— Вот дядюшка, как обещала, держите. — Передав сложенные носки наблюдала за его реакцией.

Граф оценил. Так как по земному времени уже наступил сентябрь, вечером начинает потихоньку холодать. Весь день в обуви это конечно такое себе удовольствие, так, что тёплые носки, самое то.

Почти всю следующую неделю я вязала носки. Для себя, для Мирель, для Остина, для нашего сопровождения, даже будущему мужу связала. Насмотрелась на них аж до тошноты. Всё пока, что с носками покончено.

С непривычки я немного подустала вязать, да и вообще сидеть в домике. Месяц с небольшим на попе ровно, ужас. Капризничать не хотелось, все-таки я не ребенок, но и заняться чем-то хочется.

Как же я потом пожалела о своем решение, а именно научиться ездить на лошади. Ноги болят, попа болит, спина отваливается, руки затекают, ужас! Но, я понимаю, что надо. В этом мире лошадь главное, да и, пожалуй, единственное средство передвижения.

Теперь мой день проходил так, подъем, завтрак, умывание, рукоделие до обеда, обед, езда на лошади два-три часа, ужин и можно еще немного по рукодельничать.

В основном мы вязали, вышивали и болтали, а чем еще заниматься?

Так же показала несколько вариантов вышивок, Мирель — это тоже очень заинтересовало, так, что теперь она разрывалась между вышить или вязать?

В таком темпе прошел еще почти месяц.

Похолодало, световой день потихоньку начал уменьшаться, что осложняло рукоделия. Как по мне глаз не напасёшься, да и свечей тоже. Рукоделие перенесли практически на весь световой день, старались делать больше, а верховую езду пришлось перенести на сумерки, хотя это даже удобно, сменить график. Покатался, заколебался, помылся и спать, красота!

Когда до владений герцога оставалось около полутора недель пути, нам как раз попалась небольшая деревушка. Как же хорошо, что она тут находится, чуть больше недели одни леса и поля, а запасы пора пополнять.

Деревенька была совсем небольшая, один единственный постоялый двор и с десяток лавочек. Закупившись всем необходимым, мы успели как раз к обеду. Решили не делать привал, а отобедать в местной таверне, она же постоялый двор.

Внутри было относительно чисто. Обшарпанные столы, такие же лавки, но не смотря на общую потасканность помещение было чистым на вид по крайней мере, да и отталкивающих запахов не наблюдалось. Будем надеяться, что и еда не «подкачает».

Блюда сносные.

Каша, больше всего похожая на нашу перловую, запечённая с мясом барашка и овощами. Горячий и очень ароматный чай и свежий, горячий пирог с яблоками.

Мы наслаждались тем, что не надо готовить самим, поел, да поехал. Так как горячую пищу могли себе позволить только вечером.

Когда мы лениво дожевывали последний кусок пирога дверь распахнулась и в таверну влетела малышка на вид лет четырёх, может пяти.

Маленькая, жутко худенькая, в грязном хлащевом платье, хотя больше было похоже, как будто в мешке из-под, картошки, проделали отверстия для рук и головы. Завершала этот " милый" наряд бечёвка на поясе. Так же малышка была босая и совсем чумазая, но видно, что красивая.

Какой ужас, похолодало довольно ощутимо начало октября, а ребенок раздетый, куда смотрят родители?

Кукольное личико пряталось под слоем грязи, но она не могла скрыть, огромные, серые глаза, и буйные, светлые кудряшки, выбивающиеся из косы. Девчушка тяжело дышала, бежала, что ли?

Быстро обведя глазами немногочисленных посетителей, подбежала ко мне и схватившись за руку умоляюще заговорила.

— Тётенька, пожалуйста, помогите, там злой дядя моего братика палкой бьёт, пожалуйста, тётенька, спасите братика, я вам потом служить буду, всё все сделаю, только помогите тётенька, пожалуйста. — У меня сжалось сердце. Всё смотрели в нашу сторону.

Бросив на дядюшку вопросительный взгляд и поймав в ответ его одобрение, не секунды больше не раздумывая подскочила с места. Двое из сопровождающих направились со мной.

— Показывай, куда идти, — взяла девчушку за руку и вчетвером мы вышли на улицу. Я, дядюшка и двое из нашей охраны.

Шли правда не долго. Обойдя таверну, за которой были видимо какие-то склады и хозяйственные постройки, обошли их. Надо сказать, не плохое тут хозяйство. Куры, утки, свиньи, даже парочка коров есть и коза.

Вся дорога заняла минут пять.

В самом дальнем углу, этого двора, стоял столб, к которому был привязан ребёнок, не могу сказать сколько ему было лет, да и лица не видела, он стоял к нам спиной. Рядом стоял невысокий, и довольно полноватый мужчина, с очень редкими волосами и бил хворостиной паренька по спине.

Больше правда, что-то причитал, чем бил, по мере приближения, заметила четыре красные полосы рассекающих спину ребенка. Когда эта сволочь хотела в очередной раз замахнуться, ярость во мне вскипела.