Шрифт:
– Точно, а то распределение скоро. Некоторые офицеры взятки предлагали, лишь бы нас не брать.
– А нас, когда окончили, в наказание давали. Кто проштрафился – получай выпускника Высшего Раздолбайского. А ничего не сделаешь. Поэтому сразу после того, как я на этот аэродром приехал, меня в канцелярию определили.
– А у нас одного со старшего курса в техчасть забрали.
– Неужели? И что?
– Да ничего: два самолета вдребезги, летчики катапультировались, так что все нормально. Там начальник аэродрома новый был, его предупреждали, а он не поверил. Шеф, подлетаем к береговой линии!
– Блин, позарез нужна карта! Слышь поищи еще, может засунул куда ненароком. Или старые прошлый экипаж забыл.
– О есть! Действительно старые.
– Молодец!
– Во что играть будем, в дурака, или преф распишем?
– А? Не понял.
– Так вы сами про карты спрашивали, я совсем забыл, что одну колоду в карман брюк засунул.
– Да в преф бы конечно неплохо, как-то, помню, здорово мы сделали начальника аэродрома…
– Ой, шеф, смотрите, впереди город!
– О, нет, ну только не на город. Мы-то катапультируемся, а людей жалко.
– Нет, не катапультируемся, катапульты не работают. Мне механик сказал, с гаденькой такой усмешечкой. И горючего он мало залил. Скоро закончится.
– А вот это плохо. Говорил же нам препод, учите, авось пригодится. Слышь курсант вспоминай, что сможешь. Мы уже над городом. И я мозги напрягу, не зря же фуражку ношу.
– Шеф, что-то у меня ощущение, кажется мне этот городишко знаком.
– И мне тоже. Вон там стадион, за ним парк. Рядом должен быть супермаркет.
– Шеф, я узнал! В этом городишке я учусь. Здесь Высшее Раздолбайское находится.
– Точно, помню, сколько лет прошло, а помню! Вот там пивнушка должна быть.
– А за ней училище виднеется. Значит аэродром направо.
– Эх, ностальгия. Ну что отключаем автопилот. Вираж, и на посадку.
– Шеф, а может я?
– Не беспокойся, у меня рука легкая. Ты опыта набирайся. Как там говорится, умные учатся на ошибках дураков… Э, нет, короче: смотри и учись.
– Шеф. А вы уверены? Я тут еще раз прочитал полетное задание…
– Замолчи ты мне мешаешь.
– Шеф вы посмотрите на аэродром под нами, куда вы выруливаете. На эти самолеты… они вроде как гражданские…
– Я сказал заткнись!
– Слушаюсь!
Через полчаса.
– Ну подумаешь – не тот аэродром! Не тот город. Ничего, сейчас заправимся и дальше полетим. Я кстати, запросил по Интернету карту и уже распечатал. Так что все в порядке.
– Шеф. Я ничего не хочу сказать, вам конечно виднее. Но это карта мира, обоих полушарий.
– Запомни курсант, главное, чтобы самолет был в порядке и топлива достаточно, а куда надо мы долетим!
Сашка и Пашка закончили читать.
– Что-то не очень… – заметил Сашка, но его перебил Корякин.
– А почему я младший?
– Ты – ангел, значит простодушнее и наивнее. А Сашка выглядит старше, вот и будет изображать из себя этакого воздушного волка. Вы главное читайте с нужными интонациями и все получится.
– А я думал – петь буду, – пожал плечами Пашка.
– Успеешь, хор никто не отменял, но петь будем все вместе, в конце концерта, – пояснила Ленка.
– Хорошо, я конечно постараюсь, но сделаю, как могу. Многого от меня не жди, – предупредил Сашка, по правде говоря он был доволен. Зная характер Семкиной, он ожидал чего похуже, чем простой юморной диалог.
– И чтоб все выучили дословно, – строго предупредила Ленка.
– Не беспокойся, выучим, – махнул рукой Пашка.
– Завтра репетиция, – заметила Ленка, – а послезавтра концерт. Ладно, переходим к следующему номеру.
Костя повернулся. На его лице ясно читалось – он хочет сделать с Люськой то же самое, что вчера с ее обидчиками. А еще раздался издевательский голос Насти:
– А вот и она, птица Обломинго.
– Костя! – еще раз радостно закричала Люська, несясь со всех ног к нему. Абсолютно не замечая, что Костя скрестил руки на груди и судя по выражению лица собирался отшить ее так, чтоб больше она ему не мешала. Но когда Люська подбежала, остановилась, и не говоря ни слова только тяжело дышала, радостно смотря на него, он все-таки передумал. С трудом подавив гнев, Костя как можно доброжелательней сказал:
– Привет!
И сразу решил расставить все точки над «i».
– Слушай, понимаешь, я очень спешу, у меня дела срочные, так что пока.
Настя про себя усмехнулась. Уж она-то характер подруги знала очень хорошо, отвязаться от Люськи, если та сама этого не захочет, было не так легко. Костя, тем временем, развернулся и быстро пошел по дорожке. Но Люська, не отставая, пошла рядом, одновременно говоря:
– Так может я тебе помогу в твоих делах. Мне сейчас все равно делать нечего.
– А… конечно, – Косте в голову пришла замечательная идея как раз и навсегда избавится от прицепившейся девчонки, – хочешь помочь – пожалуйста. Тебе что дать, нож или кастет?