– Сейчас я нажму соединение, и ты внимательно послушаешь то, что я скажу. Но только внимательно. А потом я передам трубку человеку, голос которого ты наверняка хорошо знаешь, и выслушаешь его ответ. После этого принимай любое решение. Только не старайся выглядеть при этом идиотом.

Посмотрев в зеркало на поднявшегося и окончательно отдавившего мне ногу Евгения, Володя принял это за согласие к диалогу и нажал на кнопку громкой связи.

Ему ответили. Тот, кому звонок предназначался, ждал, кажется, любого звонка. Только в этом случае люди хватают трубку, лежащую рядом.

Геннадий Петрович Ююкин переживал тяжелые времена. Ему только что позвонил Анатолий Георгиевич и поздравил с успешной операцией по задержанию опасного преступника в телестудии. Видимо, он знал уже всю историю от начала до конца во всех подробностях. Жена находилась в больнице и возвращаться не собиралась. Да и черт с ней. Надоела, стерва. Вертолет упустил «Мерседес», и тот сошел с дороги. В салоне обнаружен труп кавказца, данные о котором сейчас устанавливаются. «Мазерати» был разбит и восстановлению не подлежал. Но, самое главное, из него исчезли самым таинственным образом сто тысяч долларов, которые при осмотре перевернувшегося джипа обнаружены не были.

Сомнений в том, что саквояж Веры прихватили странники из джипа, у него не было. Слишком уж много свидетелей тому было. Вторая машина, «Вольво», была на подхвате. Джип перевернулся. Значит, деньги в «шведе».

Буслаев, безусловно, знал о программе. Что знает Буслаев еще? Неизвестно. Вызывать к себе не торопится. Пытается, конечно, правильно оценить ситуацию. Ох, как бы он не зашел далеко в своих размышлениях…

Генерал Ююкин был страшно зол. Поэтому на звонок отреагировал мгновенно. В любой момент ему могли позвонить, и он не выпускал телефона из руки.

– Да! – рявкнул он, стирая со лба пот от логических выкладок.

– Геннадий Петрович, это Пострелов.

– Привет, дружок, – Ююкин сбросил обороты. – Что случилось?

– Случилось то, что у меня в руках оказалось доказательство причастности к мошенничествам на МКАД группы милиционеров.

– И что это за доказательство? – поинтересовался Ююкин, понимая, что день еще не закончился.

– Железный факт причастности к криминалу высокопоставленных чинов МВД. Точнее – одного чина.

– Малыш, ты же слышал вопрос?

– Геннадий Петрович, люди говорят, что вы контролируете всех «чиркашей» МКАД. В том смысле, что фигуранты типа дяди Поли у вас в дебиторах ходят.

– Я тебя не понимаю.

– Вы меня понимаете, – настойчиво продолжал Володя. – Вы меня хорошо понимаете. Банды уродов бомбят москвичей на Кольцевой, доход поступает в общак, вы же отвечаете за то, чтобы уроды не оказывались в суде.

– Где ты наслушался этой бредятины?!

– Насмотрелся. На диске, уложенном мне в почтовый ящик неким доброжелателем. Кто-то пришел, бросил мне бокс с диском в щель ящика. Я пришел, открыл замок, взял диск, закрыл замок. Триллер.

– А где сейчас этот диск, Володя?

– Как где, у меня, разумеется.

– Ты должен привезти его ко мне, Володя. Мы посмотрим эту липу вместе.

– Вы знаете, я уже договорился посмотреть его в кабинете Буслаева. Если только после него… Может, вы подойдете?

– Володя, не будь идиотом. Чтобы облить грязью человека, посвятившего всю свою жизнь борьбе с бандитизмом, много ума не надо. Куда сложнее потом приносить извинения. Привези диск, – Ююкин чуть повысил голос. – Дальше решим, что делать.

– Ха! – взорвался Пострелов. – Привези диск… Хорошо сказано. А потом меня найдут лет через двести в бочке на дне Клязьмы…

– Ты идиот, что ли?!

– Я-то нет. Идиот тот, кто с экрана утверждает, будто вы получаете процент со всех ДТП на МКАД, – в трубке было хорошо слышно, как Володя прокашлялся. – Мы вот что сделаем… Мне нужно сто тысяч долларов. Столько стоит диск. Вы мою новую машину знаете?..

– «Вольво», что ли?

– Он. Так вот, через два часа эта машина будет стоять в Челобитьево, у магазина, в трехстах метрах от МКАД. Номер вы тоже, конечно, помните. Вы подъедете и бросите в правое заднее окно десять банковских упаковок. После этого я вам передам диск.

Ююкин обдумывал варианты.

– Я приеду потому только, Володя, чтобы не допустить вброса в СМИ дезинформации.

– Я вас понимаю.

– Через два часа. Не опоздай.

– Ни в коем случае.

– Он приедет только для того, чтобы забрать диск. Ты многого не понимаешь, Во-ло-дя, – с досадой на то, что ему пришлось выслушать, процедил Евгений, и я восхитился его верой. – Что ты мне доказал? Что генерал лично приедет, чтобы снять клевету со своих людей? Я сделал бы то же самое на его месте. Таких людей мало, приятель…