— Я рад, что буду сражаться плечом к плечу с тобой, — сказал вампир, нарушив всю прелесть момента.

— Я тоже рада, что ты будешь рядом. Только… береги себя. — Обычно все вокруг говорили это ей. Сейчас она впервые сама произнесла эти слова и почувствовала, сколько переживаний они содержат: и нежность, и тоску, и надежду, и тревогу, и много чего еще.

— Знаешь, Эйриэн, я хочу тебя кое с кем познакомить, — загадочно произнес молодой человек, направляя коня в гущу добровольцев. Эльфийка пустила Арейона следом, они проехали толпу почти насквозь, когда королева увидела их. Литавию не нужно было уточнять, кого он хочет ей представить. Они стояли в стороне от всех. Не то чтобы остальные этэны их боялись, скорее, опасались. Вампиров, затянутых с ног до головы в черные глухие одежды, невозможно было спутать ни с кем. Алые искры плясали в волосах разных цветов: рыжих, русых, каштановых, а такого разнообразия красного цвета, как в их глазах, девушка не видела никогда в жизни.

— Я и не знала, что в столице много вампиров, — шепнула королева на ухо Литавию. Хотя их было от силы двадцать, она не предполагала, что в Анории есть хотя бы один.

— Это еще очень мало, — так же шепотом ответил молодой человек, вспомнив свою родину.

— Мы рады служить вам, ваше величество, — поклонившись, с почтением сказал один из вампиров, выступив вперед остальных, — и вам, ваше высочество. Королева Эйриэн, я давно хотел выразить вам признательность от имени нашего небольшого сообщества за то, что в Эсилии мы нашли приют и второй дом. Но, принц, — повернулся старейшина вампиров, — знайте: если вы когда-нибудь захотите вернуться в Тираот, мы всегда придем вам на помощь и будем служить так же преданно и верно, как служили до этого вашему отцу.

— Спасибо, Люций, я запомню эти слова, — склонил голову Литавий. — Ваше величество, — обратился он к эльфийке, — позвольте в предстоящем сражении мне самому повести мой народ в бой. Если кому-то из нас суждено умереть на поле боя, то пусть он примет смерть среди соотечественников.

Девушка смотрела на Литавия во все глаза. «О чем он говорит? Какая смерть? Он не умрет, он не может умереть, потому что я… потому что я…» — Мысли путались и перескакивали с одной на другую, а вампир продолжал ждать ответа, пока эльфийка пребывала в замешательстве.

— Ваше величество, так вы позволите? — В его голосе послышалась мольба. Ну разве могла она ему отказать?

— Да, конечно, принц, я разрешаю вам. — Лучше бы она откусила себе язык, чем произнесла эти слова, но дело было сделано.

«Только если ты умрешь, я умру вместе с тобой, пусть и не рядом».

Часы на городской ратуше пробили восемь раз. Королева, гарцуя перед воротами королевского парка на Арейоне, оглядывала свое войско. Рядом с ней находились Ивэн, Литавий, Келл, Антуан и Томас.

С Николо и Лукееном она попрощалась еще до этого. Учитель был скуп в словах, но его красноречивый взгляд не нуждался в комментариях. Лукеен попросил только об одном — беречь Антуана, которого он отправлял на помощь армии. Эйриэн не нужно было об этом просить. Она вообще не хотела брать Антуана с собой и не взяла бы, если бы не необходимость. Единственное, что тяготило девушку больше этого решения: Милена так и не пришла с ней проститься. Неизвестно, когда они теперь свидятся и свидятся ли вообще, а уезжать, оставляя в сердце сестры обиду, не хотелось. Она бы первая пошла на примирение, но боялась напугать ее. Так сестры и не простились.

— Сколько у нас бойцов? — спросила королева, трогаясь в путь за первой колонной.

— Чуть больше трех тысяч, могли бы набрать еще. Поток добровольцев немалый. Каждый второй, если не первый, беженец стремится попасть в ополчение, чтобы защитить Анорию. Тысячу этэнов я оставил на защиту города.

— Хорошо, — согласилась королева.

— Из наших трех тысяч почти половина — профессионалы, в их рядах королевская стража, тридцать магов, среди которых все придворные маги, кроме Старого. Своих сыновей я оставил в столице. Должен же кто-то заниматься обороной.

— Почему ты забрал всю королевскую стражу, ведь они — лучшие из лучших? — Это решение пришлось Эйриэн не по душе.

— И они служат только вам, ваше величество, — напомнил советник. — Их место там, где вы, и даже если вы отправитесь за грань мира к духам, которым поклоняются шаманы, они пойдут за вами.

Армия шествовала через центр столицы к северным воротам. Горожане приветствовали своих защитников громкими восторженными криками и бросали им под ноги цветы и мелкие монеты, словно провожали не на битву, а на праздник.

— Бей орков!

— Да здравствует армия Эсилии!

— Да здравствует королева!

— Слава королеве Эйриэн!

— Слава защитникам Анории!

— Слава Николо ла Шургу! — раздавалось со всех сторон на разные голоса.

И все-таки среди этого шума и гама эльфийка смогла различить тоненький родной голосок:

— Эйриэн! Эйриэн, сестренка, подожди!

Ее величество обернулась и увидела, что к ней со всех ног несется, боясь не успеть, Милена. Сердце королевы радостно забилось, она спрыгнула с коня и побежала навстречу сестре.