Александр взял банан.

– Ешь прямо здесь, – сказал Михаил, – ну, давай же!

Александр видел на видео, как едят бананы. Он попытался открыть кожуру, но от волнения просто отломил верхнюю часть и мякоть отломилась вместе со лепестком. Если не считать этого объяснимого момента – ведь раньше Александр никогда не чистил банан – то руки слушались отлично, как будто это были его руки. Александр чувствовал себя также, как в прежнем теле. Поразительные технологии!

– Давай помогу, – Михаил забрал банан и развернул кожуру, затем вернул.

Александр откусил банан и разжевал. Какой же у него приятный мягкий душистый вкус! Не сравниться с брикетами.

– Когнитивные функции в норме, – сказал доктор и улыбнулся, – увидимся через десять дней!

Доктор Дер похлопал Александра по плечу. Михаил кивнул.

«Таша? Ты тут? Не молчи!», – Александр обращался к своей нейросети, но ответа не последовало.

– Ну что же, за дверью ждет моя помощница. Вверяю тебя ей, – Михаил поднял левую руку, показывая на дверь, – тебе даны максимальные доступы в куполе номер три и ограниченные в куполах один и два, это нужно для безопасности. Олесья предоставит тебе всю необходимую документацию и разрешения. Прошу!

«Таша, Таша!» – уже кричал мысленно Александр, но нейросеть не откликалась.

Дверь бесшумно отъехала в сторону. У проема стояла Олесья – высокая стройная симпатичная девушка лет двадцати трех, с большой грудью, длинными русыми волосами, синими глазами.

Одета девушка была в платье до колен и напоминала Мию, ту самую, которая отправила его на Зидал, а перед этим сделала предостережение и назвала код для встречи с человеком из ее команды – «Космогонщик». Кто такой гонщик и что такое космос Александр знал, но о словосочетании «Космогонщик» слышал впервые. Ему нужна была Таша, которая могла бы найти в библиотеках нужную информацию. Но Таша не откликалась.

Александр встал с кресла и пошел к выходу. Он чувствовал легкость, при этом тело управлялось как родное, отличие были, но в лучшую сторону. Александр ощущал себя помолодевшим лет на шестьдесят. Из справочника он знал, что Зидал имеет 95% массы от марсианской. Может быть еще поэтому ему так свободно давались шаги.

Девушка отступила, Александр шагнул в светлый коридор, который уходил далеко вперед и заворачивал по кругу. Александр был в куполах на Луне и понимал, как они устроены. Пол, стены, потолок коридора были экрано-пластиковыми, на которых могли отображаться изображения. Врачебный кабинет был не такой – он состоял из белых панелей, на первый взгляд из металлического сплава.

Дверь закрылась за Александром, и доктор с Михаилом остались в кабинете.

«Александр, я тут, – наконец, откликнулась Таша, – я посчитала, что в кабинете говорить небезопасно. Мне показалось, что меня могут считать».

«Ну хорошо, что ты жива и здорова. Впрочем, являясь неотъемлемой частью моего сознания, распределенной по нейронной сети, было бы странно, если бы ты при переносе потерялась – я бы тогда просто не смог думать», – мысленно проговорил Александр.

– Александр, меня зовут Олесья. Я проведу тебы по куполу. К сожалению, все секции мы охватить не сможем. Но главное, в том числе твою комнату, я покажу. Купол имеет диаметр восемьсот метров. Двенадцать коридоров расположены по окружности и замкнуты сами на себя, при этом между круговыми коридорами есть десять радиальных проходов. Центр купола имеет высоту сто пятьдесят метров. Технические помещения занимают семьдесят три процента купола номер. Роботы, задействованные в терраформировании, имеют базу во всех трех куполах и управляют из пультовой комнаты, твоего рабочего кабинета.

– Отлично, Олесья! – сказал Александр, – так как связь с сетью на Марсе потеряна, мне нужен доступ моей нейронки к библиотекам Зидала. Плюс доступ ко всем базам данных и технической документации, разрешениям, логин-паролям и регламентам.

Олесья улыбнулась. Она протянула правую руку вперед, показывая направления движения, пошла и Александру ничего не оставалось, как пойти рядом.

– Все доступы предоставлены. Прошу подтвердить, – сказала Олесья.

«Подтверждаю. Я получила зеленый свет к сетке планеты Зидал, неограниченный доступ к отсекам купола три и частичный к отсекам купола один и два, а именно ко всем роботам, задействованным в терраформировании».

– Нейронка подтвердила все. Я займусь разбором завтра с утра на рабочем месте. А сегодня столько навалилось, хочется прийти в себя.

Олесья остановилась у двери. Панель отъехала.

– Прошу! Это твой кабинет.

Александр шагнул внутрь и мысленно ахнул.

«Таша, что по параметрам этого отсека?» – спросил Александр.

«Помещение размером сто квадратных метров, высота потолков восемнадцать метров. Судя по компоновке нейромониторов – это пульт управления роботизированных установок с широкими возможностями. Согласно библиотеке, подобные пульты использовались при терраформировании Марса. Но этот имеет улучшенный функционал», – пояснила Таша.

Олесья улыбнулась и начала монотонно говорить:

– Это автоматизированное рабочее место, основанное на нейрофабульной симпляции. Комната обеспечивает оператора всей необходимой информацией для успешного выполнения задач.

«Таша, она андроид?» – попробуй выяснить.

Олесья продолжала:

– Нейромониторы на пульте позволяют оператору нейро-фабульно взаимодействовать с роботизированными системами, что значительно упрощает процесс управления. Экраны имеют настраиваю компоновку под выполнения задач.