Его отец участвовал в таких боях, так же как Вали и Бренна. У многих налетчиков постарше был такой опыт. Но Магни, Сольвейг, Хокон и другие младшие никогда не сражались в такой битве. И не готовились к ней так далеко от дома — из-за этого Магни чувствовал себя расколотым. Здесь все было по-другому. Здесь война велась по-другому. Даже кузнецы делали все не совсем так, как он привык. Например, они выковали огромные кучи металлических доспехов, как кольчуг, так и сделанных из цельных пластин.

Неподалеку, пока один из подмастерьев помогал ему надеть позолоченный нагрудник, ворчал его отец. Насколько Магни было известно, его отец всегда носил доспехи из обработанной кожи с вплетенным в них металлом. Он был удивлен, увидев, что тот вообще собирается участвовать в войне — пока отец не объяснил, что это было задумано как уступка его матери, ждущей еще одного ребенка. Говорили, что Леифа Олавссона вело вперед его сердце, и глубокие шрамы на груди подтверждали, что это правда. Мать Магни хотела, чтобы он хорошо защитил себя, чтобы их новорожденный ребенок узнал своего отца так же хорошо, как Магни.

У Магни должен будет появиться брат или сестра, которые вполне могут оказаться немногим старше его собственных детей. Эта мысль одновременно радовала и выбивала его из колеи. Однако Магни испытал облегчение, узнав, что недавняя слабость его матери имела такую безобидную причину.

Раздраженно оттолкнув ученика, отец Магни вытащил свой меч из ножен и отошел в заднюю часть кузницы, на свободное пространство, где можно было помахать оружием. Магни подбросил новый клинок и поймал его за рукоять. Он наблюдал, как его отец пытается научиться бою в тяжелых доспехах.

Леиф был медлителен и неловок и быстро отказался от этой попытки.

— Нет. Я слишком стар, чтобы учиться драться заново, и слишком не верю в их пользу. Лучше быть ловким и уклоняться от удара, чем медлить и выдерживать его. Мальчик! — Он снова подозвал ученика кузнеца. — Избавь меня от этого бесполезного бремени.

Когда мальчик только моргнул, отец Магни произнес слова по-английски. Затем ученик помог ему снять доспехи.

Кузнец, изготовивший упомянутую бесполезную ношу, выказал глубокую озабоченность. Он подошел к отцу Магни и заговорил. Отец Магни покачал головой, а затем схватил мужчину за плечо и встряхнул его. Неспособный понять большинство английских слов, которыми они обменивались, Магни мог интерпретировать только жесты. Он думал, что его отец заверил кузнеца, что не винит его за доспехи.

— Мама будет недовольна, — сказал Магни со смешком, когда отец подошел. Когда Леиф вложил меч в ножны и протянул руку, он передал ему новый клинок, и отец взвесил его так же, как это делал он сам.

— Я поговорю с твоей матерью. У меня больше шансов вернуться к ней, если я смогу драться. Пластина может уберечь мое сердце, но из-за нее мне проломят голову, когда я замедлюсь, чтобы уклониться от удара. — Он покрепче ухватился за рукоять. — Что думаешь об этих саксонских мечах?

— Они легче, и рукоять кажется узкой. Король говорит, что они быстрее, чем наши более тяжелые клинки, и меньше утомляют руку.

— А что ты об этом думаешь?

— Я думаю, что саксы просто быстрее устают.

Его отец рассмеялся.

— Я сражался против саксов, и я сражался вместе с ними. Я думаю, они слишком сильно полагаются на свой разум и слишком мало — на свое сердце. Но они не так слабы, как можно подумать. Они хорошо сражаются — только не так, как мы.

— Им пришлось красться, чтобы превзойти нас.

Магни хорошо знал историю неудавшегося сезона, когда они потеряли Астрид и были повержены, сожжены дотла и побеждены. Бренна была среди воинов, носивших огненные шрамы, и тогда Вали оказался ближе к смерти, чем когда-либо прежде.

— Это правда. Но мы уже давно стали друзьями и союзниками. Каждый из нас многому научился у другого и стал сильнее. Саксы окажут нам большую помощь, когда мы вернем Гетланд. — Он вернул меч Магни, который убрал его на место. — А теперь давай встретимся с остальными и посмотрим, как здешние люди празднуют свой йоль (прим. — «йоль» или «юль» — скандинавский праздник середины зимы, посвященный Одину и Дикой охоте. Со временем полностью заменился христианским Рождеством).

— oOo~

Было странно видеть дневной свет так близко к зимнему солнцестоянию. Зимние ночи в Меркурии были долгими, но вряд ли бесконечными. Каждый день, даже в само солнцестояние, бывали часы настоящего дневного света.

Однако солнце не сияло. Большую часть дня небо было затянуто облаками, и только свечение указывало на то, где находится солнце. И оно здесь парило в небе гораздо выше, чем в их мире.

Меркурианцы кутались в тяжелые плащи и многослойную одежду, но воздух был не более чем прохладным для кожи Магни — больше похоже на рассвет лета, чем на настоящую глубокую зиму. Плащ — это все, что ему было нужно, но иногда даже он давил слишком сильно.