– Зи, ты снова выходил один? – Голос внезапно появившегося на пути Хагена прервал его размышления. – Я думал, мы договорились подниматься вместе.. – Притворно обиженным тоном заметил воин. Его смуглая кожа сияла даже в таком скудном освещении. Беспокойство в его теплых карих глазах вызвало у Зена чувство вины.

– Черт, прости, друг. Я не хотел тебя будить, слышал, тебе вчера попалась группа особо озлобленных особей, даже пришлось идти к Эйнару в лазарет.. – Они завернули в сторону зала. Было бы неплохо размяться с утра в спарринге.

– Какого хрена.. Слышал? И не проведал? – Воин закинул руку на плечи Зену. Деланно возмущенный тон товарища вызвал у него улыбку. – А если бы я погиб вчера?.. – Он приложил руку к своей груди в районе сердца. – ..А лучший друг об этом бы только «услышал».. – На это Зен только закатил глаза и скинул руку Хагена. Товарищ был прав в том, что смерть могла прийти за ними в любой момент. Они выбрали свой путь. Никто их не заставлял. Но.. Каждый раз, когда Зен находился наедине с собой.. Он спрашивал себя «а что, если..». Потом снова перечитывал размышления Аврелия. Иногда помогало.

– Тогда предлагаю себя в качестве спарринг-партнера, чтобы ты мог отыграться за всю свою обиду. – Зен взял пару любимых тренировочных мачете Хагена со стены и бросил ему. Тот взял поудобнее оружие и встал в стойку.

Зен кивнул и, взяв свой излюбленный кинжал, первым сделал выпад. Хаген успешно отразил его. Выбросив руку с мачете вперед, воин попытался сделать подсечку, но Зен этого ожидал и успел отскочить, ударив при этом друга рукоятью кинжала в плечо.

– Один – ноль, Хаг, – насмешливо произнес Зен, – ты совсем раскис, не прошло еще и пяти минут..

– Еще посмотрим. – Прищурившись парировал воин, после чего резко развернулся и, появившись за спиной Зена, ударил того рукоятью по лопатке. – Один – один, друг.

– Удар в спину? Вот тебе и дух товарищества.. – Усмешка Зена исчезла, когда тот, развернувшись, наткнулся на вдруг ставший серьезным взгляд Хагена.

– Я серьезно, Зи. Если тебе нужно поговорить – я всегда тебя выслушаю. Только не замыкайся снова.

– Я знаю, Хаг..

После тренировки они разошлись по апартаментам готовиться к предстоящим миссиям. Приняв душ и переодевшись, Зен направился к Шейну, воину-координатору их штаба. Он следит за обстановкой в городе, отсматривает новостные порталы, полицейские сводки, камеры наружного наблюдения. У Шейна есть доступ ко всему, что происходит в городе и за его пределами. Каждый вечер он определяет зоны с подозрительной активностью и отправляет туда воинов.

– Зи, ты как раз вовремя, иди сюда, – Шейн даже не обернулся, продолжив что-то печатать, – на севере города какое-то движение, но туда я только что отправил Натаниэля, ты же поедешь на юго-запад. Локацию сейчас сброшу, осмотришься, надеюсь пройдет гладко.

– Понял, вчера я зачистил Уэстерн-авеню, неужели они туда вернулись? Безмозглые создания..

– Не помню, чтобы Особи отличались разумностью, Зи. Голод притупляет любые попытки поступать рационально. Если бы не он, то и работы у нас бы не было, – подняв темные брови, ответил Шейн.

Он был прав. Представители касты воинов всех видов занимались уничтожением отреченных – сверхъестественных существ, по тем или иным причинам, нарушающих законы Сообщества. Одним из главных правил было не отнимать человеческую жизнь. Еще одним важным правилом был запрет на привлечение внимания к Сообществу, раскрытие правды о его существовании людям. Главной проблемой рожденных были особи. Вид рожденных существовал не одну тысячу лет. Они были сильными и выносливыми сверхъестественными человекоподобными созданиями, питающимися человеческой кровью. Особи же изначально были рожденными, однако в силу обстоятельств поддавались Голоду и сходили с ума, переставали контролировать свою жажду. Голод начинал управлять ими, провоцируя на убийства.

Перед глазами появились сцены из прошлого. Наполненные кровью глаза особи. Кровь повсюду. Неподвижное тело матери. Зен отбросил эти мысли. Вспоминать об этом ему нужно было сейчас меньше всего. Зен вспомнил, что не питался уже несколько недель. Даже вчера, зачистив свой участок, он не отправился на охоту. Черт. С каждым разом становится все сложнее останавливаться, чтобы не навредить человеку. Но сегодня нужно будет с этим разобраться.

Получив адрес от Шейна, Зен направился в гараж. На часах было уже девять вечера. На все про все у него было девять часов. Примерно в шесть уже взойдет солнце, и люди, как муравьи, поползут по своим делам. Особи же особенно чувствительны к солнечному свету. Эта особенность у них появлялась из-за повышения концентрации кислорода в крови, полученного от огромного количества выпитых досуха жертв. Наполненные кровью глаза особей становятся практически бесполезны при дневном свете. Если бы не эта особенность, рехнувшиеся создания уже бы давно раскрыли себя миру смертных. Зена всегда удивляло, что, сходя с ума, особи теряли не только способность здраво мыслить и принимать взвешенные решения, например, стоит ли убивать этого ни в чем неповинного человека, или в этом нет необходимости.. К сожалению, особи не сразу, но со течением времени, если им удавалось прожить достаточно долго, теряли и интеллект..

Подцепив с панели ключи от его сияющего черного дукати, Зен надел шлем и отправился в южную часть города.

Семнадцатое утро подряд начинается не с головной боли. А все почему? Потому что она приняла правильное решение. Почти три года Эвелин терпела этого придурка босса, который даже не настоящий босс, а лишь мнит себя им. Итан считал, что если он является заместителем начальника отдела, то может преспокойно изводить женскую часть коллектива своими домогательствами и неадекватным распределением нагрузки в качестве наказания за отказ. Стоп. Она покончила с этим. Получив расчет, она не побежала на собеседование в следующую дыру.. Прямо сейчас она сидела в постели, вперив невидящий взгляд в пустую страницу на экране. Эвелин решила, что двадцать пять – самый подходящий возраст, чтобы начать делать то, о чем ты всегда мечтал. Именно поэтому уже семнадцать дней она не может начать первую страницу.. Вздохнув, она закрыла ноутбук и сняла очки. Не сегодня. Брауни что-то тихо промурчала, когда ее сон потревожили. Душ, кофе, омлет, составление плана на день. Чтобы написать хороший детектив, ей нужна хорошая история. Пять лет на филологическом факультете действительно помогли. Чему они не помогли? Налаживанию ее личной жизни. Сложно встретить свою судьбу, когда ты сначала безвылазно учишься, а потом три года только и делаешь, что работаешь. Даже скучный и «надежный» Алекс ушел в забвение. Этому, конечно, поспособствовала найденная случайным образом переписка с друзьями, где он поливал Эвелин дерьмом, находясь в паре метров от нее.. Спустя два года она уже не чувствовала той боли от предательства. Даже почти не вспоминала о нем. Ее беспокоило только неустанно следующее за ней одиночество.. О котором, конечно, не устает ей напоминать и мама. Женщина год назад переехала в Италию к своему новому мужу. Он просто потрясающий, Эвелин действительно была счастлива за мать. После всего, она пережила с биологическим отцом девушки, а потом с бывшим.. Сейчас женщина проживала свою лучшую жизнь.