Забрав с собой весь запас универсального противоядия, я повел более-менее подготовленный отряд в леса.

За мое отсутствие Игорь должен был проконтролировать доставку камня из недалекого карьера, а к моему возвращению начать реконструкцию замка.

Мы решили увеличить его площадь и, естественно, укрепить. Стены по плану намеревались сделать в три шага толщиной. На весь проект решили выделить год и пять сотен постоянных работников. Начинать же приходилось с сотней рабов и двумя сотнями вольных, которым платили за труд питанием и десятью монетами в месяц. Руководить доставкой материалов и постройкой взялся сам Игорь, а в помощники ему пригнали трех рабов из речного народа, что раньше строили дома в Ристе.

Атаири поручили сделать контрольную поездку по городам и весям с проверкой настроения и лояльности после смерти Инты. Он решил начать с Ристы. Мы согласились. Пусть посмотрит. Игоря интересовали две недостроенные фелюги. Меня – возобновившаяся торговля с Апратом. В Ристу приходили купцы всех народов, но основным покупателем стал вечно воюющий Апрат. Ему продавали все. И меха, и продукты питания, кроме рыбы, разумеется, ее у правительницы Ролл самой было в избытке. Продавали лес. Это наше новшество. Раньше им было выгоднее вгрызаться в леса диких орд, но после потери преимущества в оружии – излучатели-то накрылись – они призадумались, и Ролл довольно быстро подписала указ о закупке строительного леса. Мы же теперь получали от них доспехи в необходимом для гарнизонов количестве. Наши кузнецы еще не производили ничего достойного, хотя и честно пытались. Также стало популярным заказывать и другую ковку у Апрата. К примеру, железные бочки и решетки. Им только реку переплыть, а нам-то до Ристы лесами товар тащить. А леса неспокойны. Второй год война идет между родами. В общем, все были довольны нашими крепнущими связями с Апратом. Особенно я.

Игоря же порадовал прибывший посланник от Ролли, передавший мне ее письмо, в котором она интересовалась ненавязчиво, какой срок работы батарей в излучателях и по какой причине зарядное устройство их больше не распознает. Я, пересмеиваясь с Игорем, написал честнейший ответ насчет Орпеннов и их «поливки» планеты. Внизу не без ехидства добавил, что в случае проблем пусть обращаются: мол, у нас еще десяток батарей жив. Как доказательство нашего превосходства в военном плане мы отправили ей один аккумулятор для ручного излучателя. Этим Игорь показывал наше превосходство, а я искренне надеялся, что аккумулятор будет у нее и она сможет в критическую минуту защитить хотя бы себя. Я еще питал надежды на дружбу с ней.

Вообще мысли о Ролли довольно неплохо скрасили мне вечера у костров во время похода на лагги.

Первое племя, что мы покорили, было для нас неинтересно в принципе. Женщины и дети. Старики. Десяток охотников. Боя не было. Мои доспехи уже были знаменитостью. Построив весь род в колонны, мы направили его с десятком верховых охотников в Тис. По прибытию мальчиков отделят от остальных, как решил заранее Игорь, и поселят в Академии: туда проводился новый набор. В отличие от предыдущего, Игорь решил в этот раз набрать четыре сотни охотников для обучения. Две сотни взрослых и столько же молодежи. Надо было их ему поставлять. Из этого рода он получил человек пятьдесят.

Спустя неделю движения на юг мы наткнулись на род, что шел, а точнее бежал, от преследования в Тис. Они еще не знали о том, что великий Инта скончался, но были наслышаны о мудрости Атаири. Мы пропустили их, не обращая в рабов. Пусть идут. Нас интересовали те, кто их преследовал. А преследовала их группа охотников, вряд ли меньше моей. Бой, затянувшийся в лесу до вечера, представлял собой некую игру в догонялки. Наши всех, кого могли, поймали, и я порадовался улову. Я почувствовал, наверное, тот самый дикий и бесчеловечный азарт белого охотника на рабов на африканском побережье семнадцатого века.

Человек сто было пленено. И все до единого охотники. Хороший улов. Повязав всех в единую колонну, мы отправили их в Тис. С ними послали два десятка пеших и десяток охотников на керах. Из курсантов, взятых в поход, у меня оставалось около полутора сотен. Остальные – простые охотники. Я с такой армией не рассчитывал много сделать, но когда на исходе второго месяца похода мы столкнулись с родом Торкана, я понял, что пора завязывать вообще с этой экспедицией. Род Торкана даже, кстати, не из лагги, которых мы шли покорять. В схватке с этими, без сомнения хорошими, бойцами мне впервые пришлось взяться за излучатель, а мои потери составили больше тридцати человек.

Торканы жили в большом поселении, лес вокруг которого на несколько километров был вырублен, и освободившееся пространство было отдано под распаханные поля. Оседлые дикари, охотники и крестьяне. В поселении уже знали о нашем приближении. Еще бы! Только на подступах к селению мы положили сотни две торканов, пытавшихся помешать нам форсировать лесную реку.

Когда мы вышли из леса, над нами смеялись из-за ограды поселка. Что такое около полутора сотен, что у меня остались? Да еще я и обращенных в рабство захваченных на реке воинов привел обратно. Вот хохма! – считали, наверное, они… Когда раскрылись ворота и на нас без всякого порядка бросилась толпа сотен в пять, я слез с лошади и сжег всех, кто не упал вовремя. Я так был измотан предыдущей стычкой и расстроен малостью отряда, что не жалел никого. Не упал передо мной? Извини, так получилось…

Увидев, что случилось, торканы взвыли. За секунду многие лишились кормильцев, мужей, отцов, братьев. Я, не давая им опомниться, поспешил к частоколу. Торканы спохватились, когда я и моя гвардия – сотня учеников Игоря – были всего в нескольких десятках метров от ворот. Остальных своих охотников я оставил сторожить пленников, посчитав, что и так справлюсь с задачей. Но ворота передо мной закрылись, и в нас полетели камни и стрелы. Мы даже не думали отступать. Я настроил излучатель и снес ворота с частью деревянного забора. Дым, горящие щепки и грохот раскалываемого температурным перепадом дерева. Заряда оставалось совсем чуть-чуть, но я не жалел его ради эффекта.