Кстати, о последнем… Вроде как Артём про какую-то расплату говорил. Может, самое время с ним распрощаться, пока не вспомнил? Не то чтобы я такая неблагодарная, но ведь ему это ничего не стоило, а у меня и так проблем хватает, не добавлять же себе новых.

– Не беспокойся, Ангелок, – с усмешкой опережает меня Воронцов. – В обиду тебя не дам.

Я на мгновение немею, прокручивая в голове это заявление и пытаясь понять его значение. Воронцов что, собирается меня защищать?

Учитывая всё, что было, это кажется настолько нелепым, что я бы даже посмеялась. Но увы, не та у меня ситуация, чтобы иронизировать.

– С чего такая забота? – не пытаюсь скрыть недоверия в голосе.

Но Артёму, кажется, нет дела до моего настроя. Даже если и замечает мою с трудом подавляемую враждебность, то скорее лишь забавляется этим.

– Тебе стоит задать мне другой вопрос, – загадочно отвечает.

– Какой? – уточняю, надеясь, что голос не дрожит от волнения. Слишком уж коварно сейчас смотрит Воронцов. Мгновенно не по себе становится.

– Что я хочу взамен своей помощи? – чуть подавшись вперёд, вкрадчиво проговаривает Артём.

Не то чтобы я всерьёз рассчитывала, что Воронцов забудет об обещанной расплате. Или что он просто за «спасибо» вызвался защищать меня и в реале. Конечно, нет, вот только задать тот самый вопрос никак не могу. Да и вообще сказать хоть что-то.

От этого его коварного взгляда мурашки по телу бегут. А понимание, что мы с Артёмом наедине, да ещё и в моей квартире, заметно обостряется. Настолько, что каждый новый вдох с трудом даётся, да и выдох получается рваный.

– Кстати, фотки у тебя классные, – беспечно сообщает Воронцов, словно и не было неловкой паузы. – Я заценил.

Внезапное заявление. Да ещё и после вопроса, и без того сбивающего с толку лукавой интонацией.

Машинально прокручиваю в голове, какие там у меня фотки были. Вроде ничего особенного. В основном, с прогулок с Юлей, да и то больше по её инициативе. Везде я в одежде, никаких фото в купальнике или тому подобного. Ну есть, конечно, не самые удачные кадры, но стыдиться вроде нечего. Тогда к чему у меня сейчас так ускоряется сердцебиение и жар по коже гуляет? Вовсе ни к чему представлять, как там Артём смотрел их и что думал…

– Некоторые даже будоражат воображение, – с удовольствием добавляет Воронцов, скользя по мне нахальным взглядом. – Особенно та, где ты с растрёпанными волосами где-то в поле, а на фоне что-то типа сеновала.

Я мгновенно вспыхиваю. Всё понятно, Артём, как всегда, издевается. Сидит тут, подначивает меня, а ведь получается! Пошёл к чёрту со своими неуместными ассоциациями, которые теперь и мне настойчиво в голову лезут. Обычное ведь фото, мы на дачу с родителями выбирались, а там поле просторное недалеко. Да он в любом случае нашёл бы к чему ещё прицепиться, не к этому фото, так к другому. Ему вообще нравится забавляться за мой счёт, вспомнить хотя бы, как вчера у подъезда зажимал.

Ой, нет. Это лучше не вспоминать, особенно сейчас, когда Артём так пристально смотрит.

– Воронцов… – предостерегающе отчеканиваю.

В моём голосе столько стали, что самой не по себе становится. Но Артёму хоть бы что, только усмехается.

– Ну а что, я же предупреждал, что буду смотреть, – с невинным видом отвечает, будто даже не понимает, что я имею в виду.

Вздыхаю, стараясь взять себя в руки. Я не должна вестись на его провокации и не буду.

– Вообще-то я с тобой серьёзно разговариваю, – ровно заявляю, глядя ему в лицо.

Не скажу, что так уж легко выдерживать дразнящий взгляд Воронцова и при этом оставаться невозмутимой, но у меня удаётся. Помогает напоминание себе, сколько у меня там проблем уже накопилось.

– Я тоже, Ангелок, – важно заявляет Артём, только меня почему-то не тянет от этого возмущаться. Странно, но появляется ощущение, будто у этого заявления подтекст есть гораздо более глубокий, чем кажется на первый взгляд. Слишком уж непривычно Воронцов смотрит, и вправду серьёзно, задумчиво и чуть ли не понуро. – Ну да ладно, к делу так к делу.

Тут уже моя новоприобретённая невозмутимость чуть ли по швам не трещит – я вспоминаю, какое мы дело обсуждали до речи о моих фотках. Кажется, Артём предлагал мне защиту, а ещё говорил, что я должна спросить, что взамен хочет.

Вспоминаю момент в его доме и уже обдумываю, сразу ли отказаться от его помощи, или сначала узнать, что ему нужно Вдруг на этот раз придумает что попроще, а помощь мне в самом деле не помешает. Пусть даже от Воронцова.

– Что я хочу… – многозначительно проговаривает Артём, видимо, решив не дожидаться, когда спрошу. – Хочу, чтобы ты стала моей девушкой.