34

Отсутствие револьвера означало, что он у Таппинджера. Я вышел из дома и достал свой пистолет, лежавший в багажнике машины. Поскольку на улице бегали ребятишки, я вошел в дом вставить патроны.

– Вы собираетесь убить его?
– спросила Бесс. Она уже начала чувствовать себя вдовой.

– Я не воспользуюсь им, если он меня не заставит. Возможно, я должен буду защищаться.

– Что будет с детьми?

– Это уж вы решите, что делать.

– Почему я должна?
– она сказала это голосом маленькой девочки. Почему это было должно случиться со мной?

"Вы вышли замуж не за того человека, в не то время и не по той причине", - сказал я ей про себя. Но не было никакого смысла произносить это вслух. Она уже знала это. Фактически, она сама мне это говорила все время с тех пор, как я встретил ее.

– По крайней мере, вы остались живы. За это надо сказать спасибо судьбе.

Она подняла руки в жесте отчаяния, почти угрозы.

– Я не хочу остаться в живых таким образом. Не таким путем.

– Таким тоже можно. Жизнь, которой вы живете, может быть вашей собственной.

Будущее пугало ее.

– Не оставляйте меня наедине с собой.

– Я должен это сделать. Почему бы вам на время не пригласить одного из ваших друзей?

– У нас нет друзей. Они отошли от нас давным-давно.

Она казалась потерянной, лишней в своем собственном доме. Я попытался поцеловать ее на прощание. Это была неудачная мысль. Ее губы не реагировали, тело словно одеревенело.

Мысли о Бесс не покидали меня, тяжелые и горькие, всю дорогу через город к дому Фэблонов. Возможно, где-то в подсознании, где плавают чудовища в холодной темноте, Бесс была даже увлечена этой любовной историей своего мужу.

Джинни была дома, и он находился с ней. Серый "фиат" стоял под дубом. Когда я постучал в переднюю дверь, они ответили сразу оба. У него были красные глаза и бледное лицо. Она дрожала.

– Может быть, вы заставите его замолчать, - сказала она.
– Он говорит часами не останавливаясь.

– О чем?

– Я запрещаю тебе говорить.
– Голос Таппинджера был хриплым и какой-то неестественный.
– Убирайтесь отсюда, - обратился он ко мне.

– Пожалуйста, не уходите, - попросила Джинни.
– Я его боюсь. Он признался, что убил Роя и других. Об этом он говорит весь день. Все о причинах, почему он должен был убить Роя. И он выдвигает различные причины. Подобно тому, что Рой наклонился над бассейном, чтобы вымыть свое окровавленное лицо, и ему стало так жалко его, что он столкнул его в бассейн. Чтобы у него была легкая и быстрая смерть. Затем, как у Святого Георгия и дракона: Рой продавал меня Кетчелу, и с этим надо было что-то делать, чтобы остановить сделку.
– Она говорила хриплым презрительным тоном.

Таппинджер произнес, отшатываясь от нее:

– Ты не должна издеваться надо мной.

– Это именно издевательством называется, - она повернулась ко мне. Истинная причина проста. Вы догадались об этом прошлой ночью. Я была беременна от него, и Рой каким-то образом узнал, что Тапс был отцом ребенка.

– Вы заставили меня думать, что это был Питер.

– Я знала, что сказала это. Но я не покрываю больше Тапса.

Он как будто задыхался.

– Джинни, ты не должна так говорить. Кто-нибудь может услышать тебя. Почему бы нам не войти вовнутрь?

– Мне нравится здесь.

Она прислонилась к дверному проему. Он боялся оставить ее. Он должен был слышать, что она могла сказать.

– Что вы делали в Теннисном клубе в ту ночь, профессор?
– спросил я.

Его глаза забегали, потом застыли.

– Я прибыл туда по чисто профессиональным причинам. Мисс Фэблон была моей студенткой с февраля. Я консультировал ее, и она мне доверяла.

– Ничего подобного, - сказала она.

Он начал выплескивать поток непрерывных слов, пытаясь найти в них какую-то опору:

– Она призналась, что ее отец с помощью мистера Кетчела собирался послать ее в школу в Швейцарии. Я думал, что мой совет как ученого будет им полезен, и я отправился в клуб предложить свою помощь.

Я прибыл туда слишком поздно, чтобы помочь. Я увидел мистера Фэблона, пересекавшего лужайку, и, когда я заговорил с ним, он меня не узнал. Он шел к территории бассейна, очевидно вымыть свое окровавленное лицо, и, прежде чем я успел что-то спросить его или остановить его, он свалился в бассейн. Я сам не пловец и попытался вытащить его с помощью шеста с гарпуном на конце, который там висел...

– Вы использовали этот шест, чтобы держать его под водой.

– Это странное обвинение. Почему вы так говорите?

– Фрэнсис дал мне полное описание того, что произошло той ночью. Тогда я ему не поверила. Я решила, что он делает это из ревности. Но сейчас я этому верю. Он видел, как вы толкнули Роя и держали его под водой при помощи шеста.

– Почему он не вмешался, если он там был?
– спросил Таппинджер. Почему он не сообщил об этом в полицию?

– Я не знаю.
– Она смотрела мимо меня на заходящее солнце.
– Многие вещи я не понимаю до сих пор.