Брат только отмахнулся.

– Да ничего подозрительного я тут не вижу. Эти приехали вдвоем, друзья они. Кейт отдельно, да какая разница. Тихие, спокойные. Города не баламутят, никому не мешают.

– В тихом омуте, дорогой...
– зашипела я, - сам знаешь кто водится. Ты хоть раз Дьяволу в глаза смотрел? Ты ж небось на него заглядывался, а?

Он вспыхнул.

– Ну заглядывался, - в голосе звучал вызов.
– Я вообще много на кого заглядываюсь. Ты тоже мужиков на улице оцениваешь, почему я не могу на Дьявола посмотреть?

– Тихо, тихо. Дело не в том, какие у тебя права. Да смотри на здоровье, если он против этого не возражает. Я спросила другое. Ты в глаза смотрел ему?

Брат промолчал.

– То-то же... А я имела такую честь. И скажу тебе честно - глаза такие разве только в страшном сне приснятся. Ненормальные глаза, страшные и цвета необычного.
– Память рисовала кадры из фильмов про инопланетян.
– А может он вообще не человек? Дружка его не видела, но уверена что он тоже такой же.

Янек внимательно на меня посмотрел.

– Дура ты. И выдумщица. Нормальный он мужик, год вот уже над нами живет и все в порядке. А глаза у него самые обыкновенные, голубые. Правда, цвет очень чистый, но не инопланетянский же. А у Императора черные, просто черные глаза. И хватит тут чушь пороть. И вообще, что с тобой случилось? Ты, конечно, всегда была чудачкой, но до такой степени ты еще не доходила. Что-то не так?

Он схватил меня за руку чуть повыше локтя.

– Что с тобой? Как только ты приехала, сразу стало ясно, что что-то тебя беспокоит. Что с тобой случилось, а?

Я попыталась вырваться.

– Да ничего со мной не случилось, с чего ты взял?

– С чего? Я тебе скажу с чего. Во-первых, никогда не замечал у тебя такой любви к чтению газет. А после истории с идиотом Олафом думал, ты объявления вообще больше читать не станешь. Однако ты их прорываешь носом ежедневно. Ты руку не ломала случайно?

– К-какую руку?

– Правую. Ты ее странно держишь. И волосы ты перестала красить. И на пляже тебя нет, вот уж совсем невиданное дело.

– Ну про пляж я тебе могу объяснить, если поклянешься никому не рассказывать, особенно Яне.

Янек внимательно посмотрел на меня и в глазах мелькнула догадка.

– А уж не ты ли, дорогая...

Пришлось признаться.

– Я.

Следующие пять-семь минут я молча сидела и ждала пока Ян перестанет кататься по полу, захлебываясь от смеха. Мне же было совсем не смешно. Подумаешь, не удержала равновесие. Подняли сыр-бор на весь уезд. Как будто я не могла упасть случайно...

– Ну может хватит уже?
– спросила я недовольно, когда эти истерические всхлипывания мне порядком надоели.
– Хватит!
– я подкрепила приказ легким пинком.
– Вставай.

Подвывая и прихрюкивая от восторга, Янек вполз на диван.

– Слушай, - он все еще не мог говорить спокойно.
– Так это была действительно ты? Ты?

– Я, я.
– каждым признанием я рыла себе могилу.

– Мама, да ты ж на всю страну опозорилась. Как тебя угораздило так сверзиться?

– Ну...
– протянула я, - немножко не удержала равновесие.

– Ага, - подхватил брат.
– И Дьявол, естественно, абсолютно тут не причем.

– Все верно.
– (Кого я обманываю?) - Абсолютно.

– Не ври!
– Он шутливо погрозил пальцем.
– А с балкона случайно не ты его скинула? Из мести?

Донесла сестренка... До чего же длинный язык у некоторых, ничего скрыть не может.

– Да не скидывала я его... сам свалился.

Зарою эту сплетницу в саду за камином. Будет знать как доносить на меня.

– Да ладно...
– Он сел совсем близко, обнял меня за плечи и зашептал в ушко, - ну мне-то ты можешь все рассказать? Яна сказала ты с ним о чем-то разговаривала до того как он сорвался. И похоже, на повышенных тонах...

Воображаемая яма за камином становилась все глубже и глубже... Размеренно стучал заступ. Еще одно слово - и я погребу мерзкую болтушку раз и навсегда.

Брат всегда был для меня самым близким человеком. Кому еще довериться, если не ему? Может правда, взять и все рассказать? Во-первых, на душе сразу станет легче, когда есть с кем обсудить и кому довериться, во-вторых, моя голова не слишком приспособлена к логическому мышлению, может, он сумеет понять, что тут к чему? За сохранность информации я не опасалась - Янек никогда не был болтуном, наоборот, из него слова не вытянешь, это только со мной он такой разговорчивый. А теперь, с такой тайной, он вообще будет помалкивать. Секрет за секрет. Если он расскажет мой, я обнародую его крайний случай, который, конечно, не случится, но надежно страхует.