Девушка резко обернулась, как только услышала шаги позади себя. Новые знакомые шли довольно уверенно, нахмурив свои лица, сузив глаза, точно всматриваясь в другой конец улицы. Рядом с ними устало волочился Шон, лицо которого в полной мере выражало всю суть этого жуткого и странного происшествия. Но, на удивление Розы, Родригес не выглядел потерянным. Девушка размышляла о том, что, потеряв главную цель своего путешествия и осознав провал, Шон впадет в полное отчаяние, откажется от любых попыток продолжать путь. Или совершит поступок гораздо хуже, гораздо глупее. Но все обошлось. По крайней мере, пока что. А может Шон еще не до конца осознал все произошедшее, возможно, что мысли о спасении мира от мутаций отошли на второй план, когда на кону стояли их собственные жизни. Каким бы героем ни был человек, он бессилен против собственных инстинктов.

— Значит, — басом начал один из незнакомцев, — я пока что понятия не имею о том, зачем вы заявились в это место и почему вы общаетесь в странных местах со странными людьми. И у вас есть выбор — пойти с нами и рассказать мне все, что я хочу от вас услышать, либо можете остаться здесь, правда вряд ли вы протянете тут больше пары часов.

Сначала Шон воспринял это предложение как банальную угрозу, даже хотел противопоставить незнакомцам тот факт, что они с Розой вполне успешно выживали в одиночку все это время. Но перед глазами, как предостережение от глупых слов, всплыл подслушанный им диалог. Эти люди беспокоились о возвращении кого-то. Страшно было представить этих «кого-то», учитывая, что встречи с ними избегают даже такие опытные и далеко не слабые выживальщики.

Мужчина смотрел на Шона так, как смотрят взрослые на глупого мальчишку, хотя Родригес сейчас именно так себя и ощущал. Разве может он назвать себя опытным и мудрым? Обладать одним лишь умом недостаточно. Вполне вероятно, что эти незнакомцы не знают и половины того, чем наполнен интеллект Родригеса, но делает ли это его сильнее в данной ситуации? Нет. Почему он чувствует себя маленьким ребенком?

Так такового выбора Шону не предоставили, потому согласиться на предложение незнакомцев было вполне естественным решением, Роза противиться так же не стала. Неизвестно, как далеко находится убежище этих людей, да и чего ожидать от них в целом. Шона радовала лишь одна мысль: «Если бы они хотели нас убить, то сделали бы это раньше». Но параллельно с этим подкрадывалось плохое предчувствие по поводу всего происходящего. Казалось, что, как только эти люди узнают все, что хотели знать от Шона, они выбросят его на съедение Драуграм вместе с Розой или найдут другой способ избавиться от ненужных людей.

Небо сильно нахмурилось, темно-серые облака медленной волной обволакивали голубые просторы. Группа шла уже порядка пары часов. «Интересно, часто ли они наведываются в город, преодолевая такое расстояние», — задумался Родригес. В этот момент Шон осознал, что даже не знает имен его новых знакомых. Или его убийц.

— Простите, — осторожно начал Родригес, — может, вам стоит представиться? Мы знакомы уже пару часов, а ваших имен я так и не знаю.

— И зачем они тебе? — ответил мужчина постарше, затем глубоко вздохнул и продолжил. — Я Артем, а это Миша — мой брат. Это все, что тебе следует знать.

— А далеко этот ваш до…

— Я сказал, это все, что тебе следует знать!

Всю следующую часть пути они прошли в полной тишине, наслаждаясь шумом ветра и шелестом травы. Пройдя еще километра два, Шон наконец увидел кирпичный двухэтажный дом. Двор вокруг него был огорожен массивным забором из такого же кирпича. Раньше, похоже, этот дом служил неким кафе или магазином для водителей, а с наступлением этих темных времен попал в руки тем, кто оказался быстрее и находчивее. Войти на территорию можно было только через маленькую калитку из тонкого листа железа, покрытого легкой ржавчиной по краям. Сам двор оказался вовсе не примечательным: немного досок, инструментов, ржавая ванна, наполненная старым металлоломом, и еще куча подобного барахла.

Дверь дома с мерзким скрипом отворилась, и в помещение зашли сначала хозяева, а потом Шон и Роза. Новые знакомые по-прежнему молчали, так что только и оставалось, что бездумно следовать за ними, пока они что-либо не скажут.

На удивление, внутри дом оказался относительно теплым. Комнаты выглядели довольно чисто и уютно. Усевшись за стол на кухне, Шон внимательным и пристальным взглядом изучил каждый уголок. На столе находилось множество кастрюль, наполненных водой. Рядом с ними небрежно лежал старый металлический чайник. Но больше всего Родригеса привлекло устройство, расположившееся возле плиты, — это была небольшая платформа из железа и кучи проводов, скорее всего служившая именно в качестве миниатюрной электрической плиты. Совсем неясно то, как работает данное устройство, но раз оно здесь лежит на самом видном месте, значит, им регулярно пользуются.

Михаил вернулся на кухню, держа в руках пластмассовую бутылку с темно-коричневым содержимым. Жидкость плескалась из стороны в сторону, слегка поблескивая золотистым оттенком. Мужчина с грохотом поставил бутылку в центр стола, мельком взглянув на Шона и Розу. Девушка чувствовала себя крайне некомфортно. В ее глазах горела ненависть, но словно тусклым, приглушенным светом, точно сменяясь другим ощущением — чувством спасения, минувшей беды. Возможно, сейчас они с Шоном уже лежали бы где-то мертвые, а над их телами склонялись мерзкие, здоровенные туши мутантов, жадно чавкая, бросая себе в пасть один кусок плоти за другим. Роза ни на секунду не отводила взгляда от хозяев дома. Было ясно, что она им вовсе не доверяет, ожидая чего угодно в любой момент. Нельзя сказать, что Шон в такой обстановке чувствовал себя гораздо спокойнее Розы. Хотя в его голове сейчас был такой беспорядок, что он уже с трудом может отличить опасное место от безопасного, врага от друга, настоящего себя от лживых мыслей.

Звонким стуком братья поставили на стол четыре небольшие кружки, налив в каждую чуть меньше половины темной жидкости. На вид это было похоже на квас или дешевый кофе, заполнивший полки магазинов за несколько дней до наступления апокалипсиса. Шон отчетливо помнил тот отвратительный вкус, который приходилось терпеть, ведь другого напитка, за исключением простой воды, ни у кого не было. Родригес вновь замечтался об апельсиновом соке. В его мыслях был полный бардак.

Хозяева уселись напротив, крепко сжав в руках кружки. Шон обратил внимание на их схожесть. Они действительно были как две капли воды. Но что-то их различало. Да, Михаил немного выше, но даже не в этом дело, у него был совсем другой взгляд, другое выражение лица.