Сдержав рвущийся из груди вопль, я нашла в каких-то запасниках силы, чтобы ехать дальше. Фонтаны синих брызг рассеивались розовыми искрами. Голубые переливы сменялись жёлтыми. Стиснув зубы, я двигалась вперёд. Полоса пути то светлела до цвета угасающей зари, то сгущалась до тёмно-багрового. Конечная точка – граница с Лессангом – выглядела словно пульсирующий колодец, по краям которого струились потоки света. Бесстрашно въехав в него, я вывалилась в прохладную чащу Леса, показавшуюся мне вдруг однообразной и однотонной. Моё состояние близилось к истерике. Разговаривать мне не хотелось, от обеда я отказалась. Хвала Святым, вопросов мне не задавали, наверно, думали, что я потрясена утренним происшествием. Мысли роились чернее тучи.

Несомненно, я схожу с ума. То ли рассудок мой не выдержал потрясения, то ли Керт воздействовал поражающей магией. Немудрено, что у меня прорезался дар ясновидения. Все пророчицы – бывшие маги, спятившие под влиянием тех или иных обстоятельств. Вопрос только в том, как долго я смогу оттягивать момент превращения в убогое подобие человека с периодическими припадками, во время которых и проявляется дар предвидения? Если не ошибаюсь, великая пророчица Сaйе, за исключением минут просветления, представляла собой живой труп, прикованный к кровати, без всяких признаков разума… Б-р-р-р… Нервно вскочив с места, я принялась ходить взад-вперёд.

– Арин, с тобой всё в порядке? – осторожно поинтересовался Орри.

Нет, мой лорд, со мной всё не в порядке. Но как я скажу об этом? Извини, Орри, я тут рехнулась немножко. Тропа у меня разноцветная, мирцри за мной ходят, легенды мерещатся. Посему помочь тебе не могу, кто бы мне самой теперь помог.

– Всё нормально, – через силу улыбнулась я. – Нездоровится немного.

Настал черёд переполошиться Лоте. Поставив дюжину всевозможных диагнозов, от простуды до отравления илинорской колбасой, она не успокоилась, пока не напоила меня чаем и не вынудила надеть куртку. Разумеется, куртка мне помогла мало. Тропа показалась ещё более яркой и разноцветной, а в довершение моих мучений к полосе пути прибавились зелёные завихрения, ослепительным светом провожающие каждый наш шаг. Пятна на равнине начали складываться в непонятные узоры невероятной сложности. Колодец на выходе покрылся сетью из вспыхивающих и гаснущих звёзд. Сумасшествие стремительно настигало меня.

Совершенно измучившись, я потянула Рэя за рукав.

– Храм жизни в Лессанге… До него далеко?

Страж обеспокоенно повернулся.

– Нет. Почему ты…

Докончить я не дала. Спрыгнула на мох, не готовясь кинула Сеть.

Результат ошеломил. Сеть не то что дотянулась до Скируэна, а перелетела весь Мерден. На какой-то миг мне показалось, что ещё чуть-чуть – и она сомкнётся… Я пользовалась последними дарами сознательного существования. Храм Жизни оказался близко – настолько, что я заподозрила во всём часть зловещего плана. Гнедко удивлённо фыркнул, когда, вместо того чтобы расседлать его, я вновь вскочила в седло.

– Куда ты? – нахмурился Рэй.

– В Храм, – коротко бросила я, пришпорив лошадь.

Худющая, но ужасно сильная рука умудрилась перехватить повод. Конь дёрнулся, но не двинулся с места.

– Нет, Арин, – твёрдо произнёс Страж. – Ты не поедешь.

– Поеду, – упрямо возразила я. – Мне необходимо туда попасть!

– Ты не поедешь, – повторил он. – Тем более одна и в таком состоянии.

– Рэй прав, – подал голос Орри. – Если тебе это так необходимо, мы поедем с тобой.

Я оглядела их по очереди. Лица выражали трогательное единодушие. Даже Лота нахмурила тоненькие брови.

– Да поймите, – простонала я, – вам нельзя там показываться. Особенно Орри. Жрица Храма опасна! Скорее всего, она в сговоре с Кертом!

– Именно поэтому я не позволю тебе ехать одной, – жёстко отрезал Рэй.

Есть люди, с которыми спорить бесполезно. Такой в своё время была Неда. На мою беду, мне встретилось её подобие, на сей раз в мужском обличии. Я сдалась. Мы поехали бок о бок, причём Страж крепко держал повод Гнедко. Паршивец конь не возражал, наоборот, так и норовил задеть атласную шею Звёздочки. Наградив его всевозможными эпитетами, я клятвенно пообещала продать жеребца в первом же городе, и пусть простится с мечтами доживать век на моём хуторе!

Храм показался мне неоправданно большим и безобразным, в отличие от невесомых сооружений Мердена. Колонны, что окружали его, были выточены из стволов грондери и потемнели от времени. Из чего было сложено само здание, похожее на гигантскую пирамиду, я не рассмотрела. Солнце стремительно закатывалось, небо темнело. Вход мы нашли по горящим огонькам – тёмный провал в ступенчатой стене. Рядом был подвешен гонг для посетителей. Звук удара оглушил меня и отозвался раскатистым эхом в глубине. Мне резко захотелось развернуть коня и помчаться прочь отсюда, как можно дальше и быстрее. Конечно, я этого не сделала, напротив, спешилась и подошла поближе. Двери Храма, под стать самому сооружению созданные разве что для исполинов, были приоткрыты, так, что в полутьме угадывались ступени лестницы, идущей вверх.

– Факелы, – голос Орри дрогнул. – Кто-то идёт.

Колеблющийся, спускающийся сверху свет становился всё ярче. Через минуту я поняла, что итлунг не ошибся, хоть и странновато для Храма прибегать к такому допотопному средству, а не к магическому огню или, по примеру передовых городов, – к газовому освещению. Затем я различила звуки шагов – шаркающих старческих, тяжёлых мужских и лёгких девичьих. После чего в дверном проёме показалась живописная группа – скорее даже, толпа, в центре которой выступала крохотная старушонка в белом балахоне и белой же повязке, перечерчивающей тёмный морщинистый лоб. С обеих сторон от неё восемь дюжих молодцов держали тяжеленные факелы, с которых, шипя, капала смола. Довершали торжественный выход гибкие девушки в белоснежных одеждах, двигающиеся так слаженно и смотрящие столь сосредоточенно, что я заподозрила магическое вмешательство. Надо отдать должное, выглядело всё неплохо. Наверно, в то время, когда на месте тщедушной бабульки выступала гордая статная красавица с горящими глазами, вид был ещё более величественный. Виновато ли моё сумасшествие или же вбитые с детства в голову легенды, но мне вдруг померещилось, что я стою перед женщиной из моих снов, стройной, черноволосой и отчаявшейся, глядящей через меня куда-то вниз – в пропасть? В прошлое? Наваждение длилось секунду, после чего я опять увидела перед собой дряхлую старушонку, изучающую нежданно-негаданно явившихся поздних гостей. Насколько я знакома с обычаями (а попробуй при Неде быть с ними незнакомой!), такие визиты для Храмов не редкость. Сюда можно прийти в любое время дня и ночи, с бедой, радостью, за советом и поддержкой, за помощью и в поисках убежища. Но именно этот Храм не внушал мне доверия. На всём Авендуме это было бы последнее место, куда бы я направилась за подмогой. Однако так уж сложилось, что только здесь мне придётся её попросить.