Попытавшись добыть какого-то зайцеобразного зверька, выстрелив из лука, Женька, с огорчением проследил за стрелой, исчезнувшей в неизвестном направлении, и удрученно вздохнул:

— Кажется, добытчик из меня никакой. Сейчас бы дробовик сюда!

— А что такое дробовик?! — не унывая, спросила Лэя.

— Да это ружье. Но прошу тебя, не экспериментируй с «выдумыванием» оружия — это может стоить нам жизни! — испугался Женька, представив, как он будет стрелять из такого непроверенного ружья.

— А зачем мне оружие. Пристраивайся сзади по курсу, и если какая пичуга или кролик выскочит, будет тебе жаркое.

— А ты сможешь? — осторожно спросил Женька, намекая на девичью сердобольность.

— Слушай, гость инопланетный, ты за кого меня принимаешь? Я выросла в деревне и хорошо понимаю, откуда мясо на столе берется! Нам выживать нужно, а не девичьи слезы лить! А напрасным живодерством я заниматься не собираюсь! И вообще, после монахов с разбойниками на мне столько грехов висит, что от нескольких загубленных зверюшек ничего не измениться!

— Хорошо, согласен, но смотри внимательно, а то зверюшка может и со слона размером попасться!

— Тогда, тем более, мне надо впереди ехать!

— Ладно, я буду по компасу сверяться и тебе кричать, если отклонишься с пути, — Женька вынужден был согласиться, и пристроился ведомым за Лэиной лошадкой.

С этого момента Женька почувствовал себя совсем беспомощным в мире странных чудовищ. Зато они всегда были со свежим мясом, причем, без большого напряжения для Лэи. В Женькины охотничьи обязанности входило только потрошить и свежевать тушки, пока принцесса немного отдыхала после охоты. Памятуя о странных экспериментах у нее дома, самой «придумывать» пищу Лэе не хотелось. Во-первых, такая еда могла исчезнуть в животе, а во-вторых, было непонятно, из чего она, в конце концов, состоит, и к чему такая диета приведет.

Поскольку ручей сильно петлял, они решили ехать прямо через лес. Тем более что деревья, в основном, были довольно высокие, и ехать под ними было легко. За два дня путешествия под кронами деревьев не произошло ничего сверхъестественного, если не считать встречи с большущим солком, который, правда, мог быть вполне обычным для этих мест. Лэя оказалась быстрее этого хищника, размером с двух среднестатистических земных медведей и умеющего лазать по деревьям — настоящей машины для убийства. Получив хорошую плюху от фирменного электрошокера принцессы, зверюга галантно поспешила уступить дорогу, даже не помышляя о плотном завтраке.

Путники тоже решили, что данная дичь немного великовата даже для обеда, и на этом стороны вполне дипломатично разошлись, ну если не считать несколько рассерженных воплей и рыков солка после шокотерапии.

По-настоящему захватило у них дух, когда они, продравшись через кустарники, вышли из леса. Перед ними развернулась бесконечная степь. Впервые они увидели, почему этот край зовется страной Высоких Горизонтов: перед ними не было обычного горизонта. Тающая в дали степь поднималась все выше, пока окончательно не растворялась где-то далеко в мареве воздуха. Стоящий, как вкопанный, Женька почувствовал, что кто-то взял его за руку. Это Лэя выбралась вслед за ним из кустарников, ведя на поводу свою лошадку, и сама, не в силах оторвать взор от захватывающе неправильного зрелища, просто, молча, коснулась его ладони. В небе они заметили пару уже хорошо им знакомых гигантских птиц. Наконец, Лэя выразила свой восторг:

— Да, не врали, значит, книжки!

— По-моему, так больше умалчивали, чем сообщали, — Женька согласился с несовершенством географических описаний этой местности, и хвастливо спросил. — Ну что, оправдываются мои прогнозы?!

— Оправдываются: вполне потянешь на придворного предсказателя до первого повешения за ошибку, — оценила его таланты Лэя.

— Шутки — шутками, но нам надо серьезно подготовиться. Во-первых, по моим предположениям, степь в середине может быть высохшей, и нам надо запасти воду для лошадок, если мы хотим пересечь это травяное море. Во-вторых, видишь тех, знакомых птичек?

— Да, — только кивнула Лэя.

— Мне не улыбается наблюдать, как ты будешь отстреливаться от них всю дорогу.

Так что я предлагаю сделать маскировку. Надеюсь, птички не умнее наших военных и не сообразят, что под двумя кустами движутся конные сэйлы.

— Ну, насчет конных сэйлов, для наших лошадок, сильновато сказано. Только объясни мне: что это за маскировка?

— Скоро сама увидишь. Только не смейся! Возвращаемся к ручью, по которому мы прошли полчаса назад.

— Шутишь?! Через этот частокол?!

— Это, может быть, наш последний шанс напиться вдоволь и наполнить все бурдюки водой! Тем более что их у нас всего два и довольно маленьких!

— Ты что забыл? Я тебе сейчас быстро еще парочку организую!

— Ты мне еще воду организуй! Хотя, погоди, ботинки два дня держались. А сейчас мы еще ближе к линзе. Давай, делай бурдюки! По крайней мере, первый день из них пить будем. Только ничего больше не «придумывай», а то ослабнешь, а нам еще часа четыре по степи галлопировать. Да! Чуть не забыл, нужно еще сухого хвороста захватить, а то придется тебе воду в котелке своей магией кипятить. Больше энергии потратишь, чем с едой получишь!