– Я ей не был противен. Сама прижималась.

– Может она из тебя энергию пила, а ты и не заметил, – говорю ему.

– Ну и пусть. Я не против.

– О-бал-деть, – смеется Кирин. – У нас тут назревает шкандаль.

– Заткнись, Кир, не до тебя, – хмурится Вернер. – Так значит я для нее не гожусь? – набычившись, спрашивает меня.

– Думаю, вы делите шкуру неубитого медведя, – щелкая по клавишам, замечает Кир.

– Вернер, твоя заинтересованность объектом может поставить нас всех под угрозу, – пытаюсь разъяснить очевидное другу.

– Может как раз наоборот, – упрямится вампир.

– И не достанься же ты никому! – театрально восклицает Кирин, не отрывая взгляда от монитора.

– Если наоборот, то уж точно не с тобой в главной роли, – начинаю раздражаться. Я вообще с момента получения нами "подарочка" стал слишком сердитым.

– А с кем? С тобой что ли?! Я хотя бы в нее не целился из пистолета.

– Ты на нее другим целишься! – рыкаю зло.

– Эй, ребят, хорош, – сдвигает брови Кирин, наконец-то разворачиваясь к нам лицом. – Иначе оба отправитесь под забор дежурить. Вот Дэн обрадуется!

Мы с Вернером обмениваемся взглядами и единодушно решаем не продолжать наш бессмысленный спор.

Движение на мониторе позади Кирина привлекает мое внимание. Вампирша начинает ворочаться в кровати, потягивается словно кошка.

– Просыпается малышка, – с умилением произносит Вернер.

– И как вам не стыдно подглядывать за хорошенькой девушкой, – качает головой Кирин, но сам не отводит взгляда от экрана. И в отличие от нас – его задача как раз следить за вампиршей.

– В ванной есть камера? – пробегая глазами по экранам мониторов, спрашиваю у стратега.

– Есть, но выключена, – он поднимает руки. – И включать не собираюсь! Иначе здесь пол затопит чьей-то слюной.

– То есть когда ты один, ты за ней подглядываешь? – возмущается Вернер. Неужели он серьезно втрескался в девчонку. Если так, то дело плохо.

– Вер, ты себя слышишь? – теперь уже хмурится и стратег. Этого взгляда громиле хватает, чтобы присмиреть, обиженно пыхтя. Ну хоть у кого-то есть на него управа.

Вампирша между тем садится в кровати и потирает сонно глаза. Ну наконец-то выспалась!

– Подготовьте завтрак для нашей девочки, – командует Кирин в телефонную трубку.

– А я ей его отнесу, – вздыхает умиленно Вернер.

– Нет! – гаркаем мы на него в два голоса.

***

Вернер до последнего хотел увидеться с девчонкой и только мое веское заявление, что она могла уже на него повлиять (ну а как объяснить его одержимость вампиршей?), наконец-то заставило друга отступить.

Жребий отнести завтрак нашему драгоценному подарочку выпал мне! А все почему? Потому что я якобы слишком рассудительный. Черти что!

Кирин ржал в голос, озвучивая мне этот безусловно весомый довод.

Я подождал, пока вампирша скроется с оставленными для нее вещами в ванной, и только после этого отправился изображать роль официанта. В мои планы не входило общение с объектом. Думаю, после нашего знакомства, она тоже не обрадуется моему присутствию поблизости, поэтому в мыслях я относил еду и оставлял девчонку на попечении одного из карателей. Уж довести ее до комнаты допроса он может и без меня. А там уж ее примет Реас и вытрясет всю правду о нашем подарочке.

Все шло по плану ровно до того момента, как мне на встречу из ванной не выскочило это всклокоченное чудо, повторяя снова и снова:

– Глаза… мои глаза…

Катарина

Знакомство с королем, проснувшись, я помню смутно. Видимо, мое сознание в тот момент все же было недостаточно ясным. Все происходило будто во сне.

Помню, как после разговора было уютно и тепло на руках у огромного вампира. Мне было необходимо почувствовать себя в безопасности и именно это и дарили мне его объятия.

Комната, что мне выделили, самая обыкновенная. Большая кровать, шкаф, стол и два стула – вот и весь набор мебели. Радовала отдельная уборная с душем, на который я в тот момент лишь облизнулась.

Экскурсию по моему новому жилищу проводил все тот же вампир, так и не спустив меня с рук. Наверное, это выглядело забавно – будто маленького ребенка взял на руки родитель и показывает ему новую интересность.

Пока ждали мой ужин или обед, а может даже и завтрак, я с жадностью пила воду, что мне в стакан услужливо подливал Вернер. Потом была самая вкусная трапеза за мои последние пять лет.