Через миг поленья снова окутало красно-синее пламя. Чадыр наполнился светом.

Шаман знал, чего от него требуют духи. И понимал, что совершая этот обряд, он вновь пойдёт против непреложного запрета. Но зов родной крови – выше закона.

Лезвие скинера полоснуло зарубцованную и мозолистую ладонь и несколько красных капель, поднимая пыль из пепла, пали на дотлевающие угли. Какое-то время ничего не происходило и хозяин земли уже собирался встать, как вдруг, его привлекло шуршание из горстки пепла. Он прильнул к краю очага. В небольшой горке золы появилось движение. Будто что-то пробивалось на свет. Мужская ладонь убрала верхний слой огарков.

Из серого пепелища выглянула пара цветов насыщенно-синего цвета и с алыми размазанными пятнами по центру.

– Ну, привет, анютины глазки.

Оказавшись на Алтае, не сразу принимаешь здешний климат. В летние дни воздух мгновенно делается пылким. Сухой и жаркий он разгоняет отары овец под тенистые кроны деревьев, а их чабанов смаривает послеобеденным сном. Наступает вечернее зарево и от полуденного зноя – ни следа. Дождь здесь вальсирует с ясной погодой. То и дело споря кто из них ведёт в очередной партии. Погода здесь – дама весьма капризная и непостоянная.

Высокогорный ветер удивляет своей внезапностью. Он может быть похож на лесного хищника и подолгу выжидать свою жертву, подкрадываясь и нападая в метре от цели. А может алтайским коршуном пикировать с высоты. И лишь приближающийся клёкот укажет на неминуемое поражение.

Второе утро подряд Аня вставала на опережение будильника. В последние месяцы она не была обременена работой. По большей части её будни – бытовая рутина. Но до обеда бока не мяла. Уматывалась так, что смена картинки и порция свежего воздуха в ближайшем парке давались через силу.

Стоило ступить на горные просторы, тело отказывалось от сна, а ноги требовали ходьбы. Аня могла поклясться, что вчера она проснулась уже в сидячем положении, а на стопах болтались тапки.

Как бы то ни было, даже разница во времени не сломала внутренние часы. Да и к чему залёживаться, думала Аня, выспаться можно и дома. А на Алтай осталось всего несколько дней.

Она тихо выбралась из-под одеяла: чтобы не разбудить Олега. Накинула белый махровый халат, поверх – объёмную ветровку. Стянула с гостевого дивана плед, захватила телефон. Запрыгнула в кроссовки и выпорхнула из номера.

Хотя бы пару дней не заниматься его проводами. Олег настаивал на разнообразном завтраке, домашней утренней выпечке, выглаженной рубашке и вычищенных ботинках. Провожать его следовало с макияжем и обожанием на лице, а укладка – волосок к волоску.

Здесь же, в самой дорогой гостинице на ближайшие пятьсот километров, поварские руки сами занимались приготовлением всей еды. А благоговение персонала было включено в стоимость проживания и не сходило с их лиц в течение дня.

Аня прошла по брусчатке, петлявшей между корпусами отеля. Срезала через газон, намочила утренней расой голые лодыжки и вышла к двухэтажному зданию.

Ресторан откроется только через час. Но внутри уже полным ходом шла работа. Официанты расставляли стулья, сервировали столы и выкладывали десерты под витрины. Управляющая стояла за барной стойкой и просматривала накладные. Здесь вовсю готовились к приходу гостей.

– Доброе утро, Маргарита. – Аня обратилась к даме за барной стойкой.

– Здравствуй, Синеглазка!

Маргарита назвала так девушку, как только увидела её в первый раз. Впрочем, так Аню звали многие её друзья. Раскосые глаза насыщенного синего цвета – та самая запоминающаяся изюминка в её внешности.

– Наш уговор в силе? – Аня с игривой улыбкой смотрела на женщину.

– Анюта, родная моя, конечно в силе. Но при условии, что ты зовёшь меня Марго. – Она отложила бумаги и включила кофеварку. – И никаких денег. За счёт заведения.

Маргарита была почти вдвое старше Ани, что не мешало ей молодиться. И возраст она маскировала своим фирменным «тройным шотом»: мини-юбка, короткая стрижка с выбритым левым виском и ёмкое Марго.

– Спасибо, Марго. – От улыбки Аня прищурила синие глаза. – Но это ведь такая мелочь, я могу заплатить. – Аня поймала наигранно-суровый взгляд исподлобья. – Хорошо, хорошо! Я не против угоститься.

– Родная моя, хоть и не на много, но я старше. – она подмигнула Анне. – Так что не спорь. К тому же я сказала за счёт заведения, а не – за мой личный.

Аня познакомилась с Марго в день заселения.

Она вместе с Олегом была в небольшом раздрае после четырёх часов в самолёте. Рейс был ночным и до жути тревожным – трясло не столько от турбулентности, сколько от предвкушения поездки. Уже в такси, казалось, их должна была накрыть надежда на сон, но за полтора часа в пути до отеля толком так и не удалось отдохнуть. А когда автомобиль проехал под аркой «У нас останавливается даже время» и новые гости уже переминались на ватных ногах у стойки ресепшн, то только с третьей попытки Олег смекнул на чью фамилию была бронь: Логинова или его, Брюзжалов.