– С добрым утром, Соня, - донеслось до меня, и его рука потрепала меня по затылку.
– Ну, ты и спать?! Решила побить все рекорды пожарных?

Лениво приоткрыв один глаз, я поняла, что Солнце действительно сияет не по-утреннему ярко. Влад, полулежал на кровати, обнимая меня одной рукой поверх головы, а в другой держал какую-то книгу в ярком желтом переплете.

– Который час?
– хрипло произнесла я.

– Не поверишь, но уже первый, - отложил он книгу в сторону и притянул к себе поближе, обняв обеими руками. Я привычно положила голову ему на грудь, слушая мерный стук его сердца.

– У меня каааа..., - я сладко зевнула, чем вызвала смешок со стороны сероглазого, - каникулы. Отсыпаюсь за все что позади и на всякий случай наперед. Кроме того, я даже не знаю, во сколько мы вчера угомонились, - высунула я язычок и смачно его лизнула.

– Кажется часа в четыре утра, - притянул он меня к себе поближе и, уложив поверх, поцеловал в губы.

– И почему ты такой бодрый по утрам?!
– уткнулась я носом ему в шею.
– Да и не по утрам тоже. Где ты столько сил берешь, ума не приложу, - положив подбородок ему на грудь, я попыталась заглянуть в глаза.
– И что ты читал?

Прежде чем он успел меня опередить, я схватила лежащую рядом книгу и посмотрела на обложку.

– Шекспир?!
– недоуменно посмотрела я на него, ответом мне был ясный, согревающий своим теплом и глубиной взгляд серых глаз.
– Я его последний раз в школе открывала и закрыла сразу же после того, как сдала сочинение на заданную тему.

Я развернулась в его руках и, опершись спиной на его грудь, стала задумчиво перелистывать страницы небольшого томика, который оказался сборником сонетов гениального англичанина.

– Видишь, что ты со мной творишь, - прошелестел он мне в ухо, - уже и любовная лирика не миновала моего внимания.

В ответ я тихо фыркнула и открыла страницу с самым популярным его сонетом и прочитала вслух:

"Уж если ты разлюбишь - так теперь,

Теперь, когда весь мир со мной в раздоре,

Будь самой горькой из моих потерь,

Но только не последней каплей горя! "

– У него и повеселее есть, - попытался он отобрать у меня книгу.

– Шшш..., - отодвинула я ее на максимальную дальность от его цепких рук, - у меня родилась мысль. Давай я тебе погадаю.

– Том, ты, это всерьез?!

– Что это?
– недоумевая, переспросила я.

– Мне казалось, что после всего, что ты знаешь о нашем, - я явственно услышала его акцент на этом слове, - мире, ты должна перестать заниматься подобной чепухой.

– Это не чепуха, - обиженно произнесла я.
– Я в это верю. Боишься, так и скажи.

– Я?!
– голос был буквально пропитан сарказмом и возмущением.
– Давай! Что нужно делать.

– Ты что по книгам никогда не гадал?!
– попыталась я посмотреть ему в лицо и тут же, на его возмущенный выдох, добавила.
– Видимо это "нет". ОК, в общем, просто наугад открой страницу и все.

– Ладно, - еще одно возмущенное сопение, - но тогда и ты присоединяйся.

– А давай! В таком случае, мы сейчас оба сначала выберем, что уготовила нам судьба в будущем, а потом вместе прочитаем? Договорились? Так сказать для чистоты эксперимента.

– Дамы вперед, - издевался он.

Я захлопнула книгу и, проведя пальцем по ее корешку, резко распахнула ее посередине.

– Номер сорок семь. Твоя очередь, - передала я ему предмет спора.

Влад немедленно, одной рукой практически встряхнул ее и, удерживая пальцами за ее открывшуюся половинку, не глядя, протянул мне.

– Сорок девять, - констатировала я.
– Кучно пошло. Прочитаешь?
– ухмыльнулась я.

– Если ты хотела услышать, как я читаю вслух стихи, надо было просто об этом сказать, - по-прежнему недовольно произнес он.
– Я бы это и так сделал и без этого цирка на колесах.

– Если это такие глупости и неправда, почему ты сердишься?
– не удержалась я.
– Прими это как игру.

– Потому что в эти глупости, судя по всему, веришь ты, и мне это не нравится, - пролистал он книгу до нужной страницы.

"...Мой взор тебя рисует и во сне

И будит сердце спящее во мне."

Я непроизвольно судорожно вдохнула и задержала дыхание. Стараясь унять дрожь, вызванную последними строчками, я вновь выхватила у него книгу и прежде чем он что-нибудь сказал, открыла страничку с "его" сонетом и прочла:

"...Меня оставить вправе ты, мой друг,

А у меня для счастья нет заслуг."

– Ого, - выдохнула я.
– Что бы это значило?!

– Глупости, - немного напряженно произнес он, окончательно отбирая у меня книгу и отбрасывая ее в сторону, - и более ничего. Наигралась?! Моя очередь, - он сдернул с меня одеяло, одновременно опрокидывая на спину, которое я так старательно мгновение назад обмотала вокруг своего вечно мерзнущего тела.