К вечеру виски сдавило свинцом: сказывался джетлаг. Голову кружило от разряженного горного воздуха и в целом – всё казалось слегка не реальным. Впрочем, думала девушка, так часто бывает, когда улетаешь за тридевять земель – мозг постепенно признаёт смену обстановки. Особенно в первый день. Аня решила прогуляться по территории дорогущего отеля и зашла в ресторан за порцией кофеина.

– В основном мы предлагаем нашим гостям травяные сборы, – парень смахнул чёлку и указал на список названия чаёв в кожаной папке. – Горный воздух, Алтайский дух, Таёжный сбор, Белый шаман…

– А чёрный кофе? Не обязательно, чтобы он был горный или таёжный.

Бровь приподнялась, губы сомкнулись тонкой линией. Официант явно не оценил юмор.

– Малыш, сходи на перекур, – к стойке подошла высокая дама в форменной одежде. – Могу предложить американо. Можно добавить молока.

– Американо меня вполне устроит.

– Значит два американо. Знаете, первый раз готовлю кофе для алтайки. Обычно у вашего брата в ходу местный чай или травушки-муравушки.

Аня замялась, но не сильно. Она научилась не обращать внимание на неоднозначную реакцию, которую вызывала её внешность. В школе её дразнили метиской. В институте девушку принимали за азиатскую студентку по программе обмена. Переехав в Москву, ей стало проще. Но иной раз могли назвать кореянкой, узбечкой или китаянкой. Но алтайкой, вот так в лоб – впервые.

– Я совсем не местная. Впервые на Алтае.

– Вы уверены?

– Что впервые на Алтае?

– Что не местная. Вас бы принарядить в национальный костюм – и будто сошли со страниц алтайской сказки.

– Я не сказала, что – не алтайка. Просто никогда не была в этих краях.

Марго поставила одну наполненную чашку перед девушкой и сделала глоток из второй. Конечно, думала управляющая, синие глаза забирают внимание смотрящего. Но если перевести взгляд от очевидного и хорошо её разглядеть, то девушка явно на кого-то похожа.

Марго хорошо было известно, что даже у лёгкой болтовни есть рамки дозволенного и чувство такта. Она поняла, что история «неместной алтайки» должна быть стоящей, но говорить об этом сейчас девушка не готова, и управляющая задала беседе иное направление.

– Даже растворимого не найдёте. Кстати, как и мини-бара в номерах. Наш главный считает, что кофе и алкоголь мешают приезжим погрузиться в атмосферу Алтая. Но это мои владения. Так что в ресторане можно найти и то, и другое. Если знать, у кого искать.

– Я почти солидарна с вашим главным. Алкоголь меня не интересует, а вот кофе – давняя слабость.

– Как и моя. Но я стараюсь думать и комфорте туристов. Вот представьте, едут эти несчастные чёрт знает куда. И как им быть на новом месте? Читать об истории и культуре региона или учить здешний язык? Ну что за ерунда! Поэтому я помогаю вливаться людям в новую обстановку, вливая в них самих. – управляющая указала на солидный стеллаж с алкоголем.

Шириной в несколько метров и забитый разношерстной выпивкой он подпирал потолок, но стоял под таким углом, что не сразу бросался в глаза.

– Завидная коллекция. Знаете, ваш выбритый висок органично смотрится со всем этим стеклом. Будто уголок роккерского бара из старых американских фильмов. И вам безумно идёт. Напомнили мне Натали Дормер [5] . Из «Игры Престолов». Ну, может быть слышали – есть такой сериал…

– «Вырастая – крепнем!» [6] – моментально отозвалась Марго и добавила. – Вот что, Вы мне нравитесь. Моложавым бабушкам не часто льстят. Давайте договоримся. За час до всей этой суетни с подготовкой зала я всегда варю себе кофе. Кроме меня, его здесь никто не пьёт. Если осилите ранний подъём, то рада буду угостить.

Уже несколько лет Маргарита занимала должность управляющей ресторана. Жила на территории гостиницы, в соседнее село выбиралась редко. Работники ресторана, как и прочие сотрудники отеля, свою коллегу уважали и ценили. К ней обращались за дельными советами и житейской мудростью, а иногородняя молодёжь, приезжающая за сезонным заработком и находясь вдали от родных, шла к Марго за материнским утешением и родительской поддержкой. Спустя время, она уже знала биографию каждого сослуживца вдоль и поперёк. Поэтому с радостью пополняла коллекцию людских историй. Никогда не знаешь, что можно выудить из ни к чему не обязывающему трёпу с постояльцами. И кому, как не Маргарите было известно, что потерять в этой жизни можно всё и каждого. Но история обязательна для человека.

Порой чересчур «влившиеся» туристы выдавали поистине фантастические были и душераздирающие новеллы. В сравнении с ними «Клон» и «Великолепный век» – всего лишь фаблио и шванки.

А эти синие глазки, размышляла женщина, многое повидали – к гадалке не ходи. Она протянула загорелую руку с подвязками и браслетами на запястье:

– Кстати, я Маргарита. Из дома еды и питья. Можно просто Марго.

– Очень приятно. Я Аня.

Стеклянный кувшин почти заполнился. Аппарат был не новый, но работал исправно. Такие кофеварки редко встретишь в наших кафе. Зато их часто можно увидеть в западном кино. Когда герои заходят в американскую забегаловку, к их столу подходит официантка в мятом передники и по умолчанию наливает из запачканного кофейника напиток чернее сажи.