот на этот раз с ним рядом не было Велеры и никто не мог мне помешать скрыться от крашеного.

— А ты не подумал о том, что это может кончиться совершенно иначе? Что это не мы, а нам надают по шее, а то и отрежут ее вместе с головами? Я понимаю, для тебя нет ничего святого, тебе плевать на Мэрке, на Дэрлиана, на Виканта. Конечно, раз ты даже о смерти собственной матери не стал жалеть!

— Заткнись! — в почти неслышимом шепоте парня звенела сталь. Он одним рывком бросился ко мне на своей птице, в то же мгновение вырывая меня из седла. Сильная рука сжалась на моем горле, пока ноги продолжали висеть в воздухе. Перед глазами все поплыло. Легкие разрывались от недостатка кислорода, — Не смей так говорить, мразь! Моя мать была самой прекрасной женщиной на свете, и она всегда думала, прежде чем что-то предпринимать. Говоришь, мне не жаль наших друзей? Дура… Знаешь, что я больше всего хочу: чтобы мои родные всегда были вместе, чтобы Дэрл вместе с другими снова стал живым и настоящим. Но у меня, в отличие от некоторых, есть хоть немного соображения. А ты…

— Гервен! Гервен, отпусти ее, задушишь ведь! — голос Азули был еле слышим, руки по-прежнему царапали ладонь Элистара, но сила ускользала из пальцев.

— Отпустить? — зло переспросил парень. Ногти в последний раз коснулись его белоснежной кожи, и я полетела вниз, не понимая, что происходит. Небо и земля несколько раз поменялись местами, что-то твердое больно ткнуло меня в бок, а потом я упала на какую-то пружинящую теплую поверхность. Лишь после этого я расслышала жуткий звук, похожий на бульканье.

— Лида, Лида… — два ярко-голубых глаза появились перед широко распахнутыми веками. Звук не прекращался, постепенно приобретая оттенок хрипа. О, Боже, это же я кричать пытаюсь!

— Силия? — моему удивлению не было предела. Наверно поэтому, я так быстро пришла в себя, утыкаясь в плечо девочки носом. Та вдруг разразилась рыданиями, словно не меня, а ее только что пытались удушить.

— Лида, как же я рада, что ты жива! Эти слухи, я едва с ума не сошла.

Я, наконец, приняла вертикальное положение, поражаясь собственной везучести. Мы с дочерью Дапмара находились верхом на изящной птице, медленно перебирающей ногами в неизвестном направлении. Подняла глаза наверх, но кроме переплетения ветвей ничего не нашла. Откуда-то сверху раздавались голоса, но разобрать, кому они принадлежат, я не могла.

— Какие слухи, что случилось? — девочка лишь пробормотала себе под нос, продолжая заливаться слезами.

— Лида! — мое имя за последнее время стало, кажется, самым популярным. Сверху к нам спланировал Азули с Гервеном. При этом у парня был такой вид, словно его в одночасье лишили громадного наследства, — Ты жива?

— Вы что, сговорились! — не выдержав, крикнула я, — Конечно, опять не удалось меня угробить, какая жалость.

— Прости, я… не хотел. О, Светлейший, Лида, — Элистар соскочил со своей птицы, направляясь в нашу сторону. Но меня уже понесло:

— Как же вы меня все достали! Вы, ваши идиотские выходки, правила, ваш мир! Ненавижу лекверов. Жалкие твари, которые только и могут, что причинять другим боль. Не подходи, Гервен, иначе я насажу тебя, как шашлык, на меч.

Во мне клокотал гнев. Они все только и делали, что унижали меня, вновь и вновь сравнивая мои чувства с землей, растирая в порошок, перемалывая в муку. Дэрлиан, Элаймус, а теперь еще и младший из Элистаров.

— До тебя только дошло? — хмыкнула за спиной внука Азули.