Сола протянула руки вперед и одной дотронулась до руки Спока на манер вулканца, сдвоив пальцы, а руку Кирка просто обхватила своей ладонью.

– Все случившееся с нами навечно останется в нашей памяти, но завершиться должно только здесь. Я ухожу и не могу вернуться. Ухожу с «Тотальным Единством», но не в него. Есть решения, которые всегда должны зависеть от моей воли. А есть… – она мельком взглянула на Солженова. Пока существует хоть какая-то угроза, что я могу стать слепым орудием в чьих-то руках, а мой избранник – заложником в тех же руках, я ни с кем не смогу объединиться. И уж конечно, – Сола как бы задохнулась и закончила, не могу представить двух заложников сразу.

Она выпрямилась, собралась с силами и обратилась к Споку:

– Я не говорила этого раньше, но сейчас, потеряв на тебя право, скажу: «Я люблю тебя, Спок.»

Вулканец хотел что-то сказать ей в ответ, но она прервала его:

– Не надо, не говори ничего. И повернулась к Кирку.

– Я люблю тебя, Джим. Крепко и навечно. – Слегка приподнявшись, она коснулась губами его губ.

Кирк обнял ее, прижал к себе, и Маккою показалось, что из таких объятий уже не вырваться. Но глубоко внизу взревел вулкан, извергая из себя новый поток лавы. Сола отстранилась от Кирка, и Маккой не услышал, а увидел, как ее губы прошептали: «Прощай». Потом она ухватилась за ладонь Спока, прижала к своему лицу и тут же отпустила, решительно повернувшись к Солженову.

Тот нажал какую-то кнопку на своем поясе.

– Теперь твой коммуникатор будет работать, вулканец, – сказал он, перекрывая рев вулкана. – В вашем распоряжении около минуты.

Схватив Солу за руку, Солженов побежал с ней к входу в свою былую цитадель. На полпути она остановилась, оглянулась, окидывая прощальным взглядом Кирка и Спока, и крикнула Маккою:

– Спасибо, доктор. Позаботьтесь о них ради…

Ревущий вулкан заглушил ее последнее слово, а вскоре и сама она вместе с Солженовым исчезла из виду.

Кирк отвел взгляд от темного провала в стене и напомнил:

– Ваш коммуникатор, мистер Спок.

Вулканец кивнул и щелкнул переключателем.

– На связи с «Энтерпрайзом» Спок. Немедленно транспортировать пятерых.

Потянулись тягостные секунды прослушивания шумовых и интерференционных помех, за которые Маккой несколько раз успел подумать, что коммуникатор не работает и они останутся здесь на скорую и неминуемую гибель. Затем до них донесся голос Ухуры:

– Да, сэр. Сигнал принят. Транспортировка – немедленно.

Раздался взрыв огненной лавы, взметнувший ввысь миллиарды обжигающих брызг, послышался ужасающий рев, должно быть, геотермического ускорителя спасательного корабля. Разъяренное пламя почти достигло утеса, на котором стояли пять человек… И в следующее мгновение пятерка транспортировалась.

Кирк медленно взошел на капитанский мостик, но без особых усилий; в какой-то момент серая тяжесть усталости покинула его, на смену ей пришла озабоченность.

Капитан не скрывал этого ни от Спока, ни от доктора, сопровождавших его по пятам до самого командирского кресла.

– Докладывайте, мистер Спок, – приказал он. Вулканец оторвался от приборов научного поста и спросил:

– О корабле?

– А о чем же еще? Конечно, о корабле, мистер Спок.

– «Энтерпрайз» снова находится под нашим контролем. Солженов, кажется, сдержал свое слово освободить весь экипаж. Гейлбрейс заверил, что сознание у всех чисто и что сам он освободил тех, кого захватил в качестве контрмеры. Мистер Добиус вполне здоров. Спасательный корабль Солженова благополучно стартовал с вулкана и взял курс на Заран. Двери турболифта распахнулись, и на мостике появился Гейлбрейс.

– Посол, – обратился к нему Кирк. – Каковы ваши планы? Надо ли вас доставлять на Заран?

Посол Гейлбрейс отрицательно покачал головой.

– Нет. Вначале я намерен доложить Совету Федерации и некоторым Новым Людям из разных «Единств» о предварительных результатах моей миссии и о выводах, которые из них следует сделать. Прежде всего, я скажу, что вопрос свободы выбора является решающим фактором для существования всех объединений такого рода. И, конечно, я сообщу Начальнику Штаба Звездного Флота о том, как вы помогли мне придти к такому умозаключению. Еще я скажу ему о мудрости, которую он проявил при выборе «раба Иова». Правда, он не знал, что я не допустил бы другого выбора…

– Понятно, – сказал Кирк. – А кто, по-вашему, выбрал мистера Спока?

Гейлбрейс улыбнулся.

– Приходится предполагать, что это был выбор самого дьявола. – Он тут же посерьезнел. – Джентльмены, я выражаю готовность принести свои извинения в любой подходящей для вас форме, я не мог предвидеть, что все обернется именно таким образом. У Кирка непроизвольно сжались челюсти.

– Да, вы не предвидели всего. Но именно вы надумали использовать меня, мой корабль, всех нас – и ее… Посол, я благодарен вам за вашу помощь в наиболее критической ситуации. И одобряю ваше решение относительно свободы выбора. Но лично мне очень хочется свернуть вам шею.