Вот уж внезапно.

Мне даже слова в ответ не идут и не факт, что в голове мысли вообще есть. Не знаю, чего я ждала, но, наверное, чего угодно, кроме этого. Он же Юлю отшил, а мы с ней из одного круга. Да и вообще!..

Или это очередное издевательство? Воронцову явно нравится почву мне из-под ног выбивать. Вот и сейчас смотрит испытующе, внимательно, явно реакцию считывает с моего окаменевшего лица.

Ну а я только и могу, что озадаченно нахмуриться.

– Ладно, не буду тебя томить, а то от счастья дар речи потеряла, – усмехается Артём. – Не взаправду. Станешь моей девушкой для всего универа. Будем парочку изображать, вот и вся расплата с тебя. Согласишься – ничего мне не должна.

Я по-прежнему лишь недоверчиво брови свожу, не понимая ничего. Зачем это Воронцову? Внимание девушек надоело? Ну тогда почему для этой цели не завести себе любую другую, ну или предложить то же, что сейчас мне? Уверена, многие согласятся. Как бы я ни относилась к Артёму, но не признать это не могу – он у нас, в универе, нечто вроде звезды. Да и хорош собой, что уж.

И потому тем более странно, что роль девушки предложил сыграть мне, а ведь я совсем не из его круга. Насколько я знаю, его друзья, таких, как мы с Юлей, вообще ни во что не ставят.

Причём Воронцов говорит всё это вроде как пренебрежительно, как о пустяке, но при этом такое ощущение, что это скорее напускное. Что убедить меня на самом деле стремится.

– Ладно, я так понимаю, ждать, когда ты обретёшь дар речи, бессмысленно, – с ухмылкой качает головой он. – Поясню. Андрей Морозов учится в том же универе, что и мы с тобой. И, поверь, как и все, обо мне наслышан. Так что, считай, официально под моей защитой будешь.

Я медленно осмысливаю сказанное. Так… Ну… Морозов учится со мной? Ну, точно не в моей параллели, я бы запомнила. Но что ж, значит, где-то пересекались. И да, самоуверенность Артёма бесит, но по факту он прав – если меня будут знать как девушку Воронцова, Морозов вряд ли осмелится сунуться. Авторитет – такое дело. Тут я сильно должна насолить этому незнакомцу, чтобы рискнул. А такого за собой не припомню.

И вроде как всё складно получается, логично довольно-таки. Вот только…

– А тебе это зачем? – скептически спрашиваю.

Ведь, получается, «расплата» будет дополнительной помощью для меня. Мне выгодна эта игра, а Воронцову к чему? Юле вот довольно грубо отказал, а тут, получается, запятнает репутацию связью со мной.

– Шутишь? – откровенно забавляясь, откидывается на спинку стула Артём. Окидывает меня провокационно неторопливым взглядом, причём не только по лицу им скользит. – Это ведь будет так занятно. С твоим образом недотроги, которая даже впустить меня в дом не могла без того, чтобы не оглядеться по сто раз по сторонам, чтобы никто не увидел. Я уже предвкушаю…

Я цепенею. Кажется, впервые за всё это обсуждение до меня доходит, что «изображать пару» – это не просто объявить себя ею. И что Воронцов явно постарается, чтобы создать для меня как можно больше неловких ситуаций.

А ещё Юля узнает… Ей я, конечно, расскажу, как есть, но всё равно вряд ли она будет рада. Да и я не в восторге. Уверена, что Артём будет пользоваться своим положением, причём нагло, судя по его взгляду.

И надо же, заметил всё-таки, что мне не по себе было его сюда впускать!

Бросаю на него испепеляющий взгляд, но почти тут же отвожу. Ясно вижу в его глазах – моего ответа и не ждут. Расплата не предполагает согласие. Долги ведь возвращать надо. Мне в любом случае не отвертеться. И если так подумать, я, в какой-то степени, неплохо отделалась – это, конечно, то ещё испытание будет, но вроде как на пользу даже. Только бы родители не узнали… Хотя это вполне решаемо, универ же не школа, им не звонят по любому поводу. Да и взрослые уже все люди.

К тому же, я ведь не марионетка. Увлекаться Воронцову не позволю. Буду контролировать ситуацию, насколько это возможно.

Что ж… С этого дня для всех в универе я – девушка Артёма. И что-то мне подсказывает, что этот факт перевернёт мою жизнь на сто восемьдесят градусов.

Воронцов вчера довольно быстро ушёл, и спроваживать не пришлось. Не будь это именно Артём, я бы даже решила, что он опасался, что передумаю, возражать его плану буду, несмотря на то, что за мной должок. Поэтому и по-быстрому испарился, чтобы моё вынужденное согласие закрепить.

Но эта мысль настолько абсурдна, что даже не понимаю, как вообще в голову пришла. Всё-таки иногда Воронцов смотрит довольно странно… С толку сбивает.

Ну да ладно. Сейчас мне не до этих мыслей – в универ пора. В котором, если Артём не передумал, наверняка сегодня подойдёт моего парня изображать. И вот я даже не знаю, что лучше – чтобы Воронцов ко мне приставал, или чтобы Морозов начал свои планы против меня осуществлять, какими бы там они ни были.

До сих пор не представляю, что я ему могла сделать, чтобы так взъелся…