«Что ее привело сюда» – отозвалось в его голове. Она тоже поздоровалась с Арсеном и, едва заметно улыбнувшись, спокойно села в скромном импровизированном зале. Было здесь много ребят со значками православия, националистов и прокоммунистических символов. Среди собравшихся выделялся мужчина лет 50-ти с тяжелым взглядом, как показалось Ивану, сподвижник Арсена, который не отходил от него и постоянно обменивался с ним короткими фразами.

Арсен представил его Рошину.

– Поспелов Михаил.

– Иван, – кивнул скромно юноша.

В зал прошел быстрым шагом загорелый парень с крупными рабочими руками. Он подсел рядом к приятному мужчине пенсионного возраста в немодных круглых очках. Мужчина радостно пожал руку «загорелому» и начал оживленный разговор. В зале уже сидело много людей, когда неожиданно вошел моложавый прихрамывающий мужчина лет 40-ка.

В лице его было что-то юношеское, вдохновенное, яркие подвижные глаза с необычно густыми ресницами выдавали огромное жизнелюбие. Движение рук, привлекающая улыбка, немного неуклюжая резкая походка подчеркивали его желание быть моложе своих лет. Он сразу подошел к Арсену:

– А вас не так уж мало, – уверенно заговорил он.

– В основном новые люди и молодежь, – тихо, не привлекая внимание, увлек его на сцену Арсен.

– Это хорошо. Очень хорошо.

Глядя на вошедшего, многие стали усаживаться. Движение ног и стульев скоро затихло. Арсен посмотрел внимательно на Поспелова, потом перевел взгляд на Ивана и заговорил:

– Товарищи, сегодня мы проводим очередной сбор. Необходимо утвердить повестку собрания. Люди доверительно молчали.

– Мы хотели бы согласовать с вами, – он подчеркнуто демонстрировал необходимость совета всех собравшихся, – Во-первых, выступит Николай Самородов, кандидат экономических наук, вернувший после трехмесячной работы заграницей. Многие из вас его знают, слышали его позицию о ситуации в стране. Он прочтет лекцию о российской коррупции, – Арсен доверительно повернулся к лектору и Самородов твердо добавил:

– Скорее это будет продолжение разговора о некоторых соображениях современной социально-политической ситуации в стране и в мире. Я хотел бы, чтобы вы, как и в прошлый раз, задавали вопросы по ходу обсуждения. –Во-вторых, – продолжал Арсен, – Мы должны обсудить и назначить ответственных для проведения шествия в субботу, а потом митинга…Там надо будет выступить. Мы должны определить регламент и темы выступлений. В-третьих, надо согласовать совместное участие в демонстрации «Русского марша» и в заключение послушать наших новых товарищей, что они думают о сегодняшней встрече. – Может будут какие-то другие предложения? – закончил он.

Арсен выждал четверть минуты и после молчания зала на сцену вышел Николай Самородов.

– Друзья! Я вижу здесь много людей разных идеологических взглядов, и я хотел бы объединить ваши мысли против общего разрушительного и наиболее опасного для всех невидимого врага – активно тормозящего развитие нашей страны – коррупции во властных структурах. Она существует почти во всех странах и является главной сутью нынешнего капиталистического общества.

Кто-то неожиданно выкрикнул

– Причем тут капитализм? Православная российская империя – многоукладное общество – вот наш идеал!

Лектор улыбнулся:

– Идеалы – это прекрасно, но дореволюционную Россию, несмотря на глубокую православную веру, коррупция тоже не обошла стороной. – Товарищи, – Николай уверенно продолжал, – Я хотел бы поговорить сегодня именно о процветающей в нашей стране коррупции. Все много говорят о ней, но мало кто представляет глубину этого явления. Она прочно существует в нашем менталитете и у каждого имеется желание в ее справедливой оценке. Ведь то, как ведет борьбу сегодня наша власть с коррупцией, очень примитивна и даже в корне противоречит самой этой борьбе и существу ее возникновения.

Самородов словно сказочный «Вий» поднял свои длинные ресницы:

– Первое и самое важное – коррупция не имущественное преступление, а преступление против государства и общества. Она сама по себе порок, но разрушает социальные общественные устои и каждодневно грабит общество: – повышает цены, – уничтожает справедливость оплаты труда, разрушает стимул честной работы, подрывает суть справедливости власти, ведет к ее разложению, – искажает экономические характеристики, которые становятся ее заложницей и даже подозрительно растут от присутствия этой же самой коррупции, – коррупция способствует тому, что дети почти всех крупных чиновников учатся заграницей, выращивая враждебную государству элиту, которая не знает и не понимает чаяний и забот своего народа, – несправедливо распределяет доходы и в отсутствие прогрессивной шкалы подоходного налога напрямую способствует расслоению общества. Само понятие равного налога в капиталистическом обществе обогащает богатую надстройку в противовес трудящимся, – так называемые «чиновничьи парашюты» на самом деле говорят о том, что большинство государственных должностей покупные… Самородов смело оглядел слушателей. Ивану показалось, что его большие ресницы заискрились от вспыхнувших глаз.

– Да-да, – продолжал Николай, – Не удивляйтесь, и я сейчас вам очень доходчиво разъясню: – вот некий чиновник взял взятку, а случайный человек незаслуженно получил рабочее место, желая извлекать из этой должности личные или групповые дивиденды. Довольно часто он не справляется с поставленными задачами и становится понятным, что новоявленный работник явно «не тянет» в силу своей некомпетентности. Его, естественно, надо увольнять, но он заявляет: «Господа, а как же я ведь заплатил вам немалую сумму?». И эти взяточники-чиновники вынуждены возвращать средства, но уже в виде неуемных денежных «парашютов» из госбюджета. – Заметьте, – лектор повысил голос: – Не из «своих» средств, полученных в виде взятки, а именно в качестве непонятной многим раздутой компенсационной премии…Хорошая схема, не правда ли? Иногда очень удивляют подобные немалые «премиальные» оплаты чиновникам. Характер их очень похож на эту схему. Главное в том, что это не противоречит сегодняшнему закону и выглядят на первый взгляд даже с некоторой мотивацией труда. Самородов удовлетворенно принял тишину зала и продолжал: