В отличие от храма стены здесь не покрывала резьба, не вились причудливые руны, просто голые стены, ничего больше.

И — пустота. Тишина. Ни звуков боя, ничего, словно подземная твердыня враз вымерла, словно все живые души сгинули, поглощенные тенью — тенью, что и «страшной»-то назвать было нельзя. Так, просто призрак — мало ли их шляется по заброшенным, выморенным местам мира Семи Зверей?

Брошена пустая кордегардия, никто не схватился за развешанное по стенам оружие — но нет и мёртвых тел на полу.

По отполированным камням режуще звонко цокали Кройоновы когти.

В пустом зале всё так же высился крест, всё так же неподвижно, обвиснув, замер на нём дхусс.

Подземелье звеняще и пусто, никто не защищает драгоценную живую добычу, никто не прикоснулся к брошенным на тележке отполированному посоху и Камням Магии. Даже Перо Феникса валяется, позабытое и никому не нужное.

Стены запомнили слова дона командора, посылавшего «всех к воротам». Они знают, что случилось потом, но рассказывать не спешат. Камни, они ни за кого и против всех.

Запыхавшись, в порванном, перемазанном плаще, с прилипшей кое-где соломой, в пустой зал вбежал не кто иной, как достопочтенный и высокоучёный доктор Ксарбирус.

Мэтр алхимии заметно припадал на одну ногу, лицо его приобрело известную асимметрию и украсилось парой здоровенных синяков, но в остальном держался дипломированный пользователь Высокого Аркана вполне бодро.

— Счастье-то какое, не успели, изверги, не успели… — принялся бормотать он, пытаясь развязать путы. Пальцы алхимика тряслись, веревки скользили и срывались, но в конце концов ему удалось ослабить петли и, поднатужившись, спустить на каменный пол тяжёлое тело. Надрываясь и хлюпая разбитым носом, почтенный доктор потащил Тёрна прочь — плечевые шипы дхусса заскрежетали по плитам, оставляя белёсые следы.

— Успеть бы, успеть, успеть… — лихорадочно бормотал Ксарбирус. — Стой, куда это я, совсем ума лишился… — Травник поспешно и кое-как увязал в обрывки собственного плаща Камни, Перо Феникса, длинный посох дхусса кое-как пристроил за спину. — Ну, где наша не пропадала…

— Ты… спасаешь меня? — Губы дхусса чуть шевельнулись. — Что… случилось?

— Крепость ордена Солнца посетила одна весьма, весьма высокопоставленная особа, — пропыхтел достопочтенный доктор. — Настолько высокопоставленная, что здешние хозяева просто не могли не устроить ей самую торжественную встречу. И бросили тебя зде…

Ксарбирус осёкся, пальцы его разжались, дхусс тяжко грянулся оземь.

В подземелье вплыла тень, и круг света, разлитого вокруг креста, сразу же испуганно сжался, язык темноты вытянулся, точно пытаясь добраться до Тёрна.

Дхусс дёрнулся, приподнялся на локте, взглянул прямо в лицо призрачному гостю.

— Кто ты? Что тебе надо? — Язык у Тёрна распух, едва двигался, слова выходили сбившиеся и невнятные. Ксарбирус окарачь бросился прочь, тихо подвывая. Его сумка бесследно исчезла, а без эликсиров какой из алхимика боец?

Посох Тёрна вывалился из скверной обвязки, оставшись лежать подле своего хозяина.

Тень ничего не ответила. Она просто плыла к дхуссу, со всё тем же лёгким, почти нежным шелестом.

Перепачканные кровью распухшие пальцы Тёрна сомкнулись на отполированном дереве.

Тень конвульсивно дёрнулась — и отшатнулась, словно страшась напороться на выставленную вершину посоха.

Тёрн подобрал ноги, зарычал, пытаясь подняться.

Ксарбирус тихо выл у дальней стены.

Тень качалась, её очертания расплывались — и от места, над которым она застыла, в разные стороны разбегались трещины. Всё дальше и дальше, вот они уже поползли по стенам, добрались до потолка…

Стайни, Кройон и гном Брабер осторожно пробирались сквозь опустевшую крепость. Не похоже было, что здесь разыгралась настоящая схватка — ни у самых ворот, ни дальше, в глубине коридоров, не сыскалось ни тел, ни брошенного оружия, ни следов от разрушительных заклятий. Хозяева твердыни сгинули бесследно, словно ночной морок.

— Ничего не понимаю, — разводил руками охотник за демонами. — Они драться должны были, драться до последнего издыхания, раз уж с чашниками за дхусса дерзнули кровь пролить.

Гном вёл своих спутников уверенно, словно хаживал тут бессчётное число раз. Сворачивал, куда нужно, легко разбирался в многочисленных рукоятях, управлявших, как он объяснил, массивными противовесами, спрятанными в глубине шахт, и открывавших — или закрывавших — самые важные двери.

— Они тут даже ничего и не переделывали, — презрительно бормотал гном, заставляя подняться очередной каменный блок весом с десяток тягунов.

— Здесь пахнет смертью, — трагическим шёпотом возвестил Кройон.