— Но какую? Ведь все мы будем на балу… — задумалась я, а потом, неожиданно посмотрев на нимфа, поняла какую именно подстраховку, — Дэмиан ты сможешь провести «Альнаки» в поместье Мэйлонии, чтобы по мысленному сигналу Алмаза вытащить его оттуда?

Лунный лишь утвердительно тряхнул стальной гривой, сразу же отрывая руку от меча и делая ею какой-то мудреный пас. Кончики длинных изящных пальцев засветились жемчужным светом и тотчас из ниоткуда показались черные стебельки Альнаки с его неповторимыми серебряными игольчатыми листьями и обвились вокруг правой передней лапки Ала на подобии браслета. Секунда — и браслет исчез, но я понимала, что он просто стал невидим.

— Ну… — подвел итоги папа, — вроде бы все решили. Мы собираемся на бал, Ал — ты отправляешься к поместью, ждешь пока Мэйлония уедет оттуда, потом выжидаешь еще минут десять для верности и пытаешься выкрасть статуэтку. Взяв ее в руки, сразу же подаешь сигнал Дэмиану, и его Альнаки сразу же вытаскивает тебя из поместья. Надежда на то, что ты успеешь это провернуть до церемонии прошения. Насчет того, кто едет во дворец — стараемся держаться группами по двое, не больше, чтобы не привлекать внимания. — Он обвел всех взглядом, и как само собой разумеющееся добавил: — Это наш единственный шанс. Мне надоело бегать от закона, но и жить я тоже хочу. Как хочу, чтобы жила моя дочь и все присутствующие здесь. Если дойдет до того, что нам придется бежать — то в таком случае бежать придется со всего Лунного Материка. Если Император не заступится за нас, нам здесь не жить.

Я взглянула на его серьезное лицо и неожиданно поняла, что если бы представился шанс прожить жизнь простых смертных людей, пусть даже и крестьян, в обмен на все мои магические способности — я бы это сделала.

— Пап, все будет в порядке. — Я подошла к нему и обняла его. — Честно.

— Иначе и быть не может! — Строго заявил он, похоже взяв себя в руки.

— Ваши демоничества, — со смешинкой во взгляде объявил Рильен, — еще один пункт — оружие.

— Естественно, каждый берет столько, сколько сможет, пока это останется незаметным. — Кивнул отец. — Ойтар, ты как, с нами?

Демон с улыбкой покачал головой.

— Староват я для балов. К тому же с тех пор, как был убит мой Страж, стараюсь не лезть в политику и межклановые распри.

Отец с тревогой взглянул на него, но хозяин дома лишь махнул рукой, типа — все нормально, давно было, забыли. Спорю на свои крылья, он отнюдь не забыл, но заставлять сейчас отца еще больше волноваться, Ойтар не хочет.

— Ну что, собираемся. — Спокойно сказал Дэмиан, одним плавным движением поднимаясь с дивана.

— Еще же рано! — Удивился Тарнир, до этого молчавший и внимательно выслушивающий указания.

— Ага, а ты вроде как не знаешь, сколько нашим девушкам нужно времени на сборы. — Ухмыльнулся нимф.

Увидев ответные ухмылки всего мужского населения этой комнаты, я разозлилась:

— И вовсе нет! Пойдем, Кай, оставим этих неотесанных… — уловив ироничный взгляд нимфа, продолжила, — просто неотесанных наедине.

И мы с Кай гордо удалились под всеобщий смех.

Ну… собственно мы действительно собрались не быстро. Хорошо-хорошо, очень не быстро! Но нимф все-равно свинтус.

В свою защиту хочу сказать, что почти не красилась и даже супер-труппер прическу, не так давно продемонстрированную мне продавцом Крэдом, сооружала не в ручную, а магией. Эх, все же полезная штука… без нее, часа три точно бы провозилась со всеми этими невидимыми шпильками и завивкой. Тогда, почему так долго? Смело свалю все на Кай. Хотя, скажем прямо, у нее были довольно веские причины гримироваться столь длительное время. Ведь проведя не один год почти бок о бок с Мэйлонией, можно было со смелостью утверждать, что та знает каждую черточку ее лица.

Поэтому, мы пошли на экстренные меры. Длинный, серебряные, вперемешку с угольно-черными локоны пришлось перекрасить в ало-рыжий цвет, а лицо почти полностью скрыть маской. Честно скажу — мне было жаль волосы Кай, но сказать ей об этом не позволила гордость и память, как мы с ней когда-то почти ежеминутно ругались. Однако, оборотница похоже все поняла, так как неожиданно высказала вслух, что волосы примут прежний вид после первого же обращения. Я удивленно похлопала глазками, в тайне облегченно вздыхая.

В конечном варианте Кай напоминала не кого иную, как лихую пиратку с берегов Зараны. Рыжие волосы изменили ее до неузнаваемости, а вкупе с лимонно-желтыми глазами, он смотрелись словно живое пламя. Вся нижняя часть лица и нос были скрыты песочного цвета полупрозрачным лоскутком ткани, а еще одна лента, на этот раз черная, с круглой кожаной вставкой, закрывала левый глаз. На лбу были нарисованы кружевные узоры золотыми чернилами (да-да, в доме Ойтара и такие нашлись), а изящная шея вся увешана бусами и амулетами из монеток, ракушек и речных камней. Грудь прикрывал лоскуток ткани, все того же золотисто-песочного цвета, но на этот раз не прозрачного (я пыталась, было, что-то ехидно вякнуть, но Кайраф устроила мне форменную истерику), а на животе красовались все те же узоры, спиралькой огибая пупок и уходя вверх. Длинные стройные ноги туго обтягивали коричневые кожаные штаны с низким посажем и набедренной золотистой повязкой, а обувью служили аналогично коричнево-кожаные сапожки до колен с такими высокими каблуками, что даже стало жалко. Сапоги стало жалко. Кай-то выживет после полета с лестницы, а вот сапожки, увы. Волосы же ее остались распущенными, хотя и приобрели украшение в образе вплетенных бусинок красно-оранжево-золотых цветов.