Что они сделали с кораблем Тишкевич так и не узнал доподлинно. Тот просто исчез с глаз долой и все, а вслед за ним и сигара. Может и в самом деле распылили? Уж больно круто это у них получилось.

Вечер и в самом деле был не из лучших в жизни Иосича. Человек ведущий личный дневник, вполне мог записать туда дату сегодняшнего дня. Она того стоит. Приехав домой, Тишкевич узнал, что от него ушла жена. После двадцати лет совместной жизни. О чем свидетельствовала записка на журнальном столике и отсутствие некоторых вещей. Ушла к человеку старше ее на пятнадцать, а его на десять лет, почти старику. Иосич тяжело опустился в кресло. В голове шумело, волчий аппетит, еще больше разыгравшийся после стычки на дороге, куда-то пропал, уступив место пустоте. Надо же, с инопланетянами справился, а с собственной женой нет. Вот дела! Может позвонить в Черный космос, так мол и так, ушла жена, прошу вернуть в шесть секунд, в крайнем случае заменить полностью идентичной. Или вы только разрушать мастера, а на созидание ума нет? Или не та программа, а ведь если разобраться, инопланетяне то и виноваты в том, что Люся ушла. Это я от нее ушел, причем уже давно, променял ее на Черный Космос, Черный Лотос, домовых, курсы по магии, все эти книги и брошюры, что приходилось читать урывками по ночам, на посетителей со своими болячками и проблемами, что околачивались здесь каждый вечер. Каково ей было выносить все это? Иоська, слава Богу, уже не мальчик, поймет.

Еле двигая ногами, Тишкевич все же протопал на кухню. Ужин, правда уже остывший, ждал его на кухонной плите. Надо же, позаботилась. Последний ужин, приготовленный дома. Как жить дальше, Иосич пока не знал, главное, – наестся до отвала и лечь спать. Утром оно виднее будет.

ПЕРЛ ДВЕНАДЦАТЫЙ

Если человек идиот, то это надолго, – говорил герой известного кинофильма. Юрик не знал этого, но уже начал подозревать. Хотя кто из них двоих идиот: он или Игорь, еще надо было разобраться. Юрик не понимал о чем ему с пеной у рта говорит Игорь, Игорь понимал о чем он говорит, но начинал терять уверенность в том, что это на самом деле происходило в реальности, а не в его воображении.

–Да говорю тебе, не пьяный я был! – Игорь уже начал выходить из себя. – Ты ведь сам видел.

Юрика начал притомлять этот совершенно бессмысленный разговор.

–Ах-да! – Спохватился Игорь.– Ты ведь как раз именно это и отрицаешь.

–Ладно, Иша. – Решил перевести черту Юрик. – Условимся, что ты был совершенно трезвый, как впрочем и я. – Видя, что до Игоря туго доходит, пояснил более подробнее. – Мы оба были совершенно трезвые, но в разных городах. Ты – в Перми, я – в Краснокамске. – Игорь замахал было руками, пытаясь выразить несогласие, но Юрик пресек в корне эту попытку. – Ты же сам усадил меня в автобус и видел как я уехал, ведь так? – Игорь кивнул. – И никакой проблемы, верно?

–Ты мог слезти. – Не сдавался Игорь.

–Где это, интересно?

–Да хоть за ближайшим углом, попросил шофера и вылез.

–Что я идиот что-ли? Зачем мне это надо?

–Это я и хочу у тебя узнать. В деньгах ты не чего не терял, у тебя проездной.

–То же мне довод нашел. Выходит, если у человека проездной, он будет садиться на каждый рейс, доезжать до ближайшего угла, вылазить и далее в том же духе. Так до ночи можно не домой, а в психушку приехать.

–Не передергивай. – разозлился Игорь. – и не чего посмеиваться. А зачем ты проехал до ближайшего угла, я могу тебе сказать, чтобы я убедился, что ты уехал и что автобус пропал из моего поля зрения.

–Браво! – Юрик даже зааплодировал. – Достижение дедуктивного метода. Вот только небольшая неувязочка, ложечка дегтя в бочке меда: для чего мне все это проделывать?

–Это я и хочу у тебя узнать.

–Где-то я уже это слышал. Тебе не кажется, что мы ходим кругами?

–Мы вообще нигде не ходим, мы стоим на месте вот уже битый час.

–Что-то тупеть ты стал, Иша, прямо на глазах. – Заметил Юрик. – Я же не в прямом смысле сказал, а в переносном. Метафора. Хотя где тебе до абстрактных понятий, ты и простые, приземленные понять не можешь.

–А вот и нет. – Обиделся Игорь. – Выражение «битый час» вполне абстрактное. Мы же его в прямом смысле не били.

–Конечно. Мы вообще никого не били, мы разговаривали.

–И на месте стояли.

–А как же без этого, ведь кругов вокруг нет, чтобы по ним ходить.

Друзья разразились приступом здорового смеха. Так, что воробьи и голуби, пьющие из лужи, испуганно вспорхнули и улетели прочь. Вот оно вроде бы вполне хорошее разрешение неприятного разговора. Оставалось только хлопнуть друг друга по плечу и пойти гулять как ни в чем не бывало. Однако диалог принял столь ненормальную форму, что просто так вот, дружеским смехом, завершиться не мог.

–Круг здесь все-таки есть, всего один, но он замкнутый и мы в нем.

–Экий ты Игорь нудный. – Недовольно сморщился Юрик и пошел прочь от Игоря. Похоже он его все-таки достал. Однако фраза, сказанная Игорем, продолжала беспокойно вертется в голове. Какие-то смутные воспоминания будила она. Вот он – пример ассоциативного мышления. Образы, яркие и не очень, всплывали и вновь пропадали в его памяти. В итоге в голове образовалась такая каша, что Юрик уже сомневался в самых объективных доселе вещах: кто он такой, где он и что делает. Одно он понимал определенно: чтобы во всем разобраться, надо предпринять что-то кардинальное, причем прямо сейчас, иначе он окончательно запутается.

Юрик огляделся, Игоря нигде не было, может зашел в магазин попить сок? Ну да хрен с ним. Юрик забрел в небольшой скверик, выискал подходящую лавочку, в глубине под развесистым кустом. То, что надо. В тени и не мешает никто.

Скорее всего мне препятствует какой-то блок в подсознании, решил Юрик. Если правда, что мне говорил Игорь, получается будто я совсем недавно пребывал в зомбированном состоянии. Кто мог меня зазомбировать? Или остатки проклятия бабы Кали или Иосич. Больше вроде не кому.

Конец ознакомительного фрагмента.