Обернувшись, он увидел пятно.

– Ах вот к чему я прилип! Что это?

– Не знаю, - ответила Анджела, - это пятно было, когда мы покупали машину. Ну как, насмотрелись?

– Да, отличный автомобиль! Ладно, мне пора. Должен идти помогать принимать роды. В наше время рожать - антигуманно, но что поделаешь - человек должен жить. Позвони мне утром, скажешь, как мама. Пусть вовремя полоскает горло. Спокойной ночи, милочка.

Возвращаясь домой, он думал:

"В этой машине какой-то странный запах - прямо как в перевязочном пункте возле Буа Гренье. Наверное, именно поэтому машина вызвала во мне такое неприятие. Полагаю, что с Тонксом все в порядке. Я всегда думал, что он нормальный человек, однако сегодня он как-то странно испарился. Наверное, все-таки там был кто-то другой. А впрочем, это не мое дело".

...Субботнее утро выдалось промозглым и ветренным. Стрелка барометра падала, и чувствовалось, что надвигается дождь. Мистер Пэлхем, хвативший накануне за масонским обедом лишку портвейна и чувствовавший себя утром отвратительно, согласился с мистером Каннингом, что партию в гольф придется отложить. Утром после завтрака Каннинг вышел прогуляться по своим владениям и случайно заглянул в гараж. Тонкс мыл машину. Каннинг поздоровался с ним и справился о здоровье.

– Благодарю Вас, сэр, все в порядке, - ответил шофер.

Однако вид его и тон не соответствовали сказанному.

"Что-то тут не так", - подумал мистер Каннинг.

Тонкс, как, впрочем, и его хозяин, был по происхождению кокни, выходец из лондонских низов, - они, в общем-то, принадлежали к одному и тому же классу, поэтому в душе хорошо понимали друг друга. Между Каннингом и простым людом существовала пропасть непонимания, однако таких людей, как Тонкс, он знал как свои пять пальцев.

– Ну так в чем дело, Уильям?
– спокойно, но твердо спросил он.

– Да ни в чем, сэр.

– Ты работаешь у меня семь лет и шесть месяцев, так?

– Так, сэр, - ответил тот, польщенный точностью хозяина.

– И как часто за это время ты мне лгал?

– Ни разу, сэр, честно!

– Ну так и не начинай этого делать сейчас, Уильям. В чем же проблема - деньги или женщина?

– Нет, сэр.

– Я так и думал. Тогда что же?

– Да как-то глупо все это, сэр.

– Оставь уж мне решать, глупо это или нет.

– Ну ладно, сэр, скажу - мне страшно.

– Страшно? Отчего?
– спросил мистер Каннинг, удивляясь, что подсознательно ожидал подобного ответа.

– А вот отчего, я и не знаю, - доверие в голосе Тонкса говорило о том, что стена скованности разрушена, - поэтому все выглядит так глупо. Но мне кажется, страх пришел тогда, когда появился "хайуэй".

– Появился в гараже, ты имеешь в виду?

– Да, сэр.

– Ну и что же произошло?

– Сначала у меня возникло чувство, что кто-то за мной следит. Я все оглядывался, но никого не замечал. Мне казалось, что наблюдавших за мной трое. С тех пор так и продолжается, сэр. Все начинается, как только стемнеет. Такое ощущение, будто кто-то ходит по пятам и следит за мной.

– Это все?
– помолчав, спросил мистер Каннинг.

– Вообще-то, нет. Как-то вечером я ставил машину в гараж. Открыл гаражную дверь и только собрался включить свет, как мне показалось, что около меня кто-то стоит, дотрагивается до меня и что-то шепчет. Ну, потом еще несколько раз происходило подобное. Знаете, у меня есть тетка, так вот, ей тоже разные вещи мерещились. А потом она сошла с ума. Я боюсь, как бы со мной такое не вышло. Мне казалось, что если так случится, мне больше не следует водить машину.

– Чепуха, - отрывисто проговорил Каннинг, - ты такой же нормальный, как и все.

– Я тоже так думаю, сэр, но тогда почему мне все это мерещится?

– Ну и что, ерунда какая-то. Со многими такое иногда случается.

– Правда, сэр?

– Разумеется. И забудь обо всем этом.

– Хорошо, сэр, я постараюсь.

В течение следующего часа мистер Каннинг прогуливался по саду. Какая-то отвратительная мысль все время крутилась у него в голове, мысль, над которой он всегда насмехался. В ушах у него стояло эхо того ужасного крика, на память приходило лицо Анджелы. Все это как-то нелепо! Глупые фантазии надо выкинуть их из головы. "Сегодня тяжелый день. К тому же на этой неделе я был так занят работой. А тут в голову лезет всякий вздор". Он засвистел какой-то веселый мотивчик и направился домой с намерением выпить бокал шерри.

В четверг Анджела взяла машину и поехала к соседям играть в теннис. Когда она вечером вернулась домой, Уоклер, дворецкий, открывавший ей дверь, заметил, что она выглядит очень уставшей и расстроенной. Залпом выпив брэнди, она немного успокоилась, краска прилила к лицу. Во время ужина она сидела, погруженная в себя, не произнося ни слова. Отец, заметив ее состояние, предположил, что она, возможно, подхватила от матери простуду. На это Анджела с раздражением ответила, что с ней все в порядке. Однако от взора мистера Каннинга не ускользнуло, что она пьет больше вина, чем обычно, и что у нее пошаливают нервы. После ужина она сразу ушла в свою комнату под предлогом, что хочет почитать.