Хозяин приюта встретил их у подножия лестницы. Мужчина лет пятидесяти с сединой в бороде и шершавой кожей излучал необъяснимую доброту, но его глаза, омрачённые тенью грусти, выдавали следы давних утрат.

— Добро пожаловать, путники, — сказал он, слегка склоняя голову. — Проходите, садитесь, мы рады гостям.

Его жест указал на грубо сколоченный стол из разномастных досок, за которым уже сидела его семья. Три дочери Арама — юные девушки с длинными чёрными волосами и томными взглядами — не сводили глаз с новоприбывших. Каждая из них казалась по-своему загадочной и любопытной. Мать, женщина с усталым, но тёплым лицом, разливала густую кашу по простым глиняным мискам.

Завтрак был скромным, но сытным, и, несмотря на тяжесть прошедшей ночи, дарил гостям ощущение временного укрытия. Арам с интересом расспрашивал Винделора и Илая о их странствиях, а те, в свою очередь, любопытствовали о правилах и укладе жизни в этом городе.

— Здесь царят пороки, — произнёс Арам, задумчиво покачав головой. — Но мы с семьёй стараемся жить по совести, придерживаясь Божьих законов.

Его слова звучали искренне, но в глазах хозяина мелькнуло нечто тревожное. Илай, уловив этот миг, хотел спросить, о каких именно законах и богах идёт речь, но, встретившись взглядом с одной из дочерей Арама, смутился и опустил глаза в свою миску.

Беседа текла легко и ненавязчиво. Арам рассказывал о местных традициях и странных легендах, окутывающих город. Винделор слушал с напряжением, будто улавливая нити тайны, пронизывающей это место. Илай же, очарованный красотой дочерей, не замечал тревожных нот в речи хозяина.

— Где мы можем запастись провизией, уважаемый Арам? — спросил Винделор, переводя разговор на практичные темы. — Нас интересует оружие и товары для долгого пути.

Старик задумался, почесал бороду и, словно нехотя, сообщил адреса нескольких лавок, где можно было найти нужное. Он заверил, что владельцы — благочестивые люди и не обманут путников.

Попрощавшись с хозяевами и сообщив, что вернутся к ужину, Винделор и Илай отправились в город.

Город просыпался, словно великан, вырывающийся из глубокого сна. Улицы ещё хранили запахи ночного веселья — перевёрнутые тележки у лавок и разбросанные пустые бутылки говорили сами за себя. Винделор, мужчина средних лет с усталым взглядом, и юный Илай, едва переступивший порог пятнадцати лет, пробирались по узким извилистым улочкам в поисках нужных торговых лавок, следуя указаниям Арама.

Солнце поднималось над яркими разноцветными крышами, высвечивая расписные фасады зданий и словно обнажая богатство и красоту этого места. В воздухе витали запахи спирта и дешёвых духов. Редкие прохожие с тусклыми взглядами и неуверенными шагами посматривали на странников с любопытством, их глаза скользили по ним, будто оценивая. Из окон домов выглядывали девушки, бросая двусмысленные взгляды и шепча что-то на грани слышимости.

Винделор, давно привыкший к жестокости и порочности мира, старался не обращать внимания на провокации. Он невольно прижал руку к револьверу в кобуре — не столько угрожая, сколько ища опору в этом хаосе. Илай шёл рядом, его глаза, полные юношеской наивности, жадно впитывали пестроту и грязь города.

Они миновали полупустую таверну, из которой доносились хриплые голоса пьяниц, не закончивших ночной кутёж. На углу торговец дешёвым товаром кричал о «чудесных зельях» и «гарантированном счастье». Винделор нахмурился, ощущая, как город проникает в его душу, будя тёмные воспоминания и старые страхи. Он крепче сжал рукоять револьвера, словно этот жест мог защитить его от всепоглощающей тьмы, что тянулась вокруг. Илай, заметив напряжение в глазах спутника, коснулся его руки. Этот немой жест был полон утешения — невидимая связь, обещание веры и надежды, что даже в мрачных уголках мира есть место свету.

Они продолжали идти, не зная, что ждёт их впереди, но веря, что даже в таком городе найдётся место для порядочности. Вчерашние события в ломбарде и на въезде в город всё ещё не отпускали, но жизнь продолжалась, не позволяя задерживаться в тени прошлого.

Подойдя к первому магазину, они встретили продавщицу с усталым взглядом. Без лишних слов она обслужила их: Винделор купил немного еды и воды, а Илай — свечи и спички. Город казался пустым, будто его жители замерли в ожидании чего-то неизбежного. В воздухе висела тишина, нарушаемая лишь далёкими звуками, полными угрозы и неопределённости.

Проходя мимо других лавок, они сталкивались с тем же холодным безразличием, словно каждый уголок этого места был поглощён мраком. Никаких встреч, только усталые глаза и потухшие взгляды.

Вскоре они оказались перед небольшим оружейным магазином. Тяжёлая дверь была приоткрыта, а в окне ярко блестел металл. Винделор замер, будто почувствовал опасность, исходящую оттуда. Илай, не понимая его волнения, потянулся к ручке двери.

Внутри магазина, пропитанного запахом масла и металла, царила полутень. Стены были увешаны старинными мечами, копьями и луками, а витрины ломились от сверкающих пистолетов и ружей, отражавших тусклый свет ламп. Винделор окинул помещение взглядом и удовлетворённо кивнул.