— Ты обалдел, Бессонов? Она новая! — возмущенно рявкаю я, но Кирилл не обращает на это внимание. Он вытягивает из-под меня клочки ткани, и смяв дорогущую блузку в своих руках, как кусок половой тряпки, перехватывает мои запястья, собрав их тугим узлом. — Что за игры? — недоверчиво спрашиваю я парня, задыхаясь от такой яростной сексуальной экспрессии.

У нас, конечно, полноценный и регулярный секс, но я давно не ощущала такого огня. Бессонов словно сорвался с цепи, на которой сидел с сухим пайком как минимум несколько лет! Мы уже давно знаем друг друга вдоль и поперек, всегда ощущая пылающую страсть между нами, лишенную страхов, предрассудков или смущения. Но чтобы так… Ух!

Кирилл продолжает сдирать с меня одежду, оставляя моё тело полностью обнаженным. Снова оглядывается по сторонам спальни и цепляется взглядом за стол, зловеще ухмыляясь. Всё-таки что-то продумал, паршивец!

— Смирно, девочка, иначе напрочь обездвижу!

— Что-то новенькое, — в замешательстве шепчу себе под нос, и не свожу взгляда с парня, который за долю секунду схватил что-то с рабочего стола и снова оказался на мне. — Ты же не хочешь… — растерянно смотрю, как он показательно срывает зубами часть скотча. — Даже не думай!

— Потерпишь, если не хочешь, чтобы я откусил твой дерзкий язычок в пылу страсти.

— Кир…

— Всё, на попятную? Быстро же ты сдалась, трусишка, — он самодовольно ухмыляется, сумев меня обескуражить, а в следующее мгновение вскипеть от желания занять лидирующую роль, несмотря на уже уготовленную участь.

— Извращенец, — закатываю глаза. — Ладно. Но завтра ты будешь делать то, что я скажу!

— Посмотрим, — неопределенно пожимает он плечами и хватает мои ранее откинутые трусики на постели. Возмущенно соплю, но меня ведет от таких сексуальных игр, из-за чего я поддаюсь его безудержному желанию, несмотря на то, что игриво брыкаюсь. В моём рту оказывается белье, зафиксированное клочком скотча на губах. — Прости, я не уточнил сразу… Завтра ты вряд ли встанешь, а в ближайшие дни и вовсе будешь моей ручной Лисичкой.

Вот мерзавец!

— Правила просты. Если будет что-то слишком — три раза сожми кулак или покачай головой.

Дикарь!

— Даже не строй мне глазки. Я-то знаю, что ты уже готова и жаждешь меня… — он, в доказательство своих слов, прикасается к моему лону.

Мне даже показалось, что там уже всё безнадёжно хлюпает…

— Теперь мы поиграем. Готова, Лисичка?

Вот же… Чёрт!

***

Кирилл:

Мы просыпаемся ближе к ночи, достаточно разнеженные и всё ещё вымотанные. Я с удовольствием исследую кончиками пальцев подрагивающие от щекотливого жеста хрупкие плечики и спинку умиротворенно притихшей Василисы, замечая её ленивую улыбку.

— Что, бесстыжая совратительница, сюрприз откладывается на несколько дней?

Она любопытно поднимает свой носик и открывает сверкающие глазки, перемещаясь мне на грудь ленивой кошкой. Василиса греется об меня, несмотря на жаркую погоду и не желая выпускать меня из постели. Лисичка любит нежиться сутками напролет, что я раньше никак не замечал, до совместного проживания.

— Откладывается, если это хоть как-то связано с сексом, — тихо шепчет моя девочка, стараясь лишний раз не шевелиться.

— Только если в честь безмерной благодарности…

— А до этого было что, жалкая разминка? — хмыкает она, сонно зевая.

— Ладно, устроим режим тюленей. Фильм включить?

— Вот ещё. Я хочу сюрприз. Зря, что ли, я вытерпела сегодня твоё дикарское покушение на моё невинное тело? — мы содрогаемся от смеха.

Это невинное тело оказалось для меня настоящей находкой, ведь никто и никогда со мной так не сгорал от страсти, как Василиса.

— Так что там за сюрприз?

— Это не будет сюрприз, если я тебе всё расскажу, — подмечаю я, и Василиса, в край заинтересовавшись моими словами, всё-таки поднимается на локти.

— Если мы сейчас соберемся и поедем на СТО, а ты мне покажешь какой-то очередной навороченный двигатель, клянусь, я покусаю тебя, — уж слишком серьезно обещает девочка, сурово нахмурившись и пригрозив мне пальцем.

— Ты будешь в восторге, — обещаю я также серьезно, смотря прямо в сощуренные глаза.

— Тогда я первая в душ, а ты сделай бутерброды. Иначе я сейчас умру голодной смертью!

— У нас сегодня диета и физические нагрузки…

Она без стыда и совести игриво кусает меня за плечо, заставляя вздрогнуть.

— С тобой никакой стабильности! — ворчу я ей в спину, с обожанием смотря, как Василиса без смущения вальяжной кошкой вытягивается на кровати и слишком сексуально встаёт, виляя своей голой попкой в ванную комнату. — Это наказание или счастье? — ною уже сам про себя, ощутив, как чувствительный член содрогается от её манипуляций. — Нет, дружок, хватит… Не то мозоли будут!

Собираемся лениво и медленно, что кажется мне уже не самой хорошей идеей куда-то идти и что-то делать. Но я так чертовски долго готовился к этому дню, что нет сил откладывать ещё на пару тройку дней!