– Сегодня.

– Даже так!
– кладовщик уважительно покачал головой. Сколько раз ударило?

– Три.

– Крепко! А выглядите, признаться, молодцом! Ей Богу! кивнув в сторону галдящих юнкеров, кладовщик потер украшенную иероглифом шрама щеку, с печалью в голосе проговорил: Видали? Эти гаврики хватаются за то, что помощнее. Думают, поможет, только я вам так скажу: нашему брату солиднее охотиться с легким и простым оружием. Вроде стандартного мушкета.

– Вероятно. Я, собственно, и хотел посоветоваться.

– Все правильно. Уж своему-то я не совру, расскажу все как есть... Вот, могу порекомендовать одну из моделей. Не самая современная и эстетичная, зато надежная. Пять стволов и пять зарядов. Одно нажатие курка, и сходу попадаете в гамона критической дозой.

– Надо только попасть, - пошутил Петр.

– Точно. Попасть никогда не мешает. Но после лука из такой штучки разве что ребенок промажет, - кладовщик качнул на руках мушкет.
– А хотите, можете попробовать из ганфайера с инфракрасным наведением. Вон он у меня в углу. Фиксация цели идет по излучаемому теплу и пульсу. Скорострельность - шесть зарядов в секунду.

Петр твердо покачал головой.

– Не годится.

– Согласен!
– кладовщик усмехнулся.
– Красиво, шумно, но не для нас. Потому как пока техника будет фиксировать и распознавать, гамон вас десять раз по стволу размажет.

Петр кивнул. Кладовщик был тертым парнем, толк в охоте и впрямь понимал.

– Ну что? Значит, мушкет?

– Давайте.

– Кстати, можете попробовать подводный вариант. То есть, если, конечно, любите плавать. Подкрадываться и целиться сложнее, зато и гамон вас почти не чувствует. В последнее время таких охотников становится все больше.

– Спасибо, я уж как-нибудь на суше. Привык, знаете ли, к деревьям...

– Тогда удачи!
– начальник склада упаковал мушкет в кожаный чехол, к чехлу приложил увесистую коробку с патронами.
– Если будут замечания, приходите. Своему всегда поможем. Я ведь тоже когда-то этим баловался. Пока не брякнулся с дерева. Нога - вдрызг, пара ребрышек наружу выскочила - в общем видок был аховый. Спасибо друзьям эскулапам - вытащили... Кстати, про конверсию с мораторием ничего не слышали?

Петр покачал головой.

– Ну и ладно. Может, просто слухи...
– Прощаясь, кладовщик крепко стиснул ладонь Петра, еще раз от души пожелал удачи.

– Главное, не вешайте нос и не забывайте: без нас все пойдет прахом. "Серебристые" и прочая гопота погоды не делают, этот мир держится на таких, как вы.

***

К вечеру Петр узнал, что погибли Маячок с Ярославом. Оба в один день. Все получилось до обидного просто - почти как у него, только с летальным исходом. В самку опять выстрелил кто-то из "серебристых". Ярослав с Маячком не успели даже поднять луков. По неписанным правилам более честно было выпускать вперед охотников на самцов, да только "серебристые" знали, что начинается после. Обозленные гамоны, бывало, цепляли случайной волной всех подряд, сшибая на землю словно перезревшие плоды. Разумеется, "серебристых" подобная перспектива не прельщала. А потому сплошь и рядом они норовили опередить охотников на самцов. Самка гамонов практически никогда не отвечала телепатическими атаками. Да и хватало ей как правило одного-единственного заряда. Как в старые добрые времена. А потому не водилось у стрелков дружбы. Уже давным давно.

Виктор, седой ветеран с сильными руками, сосед и приятель Петра, рассказал, что около часа назад в кабачке отметелили компаху "серебристых". Может, и не тех, которых следовало, но так ли уж это важно? "Серебристые есть серебристые!".. И даже посланники архишефа не сразу успокоили драчунов. Страсти раскалились до предела. Кто-то даже сгоряча предложил бастовать. Требовать пересмотра первого закона. А до тех пор не охотиться. Вообще.

– На это разрешения не дадут, - возразил Петр.
– Очень уж круто.

– Вот чудак-человек! На то и забастовка, чтобы не спрашивать разрешения.
– Виктор приложил к уху свой любимый трофей - раковину из Эгейского моря, словно услышав что-то доброе и умное, удовлетворенно кивнул, взмахом подозвал официанта. Спустя минуту, тот уже ставил на столик пузатую амфору с медовухой. Два хрустальных бокала, вазочку с горкой крапчатых акрид.

– Но ведь - первый закон! Охота на гамонов - почетный долг и обязанность каждого совершеннолетнего амо...
– Петр в сомнении покачал головой.
– Кто такое осмелится пересматривать?

– Ясно, что никто. Но наверняка призадумаются о сложившемся положении дел.
– Виктор налил из амфоры, сам первый хлебнул.
– Вкусно, правда?

– Вкусно, - согласился Петр. Этот кабачок ему нравился. Вполне уютный, музыки и света - всего в меру. Он и раскачивался на ветру с положенной амплитудой, скорее усыпляя, нежели кружа голову. Симпатичный голубоглазый тапер барабанил по клавишам клавесина, ему вторил на лютне пристроившийся в углу подросток. Играли, надо признать, неплохо. Негромко и мягко, что преимущественно и любили жители поднебесья. Внешняя музыка не должна заглушать внутренней. Иначе это не музыка.