Сигурд чуть подталкивает девушку в спину и идёт на пол шага позади. Как все интересно сложилось. Сания на Севере была как огонь среди снега, и вокруг её тепла вылезали не только цветы, но и разные гады. Кто бы мог подумать, что вот с этими людьми они жили бок о бок, верили, строили планы, и их беспринципность могла вылезти в другой, более сложной ситуации. Кэрита, её отец Вольд и мать Холла, Дирой, теперь вот Снорр.

Они вошли в дом и дошли до его кабинета. Он был просторнее, тут было больше книг, рукописей, на стенах висели настоящие щиты с мечами, черепа рогатых животных. Её усадили в глубокое мягкое кресло, прибежавшая Мика натерла босые ноги мазью с резким запахом, одела тёплые носки и укутала сверху в тёплый плед. Вручила в руки горячую кружку и присела на диван после кивка правителя.

Сания сделала первый глоток, не чувствуя вкуса.

— Что там случилось, Сания?

Девушка рассказывала медленно и неторопливо, просто потому, что язык уже еле ворочался.

— …он просто ненормальный какой-то, — закончила, вяло пожав плечами.

— И ты ринулась защищать дефектных?

— Они не дефектные! — вспыхнула злостью. И откуда только силы взялись? Тут же загудела голова и, прикрыв глаза, Сани откинулась на спинку кресла.

— Ты молодец, Сания, — услышала и не сразу поверила. Её хвалят? Здесь на Севере? Сам правитель?

— Не стоит, — буркнула под нос, — неприятностей от меня больше.

— Не поспоришь, — хмыкнул мужчина, — но пока все идёт нам пользу.

Девушка смотрела на него, недоуменно хмурясь. Он точно головой не ударился?

— Иди отдыхай, девочка. Ты уже многое сделала.

Держась, а точнее практически повиснув на Мике, они добрались до комнаты, где Сания сразу же, не раздеваясь, повалилась на кровать. Сон пришёл моментально, погружая в спасительное забытие и тишину.

? — голубоватое целительское облако — признак использования родовой магии. Т. е., фактически, Аксель признал Лейва младшим братом, чтобы иметь возможность его исцелить. Так же было и с Сани — он назвал её невестой не только потому, что хотел бы этого, но и для того, чтобы вытащить из грани.

xxx

Сознание возвращалось медленно и плавно. Тело раскатанным блином лежало на кровати и не желало шевелиться. Веки подсвечивало красным, значит в комнате светло. Она проспала всего несколько часов или целые сутки? Открыла глаза и снова их закрыла. Лень. Устала.

«Лейв» — вспыхнуло в мозгу и она резко села, движимая большим выбросом адреналина. Вот только ее тут же повалили назад. В непонятках наткнулась на синее море глаз и попыталась отскочить ещё дальше.

— Какого черта ты здесь делаешь?! — выкрикнула было, но её уже сгребли в охапку.

— Пусти! — попыталась выбраться и даже заехать коленкой по сокровенному, но ноги тут же заблокировали.

— Прости меня, — выдохнул Аксель в макушку и лишь крепче сжимал в ответ на неё сопротивление, — я не должен был тебе говорить всего этого, я просто… — снова выдохнул, отметая ненужные мысли. Он не будет оправдываться. Он просто все исправит, — этого больше никогда не повторится. Обещаю.

Сания застыла в руках, напряжённая.

— Да пошел ты, — снова завозилась.

— Я люблю тебя, — и словно груз с плеч свалился.

— А я тебя не-на-ви-жу!!! — проскандировала девушка, заводясь, — ненавижу, слышишь! НЕ-НА-ВИ-ЖУ!!!

Она отчаянно забилась в его руках, пытаясь высвободить руки и заехать лбом куда-нибудь да побольнее. Но Аксель сдерживал её одной рукой, второй чуть подтянул наверх и впился в губы.

Сания вертелась, кусалась, ругалась, мычала.

— Я люблю тебя, Сания… — шептал, чуть отдаляясь, и сам радовался этом словам, как ребёнок, — я люблю тебя…

Праздник в душе мужчины был строго противоположен смятению девушки. Её жгло желанием сопротивляться, не сдаться, не прогнуться, не стать вдруг слабой.

— Я люблю тебя… — повторил в очередной раз, нависая над ней.

Она не верила ни одному его слову, сколько бы раз он это не повторял. Поверила бы в страсть, в желание, в охотничьи инстинкты, но не в это вот.

И мужчина видел это по её глазам.

— Ты — моё дыхание.

На Севере все было завязано на дыхании. Все боевое учение строилось на дыхании, войти в боевой раж можно было через дыхание, а значит защитить свой дом, семью и себя, дыханием можно было согреться, пока ты дышал, ты считался живым. И назвать человека своим дыханием в буквальном смысле означало признать его своей жизнью, дать ему возможность и право управлять ею, открыться в своей слабости по отношению к любимому. А слабость на Севере практически равнялась смерти, поэтому далеко не каждый находил в себе силы и смелость назвать кого-то своим дыханием.

Они долго смотрели в глаза друг друга. Сания сначала пыталась бороться взглядом, им же выказывала неподчинение и вызов, но сталкивалась только с ответной нежность. И в ней хотелось растаять, может быть довериться, но… Страх сдаться был сильнее.

— Я хочу в туалет.

Аксель улыбнулся краешком губ и откатился в сторону. Прождал около часа. Мика уже принесла завтрак, сменную одежду Сание. Ярик сделал то же самое, доложил об обстановке. Уже собравшись стучаться, дверь неожиданно распахнулась.