Он почти угадал ее мысли. Саша даже немного смутилась.

— Ты когда-то, помню, поставила вопрос ребром: или я с тобой навсегда, или мы расстаемся. Так? — продолжал Милованов. — А ты забыла, что у этого равнодушного, холодного человека есть обязательства перед чокнутой женой? Что у него ребенок растет без нормальных родителей? Это в расчет не принимается?

Он резко поднялся, подошел к Саше и прижал ее голову к себе.

— Сашка, Сашка… Как же ты, дура, не поймешь никак, что это — не я! Не я настоящий! Это всего лишь тень моя, маска, которая мне и самому — вот где! — Он резко провел рукой по горлу.

Саша вслушивалась в его слова изумленно, не понимая, что происходит. Верить ему или нет?.. Поверить очень хотелось, но Саша побаивалась: она была уже хорошо научена жизнью и, в частности, кое-что понимала в мужчинах.

— В общем, так! — Милованов снова уселся верхом на стул. — Я хочу круто поменять свою жизнь, Сань! И хочу, чтобы мы сделали это вместе.

— Что ты имеешь в виду? — пробормотала абсолютно ошеломленная Саша.

— Скажи, тебе ботаник твой еще не опротивел? Женя этот…

Саша отвела глаза. Зачем сегодня Милованов так настойчиво лезет ей в душу?.. За каким чертом?.. Кто его туда приглашал?

— Я не хочу об этом говорить, — отрезала Саша. — А что, у тебя ко мне какое-то оригинальное предложение? За этим звал?

Она исподлобья взглянула на него. Игорь кивнул и заговорил доверительно:

— За этим. Переговоров, как ты понимаешь, сегодня не будет. Разговор будет, а перевод не обязателен. Видишь ли, Санька, если я решаю оставить жену, то я оставляю ей все. Хотя, если честно, оставлять особо и нечего — такая уж карта мне нынче выпала в бизнесе. В общем, сам остаюсь ни с чем…

Саша слушала его внимательно, пытаясь разобраться в происходящем.

— А для того, чтобы начать другую жизнь, нужны, к сожалению, деньги. «Бабки» нужны, извини, — продолжал Милованов. — И в этом ты должна мне помочь. Если, конечно, наши желания совпадают…

Саша по-прежнему ничего не понимала. Каким образом она, нищая Саша, может помочь владельцу «Русской платины» заработать «бабки»?.. Да еще немалые…

— Я действительно собираюсь сделать тебе одно предложение, от которого, я очень надеюсь, ты не откажешься. Потому что это залог будущего. Нашего с тобой будущего… — Игорь придвинул стул и приблизил лицо к Саше. — Мне продолжать?

Саша молча кивнула. Прямо какой-то дурдом… А что особенного?.. Бывают ведь полоумные бизнесмены. Они почти все полоумные. Не в том смысле, что у них пол ума, а в том, как отряд полорогих копытных — у них рога полые. Вообще пустые.

— Время нам дорого. Сейчас поймешь, почему. Поэтому я буду говорить прямо, без выкрутасов. Знаешь, сколько у твоей сестры денег? — Милованов хитро прищурился.

Саша покачала головой.

— Нет.

— А догадываешься?

— Наверное, несколько миллионов, — предположила Саша.

Игорь криво усмехнулся.

— Шутишь, матушка! По моим прикидкам, у нее — от десяти до ста миллионов. Естественно, зеленых американских знаков.

Саша больно прикусила губу. За что судьба так милостива к одним и так безжалостна к другим?! И во всем виновата эта тетка Юля… Будь она проклята!

— По-твоему, это справедливо? — иезуитски спросил Милованов, глядя на Сашу в упор.

— Что?.. — пролепетала она.

— Вот это самое! Что у нее — все, а у тебя — ничего! Что она живет в своем доме и отдыхает на Майами! А ты живешь в засранной халупе, отдыхаешь на Клязьме через год и возвращаешься с работы на метро.

Милованов по-прежнему запросто читал все ее мысли.

— На троллейбусе, — зачем-то поправила Саша.

— Ну, на троллейбусе… Разница невелика, — заметил Игорь.

— Зачем ты мне все это говоришь? — прошептала Саша.

— Затем, чтобы ты сообразила наконец: сестра могла бы с тобой поделиться. Подбросить тебе лимон-другой. Для нее это — тьфу! А твою жизнь эти деньги изменили бы полностью.

— Заботишься? — стала приходить — в себя Саша, иронически прищуриваясь на манер Милованова. — Для тебя, помнится, такой поступок тоже когда-то был «тьфу», да только ты что-то не очень со мной расщедрился! Забыл?

Игорь вроде бы начал понемногу раздражаться. Или Саше это показалось? Она хорошо знала, что артистизм и умение отлично притворяться — характерные особенности настоящего бизнесмена.

— Сань, давай не будем ворошить прошлое, а? — добродушно попросил он. — Что было — то было, я уже сказал. Ну, мы же все равно остались родными, да? А теперь у нас все срастется, я уверен. — Он ласково провел рукой по ее волосам. — И одно я знаю точно: мы оба будем в порядке, и ты, и я!

Саша молчала. Милованов, не давая ей вновь опомниться, продолжал: