Я все таки отрываюсь от Оли, и строго говорю:

— Девушка, а ты куда родителей дела?—

А она смеется и отвечает:

— Они уехали на выходные, Юлька тоже смылась, обещала только завтра появится, ну, чтобы переодеться, да помыться. А меня оставили следить за квартирой. А я одна боюсь, так что придется тебе меня охранять.—

Я снова обнимаю ее, целую и говорю:

— Я с удовольствием, тем более на такой шикарной кровати. Только вот родители не будут возмущаться по поводу не целевого использования посторонним парнем сего предмета мебели? — И сам поражаюсь вычурной извилистости своих выражений.

И тут же слышу в ответ:

— Мне сказали, если одной будет скучно, можешь привести подруг или Дана. Я привела, Дана. А где ему спать? Он парень крупный, ему нужна большая кровать. А я боюсь, так что вариантов то и нет больше.—

Я задумываюсь на мгновение, потом подхватываю мою блондинку на руки и аккуратно укладываю ее на ту самую кровать со словами:

— Сейчас будем проводить натурное исследование, чего именно боится моя милая Оленька.—

Она сперва пищит от неожиданности, а потом затихает и уже заинтересованно смотрит на мои манипуляции. А я продолжаю:

— Ну так чего же боится моя милая Оленька? — Спрашиваю я с улыбкой и тут же добавляю: — Может быть ей в платье страшно?—

А она подхватывает игру и кивает своей прелестной белокурой головкой, одновременно отвечая с томным придыханием:

— Ой да, Даня, страшно. Ой страшно.—

Я удовлетворенно киваю головой и говорю:

— Вот видишь, первая причина уже найдена, а с причинами надо бороться, путем избавления от них.—

И начинаю избавлять милую Оленьку от предмета ее страхов. Платье легко, как будто само собой слетает с прелестных плеч и всего остального, и вот уже моя милая ослепительная блондинка лежит на кровати почти в неглиже.

— Ну что, больше не страшно? — Спрашиваю я и слышу в ответ:

— Все равно немного страшно, что-то пугает, даже не пойму что? — Улыбается Оля и так мило поводит плечиками, что сразу становится ясно, чего именно пугается моя любимая девочка.

— Ясно все с Вами девушка, будем удалять. — Глубокомысленно заявляю я и тут же удаляю сей мешающий предмет.

— Прелесть, прелесть. — Думаю я, глядя на те самые прелести и снова спрашиваю:

— Ну теперь то, милая уже точно ни чего не пугает?—

Оленька улыбается, морщит носик в притворной задумчивости и отвечает:

— Что-то все таки осталось пугающее. Прямо не пойму что? Посмотри, пожалуйста, повнимательнее и поближе, а то мне снова страшно становится. — И с улыбкой тянет меня к себе, ясно показывая что и как надо бы посмотреть, и наверно уже пора удалить.

Я прикладываю палец к губам и говорю трагическим шепотом:

— Тише, нас могу слышать и завидовать. У меня осталось еще кое-что, что может напугать, столь милую особу, сейчас я это удалю и продолжу исследование Вашего феномена милочка.—

Оля на это высказывание почему = то пугается и негромко вскрикивает, произнося:

— Дорогой, не надо столь радикальных мер. Меня там ни чего не пугает, скорее наоборот, придает сил и надежд…—

Я смеюсь и отвечаю:

— Милая, не беспокойся, этого мы не допустим, это нам еще пригодится. Я о другом.—

И легким движением рук и ног, джинсы и рубашка превращаются в свое отсутствие, занимая место в зрительном зале. Еще одно мгновение задумчивости и уже ни чего не может испугать столь прелестную особу, если только обнадежить и обрадовать.

— Так хорошо? — Зачем-то спрашиваю я у моей Оленьки, красуясь перед ней в первозданном виде.

Она оценивающе смотрит и кивает, а потом и отвечает:

— Хорошо, очень хорошо, только я кажется слаба зрением стала. Не рассмотрю ни как, можно поближе посмотреть?—

— Конечно милая, для тебя все что угодно. — Отвечаю я и уже обнимаю мою милую Олю.

— Но по моему мы в неравных условиях, так не честно, у тебя преимущество, лишний предмет образовался — Продолжаю торг я и она немедленно соглашается:

— Ты прав, Даня, это и правда лишнее, ну так сними, то самое лишнее. — Говорит Оля с улыбкой, а немедленно исполняю ее просьбу, одновременно комментируя цитатой из знаменитого фильма:

— Заметьте, не я это предложил. — И тут же добавляю: — И я за себя не отвечаю.—

А Оля счастливо смеется в ответ, глядя как все лишнее уже затаилось где-то в уголке и добавляет:

— Я кстати тоже.—

При этих словах почему-то облизывается и глядит туда, куда приличные девушки обычно не глядят, ну так думают, что не глядят.