«Стой, Вир! Ты делаешь ему больно!»

Вир закрыл рот, напрягся, чтобы прыгнуть, и сильно забил крыльями, пока не оказался в воздухе. Но тут Торрен встряхнулся. Бесстрашный Торрен. Конг. Хавок. Он подпрыгнул высоко в воздух и обхватил Вира руками, как раз в тот момент, когда он убрал свои крылья, чтобы снова ударить ими по воздушным потокам. Его рука была покрыта волдырями и искалечена огнем, но Торрен крепко держался, пока они валились на землю. Они сильно врезались, раскалывая землю своей мощью. Трещина в земле змеилась прямо к Кендис и остановилась прямо у её крошечных лапок.

— Остановись, иначе ты причинишь мне боль! Ты сделаешь мне больно, и я больше никогда не буду твоим другом. Я не буду твоим другом, Вир. Я не буду! — взревел Торрен.

Всё замерло, вся сцена перед ней. Торрен был неподвижен, как лед, обхватив руками замерзшего Красного Дракона. Человек с вороном не шевельнул ни мускулом. Не было слышно ни шелеста листьев, ни движения мелких лесных животных. Наступила тишина.

«Папа?»

Но когда она начала искать его, его уже не было. На его месте был белый тигр с тонкими полосками и одним голубым глазом, другим зеленым.

— Мама? — Кендис посмотрела на себя. Её крошечные лапки исчезли. На их месте были человеческие руки, покрытые её черными зимними варежками. На ней были черные брюки и черный свитер. Она выросла. — Мама? — спросила она громче.

— Прости, что я ушла.

— Почему? — спросила она, слезы жгли ей глаза. — Зачем ты это сделала?

Дым становился всё гуще, висел над лесом и покрывал всё вокруг.

Белый тигр сидел и смотрел на неё самыми печальными глазами. Кендис так ясно слышала мамин голос у себя в голове.

— Я просто не могла остаться. Ты станешь лучше. Ты не будешь такой, как я. Всё будет хорошо, Малышка Кабби. Но сначала ты должна сделать что-то смелое.

— Что?

«Помоги. Своему. Мужчине».

И тут сквозь дым прорвалось пламя дракона и поглотило белого тигра.

— Нет! — Кендис закричала, вставая в постели.

Спальня? Да, она в спальне. Она не могла дышать. Она была в постели, а не в лесу. Матрас на полу. Старая черно-белая фотография Торрена и его семьи на стене. Лампа, светящаяся мягким светом, стоит в углу у аккуратно сложенной стопки одежды.

Она осмотрела кровать, но была одна. Сторона Торрена была холодной. Они не могли долго спать, потому что было ещё темно.

Низкий, вибрирующий гул наполнил комнату, и Кендис замерла в ужасе. Медленно она заставила взгляд подняться на рыжеволосого гиганта, прислонившегося к открытому дверному косяку. На нем были синие льняные пижамные штаны, но без рубашки. Его торс был покрыт татуировками, а руки скрещены на груди, из-за чего его бицепсы выглядели устрашающе большими. Вир смотрел на неё своими серебристыми змеиными глазами.

— Я видел этот сон. Твои демоны сегодня громкие, — пробормотал он холодным голосом.

— Эм… я тебя разбудила?

— Нет. Демон Торрена был громче.

— Хавок?

Вир кивнул. Он наклонил лицо и изучая ее.

— Я знаю, что он дерется. Я знаю, что он не может спастись. Я знаю, что ему становится хуже. Знаю, что не могу помешать Хавоку лишить его рассудка. Ему становится хуже год за годом, месяц за месяцем, а в последнее время день за днём. Зачем ты здесь?

— Потому что Торрен — твой хранитель. А я хочу быть хранителем Торрена. Я хочу, чтобы он остался.

Вир нахмурился.

— Остался в команде Сынов Зверей?

— Нет, — прошептала она. — Остался на этой Земле. Со мной. Я хочу спасти его.

Вир вздёрнул подбородок и посмотрел на неё сверху вниз.

— Я вижу, как много ты вкладываешь в значение своих слов. — Он дважды постучал себя по виску. — Обычно я ненавижу эту силу. Ненавижу. Это. Но только сейчас ты стала выше в моих глазах. Останови Хавока, чтобы он отстал от моего леса. Приведи его домой и заставь его уснуть спокойно. Он больше этого не делает. Докажи, что можешь укротить Хавока, и я приму тебя в свою команду.

— Ты любишь его, — бросила она прежде, чем он успел уйти. — Как друг. Ты ведёшь себя холодно со всеми, но Торрен всегда был твоим щитом, я права?

— Хмм, — промычал, скрещивая руки на груди. — Осталось очень мало драконов, а таких, как я, вообще нет. Неважно, как выглядит Хавок. Для меня Торрен мой брат. Он дракон в теле гориллы. — Глаза Вира вспыхнули ярким серебром, когда он встретился с ней взглядом. — Я не буду рядом вечно.

— Не говори так.

— Не буду, Кендис. Я не говорю об этом с командой, но ты должна знать, какова будет твоя роль, когда меня не станет.