Закат был чарующе красивым. Казалось, небо отражало саму радугу, мягкие цвета которой обагрились медными лучами заходящего солнца. Добавьте сюда еще и факт, что воздух в парящем городе Регталири был свежим и чистым, и поймете, почему я неотрывно глазела в открытое окно с газовыми серебряными шторами.

— Итак. — Донесся до моего ведома строгий голос отца со стальными нотками. Таким голосом объявлять лишь приговор — и то, не казнен или помилован, а казнен посредством утопления, или посредством сжигания на костре. — Где ты была?

Я стояла провинившимся истуканчиком на ковре (во всех смыслах этого слова) перед отцом, который с каменным выражением лица сидел на диване. Рядом пристроился Тарнир с философским видом, мол «пора начинать воспитание», а чуть левее меня любопытная Кайраф. Причем, Тарнир явно заинтересованно на нее смотрел. Кай же небрежно на него взглянула. Зато целых четыре раза. Если бы сейчас отчитывали не меня, я бы даже похихикала над назревающей парочкой. Из того, что я знала, Страж моего отца — мужчина принципиальный, и так просто не отступится, да и Кай небрежничает лишь для вида.

— Я повторяю второй раз — где ты была? Учти, на третий раз я тебе обеспечу заклинания поноса на двое суток — из дома не будешь вылазить гарантированно.

Я икнула и испуганно уставилась на отца.

— В… в Храме Хаоса.

— Да ну? — Сардонически поднял точеную бровку отец. — А почему мои чары слежки зафиксировали тебя на территории Клана Земли?

— Ты наложил на меня чары слежки? — Возмутилась я.

— Цыц! — Чуть повысил тон папуля. Возмущение как рукой сняло, и я потупилась. — Итак?

— Мы с Кай хотели поговорить где-нибудь, где нас не подслушают. — Покорно отозвалось мое магичество.

— Кай, значит? — Переспросил отец, обращаясь к тигрице. — Ну что, может теперь представишься?

— Мое полное имя — Кайраф, господин. — Она вежливо склонила голову. Вот подхолимка! — Я оборотень-Страж Эйдриана, мой зверь — белый тигр.

Глазки Тарнира заблестели еще больше.

— Эйдриана, значит? Чтож, мое имя Вэриан, я демон первого ранга Клана Хаоса, отец Айрены. Он, — папа указал на своего Стража, — мой оборотень, Тарнир. Также белый тигр.

— Приятно познакомиться. — Поклонилась Кай и вновь небрежно взглянула на Тарнира.

«Уже пятый раз» — с долей веселья сосчитала я, но почти тут же пожалела о том, что расслабилась. Отец и не думал прекращать допрос.

— Ну? — Он выжидательно скрестил руки на груди, непонятным мне образом умудрившись не заскрипеть при таком жесте кожаной курткой.

Я умоляюще взглянула на оборотницу и она хмыкнула, сжалившись.

Следующие пятнадцать минут у нас ушли на то, чтобы позвать Дэмиана, Рильена, Ойтара и Алмаза. Почему столь долго? А вы попробуйте не рискуя жизнью, оторвать Ойтара от его любимого сада! Заоблачный экстрим гарантирован. Затем, еще пятнадцать минут ушли на рассказ. Говорила в основном Кайраф, а я боролась с собой, в основном, чтобы постоянно не смотреть на Рильена, гадая, отчего он так вспылил. Хотя, даже когда я не удерживалась и все-таки поглядывала на него, то натыкалась на ничего не выражающее лицо и равнодушный взгляд. Этот взгляд странной болью отдавался у меня где-то глубоко внутри, отчего я в течении нескольких секунд буквально заставляла себя дышать. Хотелось немедленно вскочить со стула, на котором я сидела, подбежать к нему, рухнуть на колени и, взяв его теплую руку, уткнувшись лицом в ладонь, вымолить прощение. Только я не знала, за что его вымаливать. В чем я провинилась?

Когда Кай закончила, наступило угнетающее молчание. Алмаз взволнованно подпрыгивал на плече у Дэмиана, обвив его шею своим пушистым хвостом, сам лунный нимф задумчиво поглаживал рукоять меча, которого он всегда носил с собой, Тарнир бесцельно разглядывал потолок, будто ища там ответ, а отец хмуро и в то же время обеспокоено косился на меня. Не волнуйся, па, я в обморок падать не собираюсь. Удивил меня Ойтар. Теребя кончик своей косы, он заговорил:

— Кайраф, если хочешь, можешь жить у меня. Будешь помогать по хозяйству — во всем, что касается растений я разбираюсь довольно неплохо, но каждое мое заклинание быта разрушает чуть ли не пол дома. Если тебя не обременит готовка и стирка, добро пожаловать. Насчет уборки не беспокойся — раз в неделю ко мне приходит служанка, вот ей равных нет в бытовых чарах. — Демон удовлетворенно улыбнулся, покрутя косичку, словно лассо. — Насчет духа Эйдриана… вы сейчас все-равно ничего не сможете поделать. Ваша ставка — бал-маскарад который будет послезавтра. Тут либо все, либо ничего. Хотя… — он задумчиво покосился на… Алмаза. — Мэйлония все-равно по статусу обязана присутствовать на балу, таким образом, в ее поместье останутся всего несколько слуг, а вся охрана отправятся вместе с ней. Можно попытаться проникнуть в хранилище.

— Но защита… — вклинилась я.

— Не волнуйся, милая. — Добродушно хмыкнул Ойтар. — В вашей компании по счастливому велению Матушки Судьбы, оказался великолепный вор по призванию.

Я некоторое время непонимающе хмурилась, но затем мой лоб разгладился, и я просияла.

— Точно! Алмаз, — воодушевленно обратилась я к нечисти, — на кристальных снежей же не действуют защитные чары! А вашу сущность привлекает все драгоценное, вы можете его видеть даже сквозь стены! Дух Эйна заключен в хрустальную статуэтку…

Теперь все поняли, о чем говорил Ойтар. И естественно, что все с замиранием духа ждали ответа снежа. Ал же казалось, крепко задумался, оценивая свои возможности, и взглянув на Кай, пропищал:

— Я не против попытаться, но мне нужна будет хоть приблизительная карта поместья и хранилищ. Ты сумеешь ее нарисовать?

Кайраф, помедлив, утвердительно кивнула.

— Расстановку помещений в доме я смогу нарисовать детально, а вот в хранилище только первые уровни. В последние, Мэйлония никого никогда не пускала.