– Нет,- вернувшись сказал Галактион,- дырка здесь ни при чем. Просто действительно погасла. У вас на Земле говорят, что у каждого человека есть своя звезда...

Я вздрогнул.

– К чему это ты?

– Просто так. Вдруг вспомнилось. А что?

– Да так, ничего. Я вот тут без тебя вздремнул...

– Однако, ты виртуоз. Спать в образе еще никому не удавалось. Полетели-ка на мое старое место. Там точно дырка была.

– А где это?

– Да тут недалеко. Минут двести лету. Вон смотри, слева-сзади треугольник крупных красных звезд. Так вот там, внутри него.

– А почему же мы полетели от него?

– Ошибаешься. Мы летим как раз к нему, причем кратчайшей дорогой.

– Кривизна пространства в действии?

– Верно.

– Но неужели она проявляется так буквально?

– Поясню на примере. Допустим, есть на свете нормальный мужик. В смысле правильный. Ну или женщина. Хотя для примера пусть будет мужик, причем женатый. Это как-бы середина. Свекор и свекровь, допустим, сверхэкономны и гипербережливы. А жена, скажем, довольно легкомысленна. Транжира, если сказать прямо. Это полюсa. Как думаешь, кто к кому ближе? Казалось бы, "правильный" мужик. Но это при прямом пространстве (которое есть только на картинке). А на практике свекровная сторона пилит мужика за то, что он мот, жена пилит его за то, что он скряга, в результате полюса сближаются, жмут друг другу руки, лобызаются, а середина остается в дураках и дальше всех отодвинутой. Вот она, кривизна пространства. В форме подковы счастья.

– Смотри-ка, треугольник нас, вроде, догоняет и обходит.

– Все правильно. Только больно ты нужен ему, чтобы он тебя еще догонял... Он как висел, так и висит. Просто это значит, что мы летим к нему верной дорогой.

– А если бы мы летели по прямой, долетели бы?

– Естественно. Только в два раза дольше. А вот и она, кажется, чернеет. Теперь стоп. Давай остановимся и обговорим детали. Ты должен лететь точно за мной, никуда не отклоняясь. Благо, киосков с мороженым и пивом здесь не бывает. Если потеряешь меня из виду, то назад не поворачивай, продолжай движение с той же скоростью. Целься всегда на полрадиуса мимо дыры. Точно расстояние объяснить трудно, здесь надо держать равновесие. Если отойдешь слишком далеко, круговое ускорение будет маловато и ты останешься в этом пространстве. Слишком близко - затянет и пикнуть не успеешь.

Ориентируйся по вращению звезд вокруг тебя. Они должны слиться в один розоватый фон. Потом раздастся вспышка с характерным хлопком. После этого резко забирай в сторону от дыры и замедляйся. Ты будешь в смежном пространстве.

– Именно в том, в котором нужно? А если ты попадешь в одно, а я в другое?

– Возможно, хотя и маловероятно. Зависит от направления спирали, а его-то задам тебе я.

– А вдруг придется лететь обратно одному? Всякое бывает. Тогда тебе нужного направления не найти. Заблудишься в пространствах. Но у тебя всегда есть запасной вариант, в отличие от меня. Ты всегда можешь выйти из образа, и оказаться на своем диване. В этом твое преимущество передо мной. А вот если я промахнусь, то мне уже из черной дыры никогда не выйти.

– Да уж, будь, пожалуйста, поосторожней, чтобы мне не пришлось искать тебя по дырам.

Мы сгруппировались. Галактион отсчитал старт с большой точностью (один, девятьсот тысячных, восемьсот тысячных,..., двести, сто, С БОГОМ!) и мы устремились вперед что было сил, держась от дыры на полрадиуса.

Звезды затеяли вокруг нас бешеный круговорот, сливаясь все больше в один тусклый фон. Нас захватила центростремительная сила. Это напоминало то, как если бы мы неподвижно висели внутри равномерно светящейся прозрачной ягоды с аспидно черной косточкой. Как космические белки в колесе.

Необычная красота окружающего так поразила меня, что я буквально на мгновение забыл про Галактиона.

"Газуй, недо...!!"- только и упел я расслышать обрывок вопля Галактиона и наступила темнота.

Весь мир слипся в один вязкий комок черной пустоты, которая стиснула меня со всех сторон.

Я почувствовал себя эмбрионом, у которого нет никаких чувств, кроме чувства отсутствия свободы.

Наверное хорошо, что у обычных эмбрионов нет разума, а то им было бы совсем невесело. Теперь я знаю, что значит чувствовать себя эмбрионом.

Еще ничего не понимая, я окликнул Галактиона, но мысль, затрепыхавшись, как бабочка в сачке, так и увязла во мне. Никто не ответил.

Наконец до меня окончательно дошло, что я никуда не перелетел, а банально был затянут и поглощен черной дырой из-за того, что потерял скорость и бдительность. Не справился с управлением.

Полный коллапс. Почему-то вспомнилось, как меня в детстве заперли в темной кладовке. Там было тепло, темно и пахло нафталином. Самое интересное, что при этом совершенно не хотелось кричать и звать на помощь. Казалось, что если я закричу, то вся окружающая темнота навалится на меня и задушит, как подушкой.

Крик был диким диссонансом в этом царстве неподвижности. Так и просидел в одной позе, пока меня не позвали ужинать.

Такое же оцепенение было и сейчас с той лишь разницей, что ужина, наверное, не предвидится.

Сколько времени прошло, я не знаю. Вдруг мне послышался лязг засова, тяжелый скрип металлической двери и невнятные голоса. Затем промелькнул яркий свет сквозь дверной проем и снова все стихло.

"Очень странно,- подумал я,- Откуда в открытом космосе закрытая металлическая дверь? Бред, наверное."