— Эй, как поживает твоя мама? — Бормочет мой папа. — Она все еще хорошенькая? Она всегда была такой хорошенькой.

Моя мать. Верно. Женщина, которая отправляется в какой-то экстравагантный круиз со своим новым богатым парнем, в то время как мой отец — чертова катастрофа. Интересно, что бы она подумала, если бы увидела его таким. Будет ли ей вообще не все равно? Вероятно, нет. Она теперь почти не обращает внимания на Молли, не говоря уже обо мне.

Папа отключается на диване, и я часами убираю большую часть беспорядка. Это помогает лишь частично нанести урон, но пока этого должно хватить. Я пишу ему записку, в которой сообщаю, что вернусь завтра, и кладу ее на стойку рядом с бутылкой воды и таблетками Advil.

В ту секунду, когда я выхожу на улицу, я достаю свой телефон и нажимаю второй быстрый набор. Брайс отвечает после второго звонка.

— Привет, Кей, все хорошо с папой?

Пробегаясь пальцами по волосам, я запрыгиваю в джип. — Даже не немного. Мне нужно найти ахиллесову пяту Кена, и мне нужно сделать это быстро.

***

После мозгового штурма, который, кажется, длился целую вечность, Брайс, Джейден и я решаем, что мне нужен способ попасть в его офис. Тем не менее, в течение дня здесь работает персонал. Экономка Мелани. Повара. Леннон. Мне нужно отвлечение, чтобы отвлечь внимание от офиса Кена. Вечеринка — лучший способ сделать именно это.

Джейден заказывает пиво, пока Брайс тратится на ди-джея. Мое единственное задание — выяснить, как вытащить Леннон из дома. Она единственная, кто не останется в стороне от вечеринки или от меня, если уж на, то пошло. Если она поймает меня, я ни на секунду не верю, что она сохранила бы эту небольшую информацию при себе. Особенно после того дерьма, в которое она уже вляпалась.

Я смотрю, как Брайс отправляет массовую рассылку всем на свой телефон, рассказывая им о сегодняшнем вечере и призывая привести всех их друзей. Есть хороший шанс, что это выйдет из-под контроля, но это то, что есть. Мне нужно заполучить в свои руки что-то, что, либо заставит мою маму уйти от него, либо что-то достаточно мощное, чтобы угрожать ему и заставить его выбросить мою маму на обочину. Честно говоря, я бы предпочел второе. Меньше шансов на ошибку, если это его рук дело.

***

Дом набит до краев, а Леннон нигде нет. Мы двое не разговаривали с тех пор, как я покинул ее комнату прошлой ночью. Если она злится на меня, я не могу сказать, что виню ее. Я получил то, что хотел, а затем оставил ее. С другой стороны, я также не могу сказать, что меня это волнует.

В углу заднего двора стоит ди-джей, но у него есть освещение и колонки, разбросанные по всему дому. Мы также позаботились о том, чтобы взять ликер и пиво, просто чтобы быть уверенными, что, если кто-нибудь увидит меня в офисе, они будут слишком пьяны, чтобы помнить об этом. Не то чтобы я думаю, что кто-то из этих говнюков стал бы вмешиваться. Я просто не хочу рисковать. И, кроме того, я бы не стал жаловаться, если бы их вырвало в вазу или две.

Я стою во дворе с Брайсом и Джейденом, когда наконец появляется Леннон. Ее брови хмурятся, когда она видит меня, но она не кажется и вполовину такой сердитой, как я ожидал.

— Еще одна вечеринка? Я начинаю думать, что это все, что ты умеешь делать.

Я закатываю глаза и использую это движение, чтобы остановить себя от того, чтобы посмотреть на нее. — Мне жаль, мама. Разве я не спрашивал, могу ли я пригласить к себе нескольких друзей?

Она фыркает. — Несколько? Кейд, ты знаешь хотя бы половину присутствующих здесь людей?

— Конечно, знаю, — возражаю я.

Леннон напевает и оборачивается. — Хорошо, она. — Она указывает на какую-то случайную цыпочку. — Как ее зовут?

— Хизер. — Это действительно ее имя? Я понятия не имею, но я соглашусь с этим.

Она хихикает. — На минуту я почти поверила тебе.

Черт возьми, я ненавижу то, как она делает это дерьмо со мной — заставляет меня задуматься, каково это — не ненавидеть ее до глубины души. То, что она делает со мной, не похоже ни на что, что я когда-либо испытывал раньше. Например, той ночью. Когда я сказал ей не прикасаться ко мне, это было не потому, что я не хотел, чтобы ее руки касались меня. Это было потому, что, если бы она почувствовала, как колотится мое сердце о грудную клетку, это бы меня выдало. Последнее, что мне нужно, это чтобы она думала, что у нее есть какое-то преимущество.

Мысли о том, каким был сегодня мой отец, всплывают у меня в голове и обрушиваются на меня, как тонна кирпичей. Если бы я не был слишком занят всеми делами Леннон, я бы подумал о том, чтобы проведать его раньше. Он мог бы быть не таким плохим, как есть, если бы не чувствовал себя таким одиноким. Но я бросил его, как и моя мама, потому что был слишком занят братанием с врагом.

Есть только одна вещь, которую я могу сделать, чтобы вернуться на правильный путь, если не для себя, то для моего отца. Ему это нужно. У меня нет выбора, кроме как оттолкнуть Леннон. Далеко, очень далеко, туда, где, я знаю, она никогда не приползет обратно.

Я скрещиваю руки на груди и, прищурившись, смотрю на нее. — Знаешь, ты мне нравилась намного больше с моим членом у тебя во рту, — говорю я громче, чем необходимо. — По крайней мере, тогда ты не разговаривала.

Обиженный взгляд, застывший на ее лице, угрожает сломить меня, но я держусь стойко. Ее рот пару раз открывается и закрывается, как у рыбы, вытащенной из воды. Она оглядывает вечеринку и видит, как много людей пялятся на нее и перешептываются друг с другом. Когда она поворачивается ко мне, я вижу, как в ее глазах собираются слезы, но она сдерживает их.