– Неугомонный, - хохотала я, уворачиваясь от его губ.
– Пощады! Я сейчас умру... ох, от этого..

– От этого не умирают, - произнес он мне в живот.
– Нам с тобой еще работать и работать над этим. Вон Алек меня например уже обскакал.

– В чем это?
– не сразу сообразила я.
– Ладь, Ладь, подожди, - глубокий вздох.
– Я об этом еще хотела поговорить. Ладь...

– О чем именно?
– не прерывая своего занятия, поинтересовался он.

– Ладь, я серьезно. Ох...

– И я серьезно, - ухмылялся он мне в шею.

– Я не об этом "серьезно", - обхватила я его лицо руками, не давая вывернуться и тут же утонула в темноте его глаз.
– Нам надо обсудить то, что каждый ждет в будущем от нас. Вдруг мы все же совершаем ошибку.

– О чем именно речь?
– он вновь откинулся на спинку кровати и скрестил руки на груди. Закрывается. Но мне нужно выяснить кое-что сейчас, иначе потом будет поздно.

Укутавшись в одеяло, я села рядом с ним. Если мне хотелось сохранить трезвость рассудка, нужно учиться держать себя в руках, даже когда солнце так соблазнительно играет с цветом его глаз и его грудь мерно вздымается, так и маня, прижаться к ней своими губами. Гормоны явно еще не выветрились.

– Начну с самого сложного, для меня, по меньшей мере. Я знаю, что вы живете долго...

– Не вы, а мы, - поправил он меня.
– Я понимаю, что тебе пока сложно принять себя, как часть нашего мира, но чем раньше начнем, тем короче будет дорога.

– Ладно, мы, - скривилась я, - не цепляйся к словам. Но я видела, как ты вчера смотрел на Машку с Алеком и честно говоря, этот взгляд меня немного пугает, - он открыл рот, но я прервала его.
– Дай мне закончить. Я еще молодая и глупая. Машка в этом плане более ответственная, потому для нее это наверное не будет таким уж большим стрессом, тем более рядом с Алеком. Но вот для меня будет, это я так на всякий случай предупреждаю. Так вот, я просто хочу знать, насколько остро стоит эта проблема у нас и будешь ли ты на меня дуться и давить, если я скажу тебе, что даже не планирую этого в ближайшие как минимум лет пять.

– Том, ты опять все усложняешь, до невозможности, - ухмыльнулся он, но руки не разжал.
– Скажи прямо, чего ты от меня хочешь?

– Я хочу понять, чего ты хочешь, - нахмурилась я.
– Я не хочу диктовать условия, но, Ладь, я боюсь этого всего до жути. Ты меня так ловко спеленал за последние пару дней, что я опасаюсь, что если динамика событий не замедлится, я стану похожа на классическую домохозяйку из мыльного сериала, больше походящую на белку в колесе, чем на живого человека.

– Ты меня совсем запутала теперь. Ты сейчас о чем именно говоришь? Скажи прямо и прекрати создавать ребусы на пустом месте.

– Я не хочу иметь детей, - выпалила я и чтобы хоть как-то смягчить формулировку, добавила, - не сейчас, по меньшей мере.

Влад задумчиво потер переносицу и приложив руку ко лбу, посмотрел на меня.

– С чего такие радикальные выводы?

– Мне страшно, - отозвалась я.
– Я по прежнему ничего не знаю о нашем мире. Не заню, чем помимо... ловли вампиров ты занимаешься. Понятия не имею, что можно, а чего нельзя делать и главное, как долго я смогу быть рядом с тобой без угрозы... потерять тебя.

Последние слова я произнесла еле слышно, опустив голову.

– Тома, ты снова сомневаешься во мне?
– приподнял он меня за подбородок, заглядывая в глаза.

– Не в тебе, точнее не совсем в тебе. Машке проще, она вдолбила себе в голову, что любовь способна победить все что угодно и идет как слепой котенок на звук. Я так не могу. Я хочу знать, что меня ждет впереди, чтобы я могла подготовиться к самому худшему.

– А что тогда ведет тебя?
– задумчиво спросил он.

Я растерялась. Вот он это момент, когда нужно сказать эти три самые важные слова. И они будут правдой на все сто процентов, тут же спросила я себя. Да, наверное, будут. Он лучшее, что было в моей жизни и он обещал измениться. Момент истины. Вот сейчас, когда я смотрю в его глаза, когда он, слегка нахмурив лоб, так старательно ищет ответ в глубине моей собственной души. Отведя глаза, я сделала глубокий вдох и открыла рот.

– Я...

– Я сварю нам кофе, - резко соскочив с кровати произнес он и, не говоря ни слова, скрылся за дверью.

Одевшись, я последовала за ним.

– Я тебя чем-то обидела?
– произнесла я, внимательно наблюдая за его отточенными движениями, но чуть более резкими, по сравнению с его обычным невозмутимым состоянием.

– Ты хочешь услышать правду?
– спросил он, не поворачиваясь.

– Да, - не раздумывая, выдохнула я.

– Том, ты все время меня ранишь, - наконец посмотрел он на меня.
– Просто сейчас ты сделал это чуть более явно, чем ранее. Не волнуйся, - жестом остановил он мои оправдания, полностью поворачиваясь в мою сторону и прислоняясь спиной к столу, - я переживу это, потому как пока моей любви хватит на нас двоих, и я все же надеюсь, что все, сказанное тобою ранее было не всерьез. Я не утверждаю, что хочу видеть тебя матерью своего ребенка прямо сейчас и ни минутой позже, но и говорить, что я не думал об этом, желая этого, будет несколько нечестно по отношению к тебе и к самому себе. Может быть, по меркам нашего общества я еще довольно молод, но по общечеловеческим меркам вполне логично, что я уже обрел определенный опыт и потребности. Том, я не давлю на тебя и не пытаюсь навязать свою точку зрения, но я надеюсь на перспективы или по меньшей мере на то, что я могу это делать, не опасаясь повторения сегодняшнего разговора, - я вновь попыталась вставить слово, но он мне этого не позволил.
– Солнышко, на этом тему я пока закрываю, и не возражай, но обещаю вернуться к ней после свадьбы, договорились?