Меня била крупная дрожь. Не отрывая взгляда от ожесточившегося старческого лица, я уже начала сползать со стула, чтобы умолять хоть на коленях, обещать что угодно, но мэтр махнул рукой — сиди! Я осталась на месте, лишь вцепилась обеими руками в край стола, так, что побелели костяшки пальцев. Призрак бросил ещё один взгляд на мою кривоватую схему, посмотрел мне в глаза.

— Мей, они должны были вызывать демона похоти, Ситри.

— Ой… — я угадала, увы.

— Ситри относительно безопасен, пока остаётся в круге, но Джосет Бер отправилась бы в Бездну; Принц Похоти ни за что не упустил бы невинную хорошенькую девицу.

— Они хотели всего лишь, чтобы Джосет обросла шерстью… — лепетала я; жалкое оправдание.

— А кто-то точно знал, что произойдёт. Если бы это была просто глупость первокурсниц, детка, я мог бы проявить снисхождение. Но это не глупость, это — преступление. Преподаватель Академии готовит ритуал для вызова демона и принесения ему в дар невинной девы, адептки! Чужими руками, что ещё хуже. И ты предлагаешь мне закрыть глаза на такое… такое… Нет, преступление — всё же слишком мягкое слово.

— Мэтр Сид! — у меня родилась идея. — А давайте я отошлю оригинал в Лигу Ловчих? Почтовый ящик принимает такие письма бесплатно, я точно знаю! А адрес отправителя укажу как АМИ. И пусть они ищут того гада, который этот ритуал придумал, а не мою хозяйку. Мэтр? Мэтр, пожалуйста!

Призрак молчал долго, очень долго, и я уже почти смирилась со скорой гибелью, когда мэтр заговорил.

— Мей, у меня будут условия.

Ледяной ком в груди растаял, я обмякла на стуле, по щекам потекли слёзы. Да что угодно, дорогой мэтр!

— Ты поклянёшься мне сейчас, что отправишь оригинал в Лигу Ловчих до исхода следующей ночи. Лучше было бы сейчас же, но ты будешь занята новым руководством к ритуалу. Итак?

— Клянусь кровью и магией, мэтр!

Едва слова клятвы сорвались с моих губ, как правую руку обожгло — я аж зашипела от боли — и запястье охватила чёрная полоса вроде татуировки. Клятва услышана теми, кто стоит над нами, принята и засвидетельствована. Если я нарушу её, умру неизбежно, так что следующей ночью будет не до сна: придётся дотащить бумаги до почтового ящика.

— Хорошо, — удовлетворённо кивнул библиотекарь. — Ещё ты будешь следить за своей хозяйкой. Если она ещё хоть раз попытается нанести вред магией кому бы то ни было, хоть самый малейший — да хоть прыщ посадить — ты придёшь ко мне и расскажешь. Клянись!

— Клянусь кровью и магией!

Теперь я знала, чего ожидать, и только прикусила губу, когда второй браслет-тату нарисовался на запястье.

— Пока ты соблюдаешь клятву, ты жива, Мей, ты это знаешь. Я не хотел бы так поступать с тобой, но, девочка моя! Тот преподаватель… Бедная Джосет может быть только первой жертвой, ты понимаешь? И следующий ритуал может призвать Гаала, затмевающего разум, или даже повелителя безумия Шакса. Ведьмы-первокурсницы не удержат такого демона в круге, и что тогда станет с Академией, адептами, да и с тобой тоже? Право, Мей, лучше тебе умереть, чем попасть в лапы демонов! Поверь покойнику, смерть не так страшна, как то, что может сотворить с твоей жизнью и душой любой из владык Бездны!

Ох, я верила мэтру, верила безоговорочно, но как же я не хотела умирать! Узы фамильяра и магическая клятва грозно скалились, только и ждали первой же моей ошибки, и всё мое существование превратилась в забег по узкой тропинке между двумя пропастями. Нарушу клятву — и кровь моя мгновенно сгорит в пламени моей же магии, предам хозяйку — и узы удушат меня ещё быстрее. Угораздило же меня пойти в ту ночь мимо ритуального зала! Боги, чем я вас прогневала? Не воровала же я библиотечные книги, всего лишь читала, да ещё под присмотром библиотекаря-призрака. Неужели за стремление сберечь и так невеликие капиталы мне придётся расплачиваться не только свободой, но и жизнью?! Я молча, покорно склонила голову, смиряясь с условиями мэтра Сида. Условиями, которые только и стояли теперь между мной и моей смертью.

Четыре часа, целых четыре часа мы с призраком составляли новое руководство! Ну, как — мы… Увы, библиотекарю было недоступно взаимодействие с материальным миром, за исключением книг, поэтому пришлось объединить усилия. Вооружившись грифельной доской и мелом, я приступила к начертанию семиконечной звезды (это был самый безопасный вариант, чтобы девицы, даже если что-то перепутают, не вызвали какую сущность). Мэтр говорил, что писать и чертить, приносил книги с образцами слов и символов, а я послушно выполняла указания. Чертила, выводила символы и слова на демонике, стирала и переписывала… За ошибки мне доставалось знатно, даже магистр Берзэ была помягче и сдержаннее в выражениях. Призрак же не стеснялся в выборе слов, и уши у меня горели все четыре часа. Но, к счастью, всё когда-нибудь кончается, закончились и мои мучения.

— Ну что ж, неплохо. Это не должно, не может сработать, — старик Сид с довольным видом разглядывал нашу гептаграмму, расписанную вдоль и поперек. — Но если вдруг что-то пойдёт не так, то изменения будут неопасными и обратимыми. Мей, непременно убедись, что вот этот знак начертан без малейшей ошибки!

И туманно-голубой палец уперся в ключевой символ, к счастью, простой в начертании. Я запомнила, покивала и мы приступили к составлению списка инструментов и прочей параферналии, в котором все элементы при использовании должны были полностью нейтрализовать действие друг друга. А ещё были описание ритуала и тексты заклинаний — о, это были шедевры библиотечного призрака. Ни одного настоящего слова на демонике, все искажённые! Опять-таки, если девушки случайно и произнесут одно-два слова так, как они должны звучать на самом деле, ничего не случится.