— Ты сам сказал, что она хорошо обращается с оружием. Заметь, хорошо, а не превосходно.

— Но она прекрасна, как эльф!

— Дорогой виконт, а ты видел много истинных эльфов? — с сарказмом спросил переводчик.

Молодой Груц слегка порозовел, но все же ответил:

— Видел пару.

— И где же это и когда, позволь поинтересоваться?

— Отец возил. На темную сторону. В бордель, — нехотя признался юноша.

— Эльфийка темная была? — Да.

— Может, и вправду истинная. Как звали ее, запомнил?

Груц рэк ур Перке отрицательно помотал головой.

Эйриэн, не забывая о своих «обязанностях», продолжала разносить закуски и поэтому слегка переместилась к краю стола, но, заинтересовавшись разговором, подошла к высокопоставленным гостям поближе.

— Так вот, даже если та эльфийка, с которой ты… которую ты… видел… была чистокровной, то, как ты говоришь, она была темной. А красота темных и светлых эльфов различается, как красота ночи и дня.

— Ну о чем я и говорю: королева Эсилии восхитительна, как солнечный ясный день, — не унимался молодой орк.

— Слишком уж солнечный, — проворчал себе под нос Дэрк Таупар, — ты только посмотри на ее волосы, в них же нет характерного для расы зеленоватого отлива.

— А по-моему, они переливаются прекрасным зеленым цветом.

— Это камни в ее волосах переливаются прекрасным зеленым цветом. К тому же ты только взгляни на ее уши!

— А что у нее с ушами? — удивился виконт. — Их не видно из-за прически.

— Вот именно. — Переводчик торжествующе поднял вверх указательный палец. — Где ты видел эльфа, сознательно прячущего свои длинные острые уши под прической? Да они гордятся ими, как главным достоянием расы, и стараются каждый раз по поводу и без повода выставить их на всеобщее обозрение.

Эйриэн против воли машинально дотронулась до своих ушей под чепчиком.

— Дэрк, скажите, это действительно имеет такое большое значение, какой королеве, истинной или ложной, мы объявим войну?

— Безусловно, это имеет первостепенное значение. Остальное Эйриэн уже не услышала. До нее наконец дошел смысл вопроса, который молодой виконт задал своему сопровождающему.

В этот самый момент все голоса смолкли. В полной тишине раздался нечеловеческий визг. Именно от этого визга девушка часто просыпалась по ночам. То плакал умирающий щенок. В такт ему страдальчески завыла собака-мать. По спине эльфийки потекли холодные струйки пота. Война.

Королева отступила на несколько шагов назад, пока не уперлась спиной в одну из колонн, поддерживающих куполообразный сводчатый потолок зала. Поднос в ее руках задрожал, золотая и серебряная посуда заплясала с легким звоном.

Звук вернулся так же неожиданно, как пропал. В один момент нахлынул с новой силой, больно ударив по барабанным перепонкам. Эйриэн взяла себя в руки, глубоко вздохнула и подошла к Николо, сидящему напротив посольства. Она наклонилась, предлагая ему салаты, а сама тем временем тихонько прошептала, прижав губы к самому уху учителя так, чтобы только он один мог услышать:

— На кухне у Марии. Срочно. Вместе с Ивэном. Советник еле заметно кивнул.

Эльфийка быстрым шагом вышла из зала. Почти выбежала. Мария смерила ее пристальным взглядом, когда она появилась на кухне, но подойти и расспросить не отважилась.

Девушка прислонилась к стенке возле выхода, чтобы никому не мешать, и глубоко задумалась. Раздумья ее продолжались недолго, ровно до тех пор, пока в кухню не зашли Николо и Ивэн. Она привела их в помещение, которое уже спасало ее сегодня, — в кладовку. Прекрасно помня, что и у стен есть уши, она надеялась, что поскольку обычно здесь им слушать нечего, то и в этот вечер подслушивать тут никто не будет.

Не откладывая, королева начала с самого главного:

— Пошегрет объявит нам войну.

На несколько стрелок повисла тишина. Советникам понадобилось время, чтобы обдумать услышанное.

— Объявление войны может не означать саму войну. Возможно, Юргантт хочет добиться от нас новых территорий, денег, даров в обмен на ненападение? — осторожно предположил Николо.

И тут в качестве оправдания Эйриэн выдала результат своих недавних размышлений:

— Я понимаю, что мне надо было остаться до конца ужина и как следует обо всем разузнать. Но, поймите меня, я как услышала!.. Я бы просто не дотерпела до конца приема. Я бы просто ему врезала. Королевская кухня лишилась бы одного подноса, зато пошегретское посольство обогатилось бы на одну шишку.

— Ты не виновата, дочка. — Ивэн ободряюще похлопал ее по плечу. — Ты молодец, ты все сделала правильно. Теперь мы, во всяком случае, подготовлены и знаем, чего ожидать.

Все трое понимающе переглянулись.

— Ивэн, мне нужен человек. Выберешь сам. Тебе лучше знать, кто больше подойдет. Через бой. В малом тронном зале.

Тайный советник молча кивнул.

— И дай мне свой плащ.

Учитель снял парадный атласный плащ с золотым шитьем и накинул на девушку, поцеловал ее в лоб, застегнул фибулу и вышел. Николо поклонился и вышел вслед за ним. Взгляд его был задумчив и сосредоточен.