Погостив у Семеныча пару недель и довольно хорошо отдохнув, мы собрались обратно в клуб. "Уплатить членские взносы",- как пошутил "Петрович". Он тоже иногда шутил.

Душевно распрощавшись с Семенычем, мы отправились в обратный путь. Но перед тем, как покинуть Землю, я попросил коллег залететь домой, в Россию. Нет, не к своему телу, по нему я давно уже не скучал, а просто хотелось посмотреть на родные места, как живут русские люди. По-прежнему ли у них только две проблемы, дороги и дураки? Может, еще какие проблемы добавились?

Клубовцы мне в этом, конечно, не могли отказать. Тем более, что сделать лишний крюк в пределах одной планеты для них всё равно что для нас лишний раз шевельнуть пальцем.

И мы направились в гости к русским. В русском полушарии было лето. Сверху мне сразу стало ясно, что и дороги и дураки остались на своем прежнем месте. Только дураки стали жить еще лучше, а дороги стали заметно хуже.

Но природа была еще вовсе недурна. Местами. Красота одним словом. К тому же ни жара, ни мухи с комарами по известным причинам меня не беспокоили. Это существенно усиливало и без того удивительную красоту мест.

Небольшая извилистая речка, в которой, наверное, еще водилась живая рыба, пять деревянных домишек, прилепившихся к ее излучине. Судя по их виду, они были обитаемы. Неподалеку остатки некогда большого собора, хлебное поле, рассеченное пополам проселочной дорогой.

В общем, если бы я летел на самолете или вертолете (или бы шел пешком по лесу и имел надобность "по-большому"), то произошедшее в следуюшую минуту можно было бы назвать вынужденной посадкой. Если бы я ехал на машине - то вынужденной остановкой. Если бы плыл на судне (речном, разумеется), то не знаю как называлось бы.

Короче, заглядевшись на окрестности, я просто треснулся об землю. Моим столкновением с планетой Земля это тоже млжно назвать. Но, если честно, я элементарно, как элементарная частица, врезался в плотные слои почвы.

Если бы я был в теле, то последствия были бы печальны. Но ломать мне было уже нечего. Только помутнение сознания. Ощущение как будто тебя сильно ударили по лицу мешком с ватой.

Очнулся я на той самой проселочной дороге. От смеха. Смеялись клубовцы. Надо мной. Особенно заливались "Петрович" со "Степанычем", которые впервые наяву увидели проявление глубокой земной задумчивости.

"Сначала, слышь, бац, бац помпончиком по деревьям, а потом ряшкой!.."- веселились они.

Эх вы, глупые!- урезонил их Галактион.- Вам этого не понять. У вас же нет ни родины, ни дома.

А зачем они нужны?- все еще смеясь, спросил "Петрович",- чтобы крышу ремонтировать или чтобы вот так же мордой?

Да, "Петрович", не был ты ни материальным, ни русским,- медленно поднимаясь над землей, сказал я,- И не будешь уже никогда.

Это точно,- ответил тот,- Да и не больно-то надо.

Ну тебе-то, видимо, и не надо. А я как-никак возник в этих местах, думать научился. Ты ведь, "Петрович" и в речке-то, поди, никогда не купался, да и плавать-то, наверное, не умеешь.

Зато я, во-первых, летаю, а это гораздо быстрее, а во-вторых, не потею. Зачем мне купаться?

То-то и оно, что не понять тебе.

А ведь это судьба,- неожиданно сказал Галактион.

Что судьба, по лицу мне получить?

Это тоже. Но я о другом. Ведь это то самое место, по которому я в черной дырке с конвоирами ехал! Вот, вот то самое место, где они Луну арестовали.

Так надо установить здесь памятный знак. "Здесь во время массовых репрессий в 1937 году была арестована планета Луна - спутник Земли по обвинению в правом уклонизме". Только кто ставить-то будет?

Как кто? Местные жители. Это место станет знаменитым на весь мир, начнется паломничество туристов и эта уже бывшая деревня снова будет процветать.

Боюсь, что никому это здесь не нужно. Ни памятники ставить, ни процветать. Тем более, что арестовали-то только русскую Луну, а французам, например, этот исторический факт вовсе даже неприметен.

Нет, нет,- загорелся вдруг Галактион,- нельзя же быть таким безнадежным пессимистом. Надо открыть людям глаза.

Так ведь уже сто раз открывали.

Тогда протереть!

Да им не глаза открывать надо, а пинка давать. А это не для нас.

Ничего не хочу слышать. Всё это отговорки!- отрезал Галактион и полетел в деревню искать контактов.

Что ж, и мы за ним.