– Кому ещё была выгодна его смерть?

– Да много кому. Это ведь бизнес, - пожимает плечами Иван Сергеевич.
– Ева Александровна, не переживайте. Всё хорошо будет.

Месяц. Целый месяц идёт следствие. Меня держат в курсе всего, Иван Сергеевич сообщает, что шансы у нас 50/50. Из прямых доказательств лишь фото. Но так как его очень хотят посадить, этого достаточно.

У меня так болит душа за этого идиота, что я готова лезть на стенку. Сбегаю из дома каждый вечер, лишь бы не оставаться наедине со своими мыслями. Все деньги я вложила в бизнес Руслана, чтобы ничего не прогорело. Мне очень помогал Марс, контролируя на местах, так как я мало что в этом понимала. Где-то он посадил людей своих, чтобы они следили за ситуацией. Сама я бы не справилась. Марс сам влез в это дело, вёл своё расследование, совал нос. Он мне ничего не рассказывал толком, но, кажется, его припугнуть тоже пытались. Правда, Альбединского мало чем напугать можно было. Приблизительно ничем. А вот меня да. Когда я увидела его с разбитым носом, то очень старалась сохранить самообладание, а он лишь отмахивался.

– Кошка, не переживай, с тобой точно ничего не будет, - как-то странно он говорит мне. Почему так уверен?

В один из вечеров я в очередной раз сбегаю из дома. Иван Сергеевич сообщает, что эти уроды купили всех. Марс сам психует, так как дорогу перекрыли везде, но он борется до последнего. А я плачу в машине, пока за окном сменяются пейзажи. Лучше бы он дальше мне изменял, чем это.

Проезжаю на одном из перекрёстков в не самом лучшем районе богом забытую пивнушку, и что-то щёлкает у меня в мозгу. Разворачиваюсь на параллельной улице и делаю ещё один круг. Вижу до боли знакомое лицо, каждую чёрточку которого я запомнила. Это тот самый киллер. Он общается с каким-то мужчиной, который тоже выглядит знакомым. У меня трясутся руки, но я набираю номер телефона Марса.

– Марс, - дрожащим голосом зову его.
– Кажется, я наткнулась на киллера.

– Что блять?
– орёт Марс.
– Ты где?

– На Ермакова. У пивнушки. Марс, что мне делать?

– Ни в коем случае не отсвечивай, Ева. Они знают тебя, они могут невесть что сделать. Я сейчас... Блять, это их спугнёт. Ева, я сейчас позвоню ментам, не отсвечивай, я тебя умоляю. За тобой охрана, но, боюсь, что у них гораздо больше народу.

– Хорошо, Марс. Я останусь здесь, - что, охрана?

– Лучше уехать.

– Нет. Если они уедут куда-то, я смогу проследить.

– Блять, упрямая девчонка. Жди меня там.

Я трясусь в машине и смотрю на их переговоры. Они вышли перекурить и обсудить что-то без чужих ушей. Страшно ли мне? Очень. Я боюсь, что они заметят, что уедут. Они слишком увлечены разговором, и, кажется, что-то идёт не так, как они хотели.

Но Марс не был бы Марсом, если бы сработал, как надо. Через десять минут я вижу в боковое зеркало две машины. Без опознавательных знаков. Они останавливаются рядом с пивнушкой, а эти уроды, кажется, не сразу понимают. Когда до них доходит, уже слишком поздно. Они пытаются бежать, и даже ранят одного из полицейских, на что я закрываю рот ладошкой. Дверь моей машины кто-то открывает, и я вздрагиваю, но это лишь Марс.

– Тихо, всё хорошо, это я. Не бойся. Их взяли, умница. Говорил же Руслану, что ему повезло с женой.

– Спасибо, Марс. Что приехал спасибо.

– Так, давай-ка садись на пассажирское, я сяду за руль.

– Я в норме.

– Давай, мне потом Руся бошку открутит, если что-то случится.

Послушно переползаю на пассажирское. Марс провожает меня до самой двери.

– Сама переночуешь? Или остаться?

– Сама.

– Да, а то меня точно закопают.

– Да брось, Марс.

– Всё, кошка, я поехал. Надо с пацанами перетереть. Думаю, что теперь Руслан точно будет на свободе.

Две недели. Ещё чёртовы две недели, пока ведут допросы и назначают дату суда. Мне кажется, что я уже не сплю, не ем и не живу в ожидании суда.

Вижу Руслана второй раз за эти полтора месяца. Чуть похудел, устал, но держится. Всё заседание для меня проходит, как под водой. И лишь после заветных слов я могу выдохнуть:- Признать невиновным.

Фух, выдыхаю. Держу дурацкие слезинки и смотрю на Руслана. А он на меня. Он вообще всё заседание пепелил меня глазами. Его выпускают, и я сразу пытаюсь слинять по окончанию, но он меня ловит за руку сразу же за дверями. Притягивает близко и тихо шепчет:

– Не смей. Меня дождись на улице.

Он это говорит таким тоном, что всё тело словно парализует. Руслан жмёт руку Марсу, Ивану Сергеевичу, они о чем-то говорят, а потом идут в мою сторону с Марсом.

– Давай, брат, завтра тогда связь, - хлопают друг друга.
– Удачи, кошка.

– Спасибо за помощь, Марс, - тоже слегка приобнимаю его. Он очень поддерживал.

Руслан подходит ко мне и щурится от летнего уже солнца. Смотрит на меня с лёгкой улыбкой на губах. Резко тянется к губам, целуя. Я не успеваю отстраниться. У меня не получается держаться. Отвечаю ему, причём с огромным удовольствием.

– Рус, - всё же разум берёт верх.
– Нет.

– Котик, я полтора месяца ждал этого момента.

– Позвони любой и она с радостью...

– Ев, завязывай. Я удалил всё ещё до заключения. У меня было время подумать. Я тебе поклялся, что не изменю.