А вот что рассказывает про строгость отбора денежников в России П. Котошихин, современник царя Алексея Михайловича:

«Приказ Большой казны, а ведает тем приказом тот же боярин, что и Стрелецким приказом ведает, а с ним товарищ думский, да два или три дьяка.

В том приказе Денежный двор, а в нем сидит для досмотра денежного дела дворянин да дьяк…

…А денежных мастеров для того дела берут из вольных и торговых людей, кто пожелает, но с поручительством. С них берут клятву с крестным целованием, что они, будучи у царского дела, не станут воровать серебра и денег, в серебро меди и олова и ничего другого не примешивать, дома своих воровских денег не делать, чеканов не красть и не подделывать их. А тех денежных мастеров, чеканщиков, подметчиков, резальщиков, тянульщиков и отжигальщиков 200 человек. А так как они для денежного дела ходят на двор или со двора, то их осматривать донага, чтоб они не приносили меди, и олова, и свинца или со двора что не унесли».

Котошихин пишет, что нарушителей режима Денежного двора строго карали: заливали горло оловом, отсекали руки, резали уши, били кнутом, ссылали в Сибирь, а все имущество отбирали.

В 1740 году сенат приказал на Санкт-Петербургский монетный двор работников нанимать с паспортами и «с поруками, понеже без того принимать опасно, от них кражи». Требование паспорта и поручительства – небывалая по тому времени строгость. Она вызвана опасением, что принятые без этих предосторожностей займутся кражей драгоценных металлов и готовых монет.

Хотя монетчики и пользовались некоторыми привилегиями, но условия труда у них были тяжелыми. Когда государство увеличивало выпуск денег, монетчики нередко работали по двадцать часов кряду.

Случалось, что их вовсе не пускали домой, чтобы лишить возможности делать и сбывать «воровские» деньги. Месяцами жили они в казармах в разлуке с семьей. К этому добавлялись унизительная слежка, обыск, безжалостные наказания за малейшую оплошность.

Все это подчас делало жизнь монетчиков невыносимой. Бунты на монетных дворах еще в древние времена были нередким явлением.

Волнение монетчиков Древнего Рима при Аврелиане превратилось в настоящее сражение. 7000 солдат, брошенных императором против восставших, погибли в битве.

Умные правители и правительства, сознавая исключительную важность денежного дела, привлекали к управлению им самых талантливых людей страны. Так, директором Лондонского монетного двора продолжительное время был великий ученый Исаак Ньютон.

Весной 1696 года в Англии разразился денежный кризис. В связи с реформой в стране возник монетный голод. Нечем было платить рабочим, невозможно вести торговлю. Нарушилась вся экономическая жизнь. Нужно было резко увеличить выпуск денег. Вот тогда-то правительство и призвало Ньютона на пост директора Монетного двора. Ученый с таким увлечением и энергией принялся за работу, что отвергал многочисленные советы вернуться к науке. Он добился установления новых прессов для чеканки, увеличил штат рабочих. По его настоянию в стране открыли новые монетные дворы.

Кроме того, Ньютон занялся исследованием причин кризиса, и, когда оно было закончено, представил парламенту доклад, где подробно изложил свои выводы.

Старая пословица говорит: «Мужик богатый, гребет деньги лопатой». Но навряд ли кто-нибудь имел столько денег. А вот на Ленинградском монетном дворе и вправду совсем недавно «гребли» деньги лопатой.

Много, очень много монеты нужно нашему государству. Нигде без нее не обойдешься. Но, сделав монеты, надо их пересчитать и по счету сдать в банк.

В одном из обширных помещений Ленинградского монетного двора до недавних пор стояли длинные широкие столы. Площадь крышки каждого была строго определенных размеров. Заранее было известно, сколько монет одного достоинства умещается на ней в один слой. Возьмет считающий лопатой сколько сможет гривенников раз, другой, рассыплет по столу, разровняет так, чтобы они плотно весь стол закрыли, и узнает количество монет. Не нужно по одной считать.

Теперь этот способ ушел в прошлое. Сейчас деньги считает машина. Такая, как в банке.

Много лет минуло с тех пор, как на Заячьем острове воздвигли Петербургский монетный двор, но по-прежнему во все уголки нашей Родины идут монеты только отсюда, из ворот старой Петропавловской крепости.

Здесь, когда нужно, создают и образцы новых монет. Для этого необходимо много труда и умения.

Сперва художник рисует на бумаге эскизы. Когда один из них правительством будет принят, рисунок переводят на восковую форму, делают, как и надписи, рельефным. Восковую форму заливают жидким гипсом, гипс застывает и сохраняет отпечаток изображения. Получается гипсовая форма.

Гипс хрупкий, работать с ним трудно. Чтобы сделать форму прочной, ее «одевают» в скорлупу – электролитическим способом покрывают металлом. Форма становится совсем похожей на одну из сторон будущей монеты, только размером в десятки раз больше.

Теперь по этой форме изготовят прочный стальной штемпель, который и будет чеканить монеты.

Когда-то штемпеля делались гравером вручную. Это трудная, кропотливая работа. Сейчас ее выполняет копировально-гравировальная машина.

Устроена она просто и остроумно.