Только через два дня я решительно поднялся с шезлонга и подступил к морю. Я – не дурак! Выбрал, когда оно будет достаточно спокойным. Шагнул в него и остановился только тогда, когда вода стала мне по плечи. Страх не отступал, я оглянулся. Ее голубые глаза удивленно смотрели мне вслед. До этого я еще не выходил из-под укрытия так рано.

Я вернулся глазами в сторону бескрайнего моря и почувствовал, что выиграл. Не до конца, конечно, но шанс на победу у меня все-таки был. Приготовился, оттолкнулся и начал плыть. На этот раз волны расступались передо мной, а ветер приятно обдувал мокрое лицо. Я чувствовал, как мне стягивает кожу солью и как солнце впивается в мою спину. Верно хочет поджарить меня снова. Но подогретый вновь пирожок не такой вкусный, как если новоиспеченный. Я поклялся, что больше ни за что не поплыву так далеко.

Времени на то, чтобы осмотреться, не было. Я слышал крики чаек, доносившуюся музыку с берега и гудок катера вдалеке. Мой буек оказался совсем рядом, мне оставалось всего-то несколько метров. И я плыл, ощущая внутри готовившийся запуск приступов кашля. Все еще сдерживал его, щекочущего мне горло. Руки устало брели вперед, а ноги совсем ослабли и сделались ленивыми, еле дергавшимися в воде. Но море было на моей стороне, оно удерживало меня на поверхности и будто бы тащило вперед. Тоже из последних сил.

Я доплыл! Кое-как взгромоздился на несчастный последний буек и начал выискивать лисичку. Отсюда я видел только общие черты ее тела и белоснежность ее купальника. Она стояла там, на берегу. А я довольно держался на буйке. И точно не ждал, что она приплывет ко мне. Сонька не станет говорить со мной при подругах. Поэтому, когда сердце перестало так быстро колотиться, а легкие восстановили дыхание, я должен был вернуться. И для меня это стало огромным достижением: возвращаться своими силами – плыть к берегу.

В ту ночь Сонька действительно осталась у меня в номере. Я трогал ее рыжие кудри и гладил ее нежное лицо. Возбужденно хватался за ее голую грудь. Срывал с нее стоны и поцелуи. Прижимал к себе ее разгоряченное тело. Но она солгала, потому что не была моей. Подарившая мне свое тело, Сонька продолжала оставаться для меня недосягаемой незнакомкой.

После я сидел в постели, укрывшись по пояс одеялом. Облокотился на изголовье кровати и достал сигарету. Посмотрел на Соньку и не увидел ни одного жеста против. Я закурил. Сонька тут же выхватила у меня поцелуй. Немного дерзкий, но страстный.

– Обожаю запах твоих сигарет, – прошептала она и опомнилась. – Только не говори никому!

– Почему ты здесь? – Этот вопрос застрял у меня в голове, я не мог не спросить.

– Ты мне нравишься, Леш.

– Но я не тот, кто нужен?

– Пойми, я не ищу любовь. Я хочу стать звездой, – проговорила она, серьезно уставившись мне в глаза.

Сонька хотела богатств, денег и славы. Она грезила мечтой встретиться с каким-нибудь знаменитым продюсером, который откроет ей дорогу в шоу-бизнес. В неидеальном случае – она хотела стать женой олигарха.

А что я? Я был всего лишь риелтором. Не самым успешным, но, так сказать, небезнадежным. Жил с родителями, потому что так было удобно и выгодно. Наша квартира находилась за МКАДом, но я не унывал. Потому как знал цены на квартиры в Москве. Старательно показывал их покупателям, иногда продавал. Приносил в родительский дом праздник в виде премий с процентов от продаж. Но не более того. У меня никогда не было много денег. Поэтому моя влюбленность в Соньку изначально была обречена на провал.

Я был примерным мальчиком, бывшим ботаником. А Соня – рыжей бестией. Она призналась, что долгое время работала официанткой в роскошном ресторане в Москве. Иногда встречала достаточно богатых людей. Заводила с ними отношения, выманивала из них дорогущие подарки, но на большее они не были готовы. Пока не были готовы. Полусонная Сонька грозилась вернуться и влюбить их в себя по полной. Избавить от брака некоторых непокорных мужчин.

Я сидел в ужасе, думая, кого я нашел? Кого гладил по рыжим волосам, спускаясь пальцами на шелковые плечи? Соньку. Дремлющую на моей груди Соньку, переспавшую со мной за буек. Достигнутый мною буек. Я стал исключением, покорил ее своим поступком. Рисковал жизнью ради нее. А еще я ей нравился. Но был без денег.

– Расскажи мне что-нибудь, Леш, – сквозь сон попросила Сонька.

Я помолчал, уставился на секунду в потолок, затем повернулся к ней и сказал:

– А ты знаешь, что в среднем человек с 20 до 70 лет тратит около 600 часов или 25 дней, занимаясь сексом?

***

Как я и предполагал, наша ночь не сделала Соньку моей. Я видел ее с другими. Ее белый купальник мелькал далеко в море на яхте незнакомца. Потом рыжая копна волос и острые клыки вертелись у мускулистого красавца на пляже. Сонька страстно намазывала его спину противозагарным кремом.

Она была всюду. В каждом ночном клубе, в каждом ресторане, в каждом магазинчике. И всегда с разными мужчинами. Одни ей щедро дарили цветы; другие составляли компанию во время ночных прогулок – от пляжа до номера; были те, кто носил ее на руках, заодно осыпая украшениями и нарядами. Сонька работала на износ. Спала только утром, иногда уткнувшись носом в мою шею. Потому что я ей нравился и от меня разило дешевыми сигаретами. Это был ее секрет. На завтрак она любила есть огромные бутерброды с колбасой и сыром. Сонька смешно забивала их в рот и медленно жевала. Я смеялся над ее оттопыренной щекой, а она весело стреляла в меня голубыми глазами.