– Умри, – смотря прямо в глаз, одноглазому парню (ну вот не поворачивается у меня язык назвать его мужиком), громко сказала я. Не прошло и пары секунд, как на Элини упал труп, полностью скрыв ее, чему я была бесконечно рада (до девочки теперь было сложнее добраться).

– Что? Катир. Катир, ежа тебе в глотку, вставай! – заорал главарь.

– Вам ёжиков не жалко, – наивно поинтересовалась я. – Они, бедные, где только не были.

– Ах ты, тварь! – рыкнул бритоголовый, повернувшись ко мне. – Балир схвати ее! Я пока мелкую вытащу.

– Неа, не получиться, – с улыбкой ответила я. Балир медленно наступал, а я вопреки всему просто стояла и ждала. Видимо долгое бездействие – в лагере особо не подерешься – приводит к тому, что ты начинаешь жаждать сражения. – Твое сердце, – с улыбкой смотря на черноволосого мужчину начала я, – лопнуло.

Балир резко остановился, несколько раз непонимающе моргнул, потом бешено заорал, упал и больше признаков жизни не подавал. Второй готов.

– Сам сдашься или мне помочь тебе? – обратилась я к бритоголовому.

– Ты еще заплатишь мне за них! – завопил главарь и попытался сбежать. Ага, счаз!

– Стоять, – не повышая голоса, произнесла я. Бандит замер. – Молчи и слушай. Мой учитель говорил, что тело взрослого человека состоит из двухсот тридцати шести костей. Так вот либо ты сам все расскажешь: кто тебя послал, куда, за кем и по каким причинам. Либо я последовательно сломаю каждую, повторяю, каждую кость в твоем теле. И так каков твой выбор?

– Тварь! Я и слова тебе не скажу! Я те…

– Молчи, тут дети, – перебила я разбойника. – Элини, – позвала я девочку, – солнце иди ко мне.

– Хина, а кто это? – спросила у меня кроха, вылезая из-под тела.

– Это разбойники. Сейчас мне надо с одним поговорить, а ты найди Тиури и Эрэда, хорошо?

– Да, – кивнула моя умница. – А если меня поймают?

– Не поймают, обещаю. – И добавив силы в слова. – Если кто-то, помимо Тиури и Эрэда, подойдет к тебе, то сразу же превратится в статую.

– Говорить будем или хочешь погибнуть смертью храбрых? – повторно спросила я у главаря, как только Элини скрылась из виду.

– Ты и все твои товарищи умрут!

– После каждого щелчка в твоем теле будет ломаться одна кость, – со злости я вложила, наверное, слишком много силы, потому как, после первого щелчка у главаря сразу же сломалась тазовая кость и тот, естественно, завопил на весь лес. – Ори беззвучно, – мгновенно стало тихо.

– Это мелочи, – наконец смог он сказать что-то членораздельное. Щёлк – открытый перелом правой бедренной кости, беззвучный крик. Щёлк – неестественно изогнулся большой палец левой руки, беззвучный крик. Щёлк – странно выгнулась правая ступня, беззвучный крик.

– Скажи правду и будешь полностью вылечен.

– За что? – зарыдал бандит. – Я не могу! Я… – Щёлк, щёлк, щёлк.

– Ты хоть считал, сколько костей я тебе уже сломала?

– Пощади!

– Ты, грязный выродок, который приставил нож к горлу маленькой беззащитной девочки, смеешь просить пощады? – да жестока, да зла, но по-другому люди просто не понимают. Урок будет усвоен только в том случае, если он причинил боль. И чем она сильнее, тем лучше запомнишь. Щёлк, щёлк, щёлк…

– Скажу… – устало прошептал бритоголовый. – Нас послал Глава… кха-кха… Гильдии Убийц Тамирит Уэтэр.

– Отлично, – искренне порадовалась я наконец-то проснувшемуся благоразумию наёмника. – А дальше?

– Дальше…

– Какова суть вашего приказа? – уточнила я свой вопрос.

– Этого тебе знать не дозвол… – Щёлк. Необычно ввалилась грудь. – Скажу! Скажу! Прекрати!

– Я не люблю, когда со мной играют. Если бы ты все рассказал сразу же, то сейчас бы спокойно уходил, а так… Ты все еще стоишь на ногах, только из-за моего приказа, – обошла я кругом, искалеченного вояку. – Говори!

– Приказано было схватить живой вакши.

– И всё? А как же остальные?

– Только вакши, других велено убить.

– Заказчика знаешь? – смотря прямо в глаза, спросила я.

– Нет, – отвел он взгляд.

– Врешь, – с сожалением покачала я головой. Щёлк. Сломалась левая ключица. – Что-нибудь вспомнил? – бритоголовый отрицательно покачал головой. Щёлк. Открытый перелом лучевой кости правой руки. – А сейчас? – прикусив нижнюю губу, он вновь не ответил. Щёлк. Снова пострадала левая рука, но на этот раз сломалась видимо локтевая кость. – Появились идеи?