— Замечательно. Может, ты сложишь её к моему возвращению?

— О да! Не сомневайся, досточтимый, мои гекзаметры и амфибрахии заставят тебя забыть о скучной реальности, забыть об окружающем мире!

— Превосходно. Тогда ждите меня здесь.

…Небольшая роща высоких крепостволов осталась позади. Тёрн бесшумно спустился по склону холма и оказался возле внушительного частокола. Ворота, что сделали бы честь и крепости, были наглухо заперты. Городок подковой охватывал протянувшийся далеко от главного хребта пологий отрог, наверху, в свете Малой Гончей, виднелись рудничные колёса, сейчас напоминавшие скелеты каких-то чудовищных тварей.

Тёрн остановился перед запертыми створками. Поверху красовалась надпись:

И чуть ниже, другими символами, нарочито-угловатыми, словно вырубленными единым ударом топора:

Эти руны вырезаны были с особой тщательностью.

— Не зебуб кхарисш, — прочёл Тёрн. Презрительно скривился: — Как же, так мы их и послушали.

Он решительно постучал посохом.

Ответа пришлось ждать довольно долго.

После обмена всегдашними ничего не значащими фразами вроде «кого ещё там бездна принесла?» и просунутой в окошечко монеты створки чуть приоткрылись.

Охранник, несомненно, происходил из рода клоссов, или, иными словами, горных троллей. Семи футов ростом и не менее трёх в плечах, он нависал над дхуссом подобно горе. Низкие брови почти сошлись над маленькими красноватыми глазками, массивный подбородок выдавался вперёд. На скулах Тёрн заметил характерные мозоли, оставленные боковинами шлема, — этому троллю довелось сражаться, и немало.

Как и дхусс, тролль почти не носил одежды. Сероватая кожа маслянисто поблескивала. С руки на руку, больше напоминавших ковши здоровенных черпаков, клосс перебрасывал чудовищного вида топор-секиру с широким закруглённым лезвием.

— Чего надо? — прорычал тролль. — Дхусс… клан Морры. Что ты здесь делаешь? Твои соплеменники давно ушли.

— Я не переламывал хлеба с кланом Морры много зим, — ответил Тёрн обрядовой фразой.

— Во как? Выходит, ты этот… пайрамайлед? — в глазах тролля внезапно мелькнул живой интерес. — Изгой? Дхусс-одиночка?

Дхусс чуть помедлил, пристально взглянул на стражника.

— Слушай, неужто тебя заставили выпытывать такое у каждого встречного? — вдруг почти рассмеялся Тёрн. — Это ж сколько времени убить надо? А если караван?

— Караваны я не расспрашиваю, — несколько обиженно буркнул клосс. — Только тебя. Дхуссы-изгои не часто к нам забредают.

— Да ведь ты, брат, и сам… — негромко сказал Тёрн. — Род тоже отверг тебя.

— Ишь ты! Догадался! — фыркнул тролль. — Ну ладно, хватит тут торчать, проходи давай. Хотя… Слушай, может, завернёшь в караулку? Мне сейчас сменяться, пошли б, пива бочонок-другой приговорили… Чувствую я, наш брат-изгой пожаловал, вот и… обрадовался. А то веришь ли, дхусс, поговорить тут не с кем, кроме одного гнома, да и того невесть когда сыщешь. Что внутри скопилось, не излить, не выплеснуть. А слова-то, они… жгут, знаешь.

— Знаю, брат. Приглашение твоё приму с благодарностью, только у меня есть дело срочное. Травника найти надо.

— Мэтра Ксарбируса то бишь?

Тёрн молча кивнул.

— Никак големы кого порвали? — тотчас напрягся тролль. — Было дело, хаживали они тут поутру. С Навсинаем у нас мир, но на уговоре — железным болванам и прочей их нечисти в наши стены ходу нет. С этими державниками — дело такое, ухо держи востро.

— Не совсем големы, брат, но неважно сейчас. Мне бы отыскать мэтра Ксарбируса. Он ведь тут на жительстве, мне не солгали?

— Не солгали, — кивнул тролль. — Как же, как же, все верно. У нас он, здесь. Долго уже сидит. То есть по горам окрестным шастает, не без того, но так всё больше отвары свои декоктит, или как там это у них называется.

— Покажешь дорогу, брат?..

— Трувор.

— Благодарю и доверие твоё ценю. Я — Тёрн.

— Благодарю, брат Тёрн. Идём… ага, вот и смена моя. Эй, Сульпри! Моханн! Вставайте на место, обормоты! И чтобы не мздоимствовали! Донесут ещё раз купеческие гости — все придатки вам повыдергаю.

Двое низкорослых крепышей-маэдов с шипастыми дубинами что-то злобно проворчали вслед величественно удаляющемуся Трувору, но перечить не посмели.

— Дурной народишко, — вздохнув, пожаловался Тёрну тролль. — Так и норовят честного гостя обобрать. А на ком ответ? — на старшем караула, сиречь на мне, ясное дело. К мэтру тебя свести?

— Если не трудно, брат Трувор. Пиво попьём, как только дело сделаю.

— А то как же!.. Раненого без помощи оставлять, — тролль покрутил массивной головой, — последнее дело.